Чтение онлайн

решили обойти все кругам, начиная от Зеравшанской долины.

Вечер холодный. Ночью прохладно даже в мешке.

18 июля. Вышли до восхода солнца. Десять человек начали шумно

подниматься по крутой осыпи. У выхода на снежник — отдых.

— Ну, как, до бога сегодня доберемся? — шутит один из рабочих.

Ледник крутыми буграми забирается вверх к зубчатому гребню

Оловянной стены. Часто отдыхаем. Некоторым не хватает воздуха,

одышка!

Наверху ясно видны желтыми полосами жилы.

Небольшой скалистый участок (наполовину с осыпью) прошли как-

то удачно, хотя камни сыпались щедро.

270

Со снежного гребня открылась хорошая панорама окрестных

вершин и ледника Елдаша. Геологи и рабочие занялись пробами с первой

жилы, а я полез по ней обследовать дальше. Выбрался на вершину.

Хорошо видны все знакомые вершины: совсем близко Стена. Рядом

чернеют склоны Верблюда. Интересующий меня северный склон перевала

в соседнюю уходящую на север долину так и не удалось просмотреть —

видна лишь часть крутого снежника и бергшрунд.

Памирскую сторону видно совсем плохо — облачно.

С выветренной вершинки, обойдя два жандарма, спустился быстро.

По пути старательно просматриваю и собираю образцы.

На первой жиле оказалось приличное содержание олова. Душа

геологов возрадовалась. Работа кипит. Камни с грохотом летят вниз.

Штабеля образцов растут. Бур медленно, под мерные удары молота,

врезается в камень.

Вчетвером (я, Валя, геолог и рабочий Федя) идем через перевал.

Солнце уже высоко, снег размякает. Нужно спешить.

Быстро окатились по талому снегу до подножья перевала и полезли

по скалам. Федя для первого раза лезет ничего (немного трусит). Но лезть

дальше вверх по острому гребню отказался. Обследовали с геологом жилу

и спустились вниз.

Связавшись веревкой и надев кошки, я встал на охранении. Валя

идет наискось вниз. Придерживаясь за веревку, двинулись Федя и геолог.

От камня я лезу первым, предполагая, в случае обледенел ости, на крутой

части склона забить крюк. Но снег оказался глубоким. Так и спускались на

три веревки. Геолог идет смело и уверенно, Федя — робко и медленно.

На четвертой веревке я подошел к бергшрунду. Бергшрунд

довольно порядочный. Прыгать нужно метра три. Сбросил рюкзак,

ледоруб и кошки. Вытоптал площадку, примерился и, набрав метров пять

веревки, прыгнул... По колено увяз в снег, но удержался.

271

Следующим пошел Федя. Скороговоркой сказав раз, два, три...,

сиганул вниз. Попал в снег (ближе меня, у края бергшрунда),

перевернулся, стал было сползать, в последний момент ухватился за

веревку и я его вытянул.

Геолог поставил рекорд: хорошо прыгнул и увяз чуть не по пояс.

Валя прыгнула, предварительно сбросив вниз свои вещи. Но

неудачно. Приземлившись, перевернулась и поехала на животе щучкой

вниз, чуть не напоровшись на собственные кошки. После она утверждала,

что сделала это нарочно. В таких случаях бесполезно возражать человеку

(я не стал добавлять, что веревка натянулась, и мне пришлось задержать ее

дальнейшее продвижение вниз).

Быстро пошли вниз. С ледопада по правой стороне скатились на

ногах и вскоре были в лагере.

Рабочие сидели уже за обедом. Хвалились друг перед другом, что

очень здорово катились вниз. И это было заметно, ибо все, и особенно

спины, сильно мокры.

Обедаем в нашей палатке и очень плотно. Затем бесконечно пьем

чай.

Впервые за несколько дней набежали облака и солнце скрылось.

Вечером пришли носильщики с дровами.

20 июля. Среди ночи сильно удивил знакомый крик. Это Виталий и

Виктор зашли проходом со Стены. Беседовали часа полтора, они

рассказывали о восхождении начальников на Стену. До выхода на ледник

Елдаша спать уже не пришлось.

Нагрузка получилась порядочная, посему идем не спеша.

На скалах, в трех наиболее затруднительных местах, у многих ребят

подрагивали коленки, несмотря на то, что путь предварительно

расчищался весьма старательно. Особенно робели два парня и Николай

Михайлович.

272

Елдаш, сильно груженный, выбирает свои варианты пути.

На последнем спуске к леднику я скатился с очень маленького, но

крутого снежника. За мной пошли геолог, Валя и Николай Михайлович. Я

съехал наискось и снизу предупредил, чтобы аккуратней спускались, ибо

снег проваливается, а внизу ледяная корочка.

Геолог сразу навалился на свою салку всем телом. Она лопнула, и

он на боку выкатился на морену. Удачно, даже не поцарапался, видимо,

спас полушубок.

Николай Михайлович замялся.

Спускаться начала Валя. Я еще раз крикнул, что внизу яма,

осторожней. Валя отошла в сторону, но съехала все же прямо в яму,

зацепилась за ледяную корку и полетела через голову. Когда поднялась,

лицо ее было в кропи: при полете она рассекла губу и щеку. Возвращаемся

назад в лагерь. Самочувствие у Вали неважное: после нервного

напряжения начался упадок сил.

В лагере промыл рану и сделал вторую перевязку. Решили идти в

основной лагерь. К перевалу шагаем очень медленно. Жарко. Валя часто

садится. Вместе с носильщиками спустились с перевала. Вниз уже пошли

значительно бодрее.

При нашем появлении выскочил Виктор с диким выражением лица.

Как потом оказалось, в лагере поджидался Птенец, который самовольно

ушел один на вершину Верблюда. И дикое выражение физиономии

предназначалось ему.

Птенец вернулся лишь к вечеру, и на нем сразу же разрядился весь