Чтение онлайн

Самодержавие занялось и развитием производства, и обеспечением его необходимой рабочей силой, инженерами и учёными. Для осуществления индустриализации надо было заставить часть русских крестьян перебираться в города, чтобы там возникал избыток наёмного пролетариата, и делать это, не считаясь с мировоззренческими настроениями самого крестьянства. Поэтому в земледелии особую поддержку власти получали помещики и зажиточные крестьяне, которые скупали земельные наделы и расширяли личное производство на основе технических способов землепользования. В целинных же областях изначально поощрялось развитие товарного сельского хозяйства, призванного создать препятствия переселению в них беднейшего и общинного крестьянства. А чтобы повысить культуру земледельческого и городского производства, облегчить безземельным крестьянам принятие решения о переезде в города, создавалась сеть церковно-приходских школ.

Русская индустриализация в правление Александра Третьего началась с восстановления в государственной политике концептуальных подходов Петра Великого. Но планировалась и направлялась она военно-чиновничьей государственной властью, которая сама возникла и сложилась при земледельческом феодализме, а потому искала соответствующие способы налаживания управления экономическим и социальным развитием страны. Упорядочение городских и сельских производственных отношений совершалось ею на основе восстановления русских сословных народно-общественных отношений, и отмена либеральных норм права сопровождалась принятием сословных норм права, приспосабливаемых к новым условиям существования России. Иначе говоря, индустриализация в Российской империи проводилась военно-чиновничьей государственной властью на основе использования русских народно-земледельческих общественно-производственных отношений посредством их неуклонной рационализации. Это имело огромное значение для всей последующей истории страны, так как подготавливало социально-политические условия для Реформации русского православного мировоззрения в соответствии с целями индустриализации государства. Одновременно шло политическое наступление на представителей коммерческого интереса, которое отчётливо выразилось в реформе избирательных прав от 1892 года, когда из состава городских избирателей исключались купеческие приказчики и мелкие торговцы.

В России не рыночные интересы создавали производственные отношения, социальную культуру индустриального производства, а военно-бюрократическая государственная власть, которая всё основательнее зависела от поддержки русского народа, подстраивалась под его требования к ней.

Убедительные успехи экстенсивной индустриализации обеспечили высокую политическую устойчивость в стране всё время правления Александра Третьего. Происшедший при нём поворот к политике управляемой самодержавием экстенсивной индустриализации и социологизации сознания участников производственных отношений нанёс сокрушительный удар представлениям о России, как об обречённой остаться крестьянской стране, пошатнул доверие к основам идеологии крестьянского народничества. В 80-е годы в России возрастала численность индустриального пролетариата, вызревали его собственные экономические и политические интересы, которые привлекали к нему внимание социальных революционеров.

Не рыночная по существу индустриализация имела успех в России постольку, поскольку государственная власть российской империи являлась главным заказчиком и потребителем изделий тяжёлой индустриальной промышленности. Из задачи быстро создать транспортную сеть для переброски ресурсов по огромной стране, тем самым ослабить значение индустриальной и военной мощи Британии и Японии и укрепить геополитическое положение России правительство несло основные расходы по огромному железнодорожному строительству, которое вносило важнейший вклад в индустриализацию. Правительственными заказами обеспечивалось строительство железнодорожных путей и мостов через многочисленные реки, изготовление паровозов и вагонов. Покрытие этих и других подобных расходов самодержавия осуществлялось преимущественным образом за счёт торговых пошлин и налогов, собираемых с крестьянской массы населения страны. Подавляющее большинство населения само по себе не имело заинтересованности в товарах тяжёлой промышленности; не покупая их непосредственно, оно принуждалось к их приобретению опосредованно, платя налоги и пошлины. Но поскольку налогов и пошлин не хватало для расширения заказов государственной власти на продукцию индустрии, постольку правительство делало внутренние займы и увеличивало печатание денежных знаков. Постоянное несоответствие между доходами и расходами правительства привело к тому, что рубль обесценивался и терял способность отражать действительное положение дел на внутреннем рынке, управлять спросом и предложением. Финансовый кризис обострялся, перерастал в кризис экономический, который замедлял развитие всех отраслей хозяйства, в том числе индустриализацию.

После смерти популярного царя Александра Третьего повсюду стала нарастать критика экономического и финансового положения дел в империи. Она постепенно превращалась в критику самих основ самодержавной царской власти, обвиняемой в том, что та расходовала огромные средства, не считаясь с мнением населения, не согласовывая их с ним посредством представительного собрания, как это было в других европейских державах. Выход из тупика регламентируемой правительством экономической политики при сохранении самодержавного правления, – а последнее было главным требованием большинства представителей царской власти, – предлагали только либеральные реформаторы. Они призывали опять раскрепостить внешнюю торговлю, перейти на золотое обращение и ввести свободный обмен рубля на золото, чтобы вновь вовлечь страну в переживающий конъюнктурный подъём мировой рынок товарно-обменных сделок и капиталов. Предполагалось, что расширение внешней торговли существенно увеличит доходы казны от торговых пошлин, а свободный обмен рубля на золото обеспечит его устойчивость, привлечёт для покрытия государственных расходов западноевропейский капитал, сделает привлекательными на финансовых рынках Франции и Англии ценные бумаги и долговые обязательства царского правительства. Либералы обещали, что привлечение западноевропейского ссудного капитала Франции и Англии приведёт к ускорению развития передовых капиталистических предприятий, к быстрому экономическому росту, а такой экономический рост позволит позже безболезненно для страны расплатиться за все её внешние заимствования.

Однако проведённые правительством С.Витте либеральные реформы, раскрепостив внешнюю торговлю, одновременно вызвали резкий спад производства в России, и в первую очередь индустриального производства, так как оно было неконкурентоспособным, полностью зависело от правительственных заказов. В стране вновь начался быстрый рост спекулятивно-коммерческих и ростовщических капиталов, вследствие чего появлялись могущественные денежные олигархи, которые оказывали влияние на решения правительства подкупом высокопоставленных чиновников, вовлечением в свои сделки представителей аристократии, финансированием собственных газет и журналов. Среднее и низовое чиновничество и полицейские службы на местах стали получать взятки в основном от торговцев и ростовщиков, так что во всех вопросах становились на их сторону. А поскольку воровство и разбой превратились в способы приобретения первоначального коммерческого капитала, постольку криминальные интересы тоже срастались с интересами чиновников всех уровней власти. Обогащение участников коммерческой деятельности сопровождалось обнищанием подавляющего большинства мелких производителей страны и наёмных работников, чьё поведение определялось христианской этикой и моралью, – среди них увеличивалась безработица, которая выбрасывала безработных из экономических интересов, делала изгоями экономической жизни.

Царская государственная власть показывала неспособность справиться с отрицательными последствиями либеральных реформ для производства и производителей России. Русское народное умозрение, православно-земледельческое и общинное, не могло приспособиться к либеральным рыночным свободам, эксплуатировалось аморальными, чуждыми производственной этике спекулянтами, среди которых было множество инородцев. Самыми многочисленными выразителями настроений раздражения и недовольства были общинные крестьяне и промышленный пролетариат. Они воспринимали и готовы были поддержать те политические лозунги горожан, которые выражали требования изменения существа государственной власти за счёт восстановления народно-представительного законодательного собрания в духе идеала народного государства, – то есть собрания, долженствующего вместе с царём осуществлять надзор за деятельностью правительства и чиновников как представительная власть русского народа.

Поражение самодержавия в русско-японской войне 1904-1905 годов послужило запалом к первой русской революции 20 века. Остановить эту народную по духу революцию оказалось возможным только Царским манифестом, объявляющим создание Государственной Думы, которая наследовала представительному Собору русского народа эпохи семнадцатого столетия. В своё время Петр Великий исключил из учреждений государственной власти Российской империи, как народно-представительный Собор русского народа, так и независимое церковное патриаршество, видя именно в них главное препятствие для осуществления своей геополитической концепции. И появление Государственной Думы, усиливающееся культивирование православия и допетровской Руси означали победу народно-патриотической реакции, отрицание самих основ Преобразований Петра Великого и его концептуальной стратегии опережающего промышленного и социального развития. А без такой стратегии Россия оказалась на пути к распаду империи и потере положения великой мировой державы. Иначе говоря, народно-патриотическая реакция увлекла её к геополитической катастрофе.

Со времени подавления дворянского восстания в декабре 1824 года и уничтожения дворянской демократии, в среде дворян, которая унаследовала традиции служилой дворянской демократии, зародились революционные народно-патриотическое воззрения и начались поиски сближения с остальным русским народом для привлечения его на свою сторону в непримиримой борьбе с победившим военно-чиновничьим самодержавием. Большинство революционно мыслящих дворян считало, что надо идти в народ, опроститься до уровня его православных и общинно-земледельческих взглядов и интересов и бороться за народно-представительную общественную власть, наподобие такой, какой она была в семнадцатом столетии. Оно испытывало вину за свою особую западническую дворянскую культуру, что впервые отразилось в творчестве Грибоедова и получило широкое развитие в девятнадцатом столетии. Духовными выразителями настроений данной части дворянства были, как оторвавшиеся от земледелия и сближающиеся с разночинцами интеллигенты народники, так и помещик Лев Толстой. Народники искали пути насильственного разрушения военно-чиновничьих государственных отношений с помощью просвещения крестьян, а потому стремились возродить в себе русскую народную культуру, но уже в виде просвещённой и просветительской культуры. А Лев Толстой своим примером доказывал для всего слоя русских помещиков необходимость поисков личного этического, нравственного и хозяйственного взаимопонимания с общинным русским крестьянством на основе евангелического идеала самоотверженной любви, совестливого сострадания и всепрощения. Однако были и такие дворяне, кто придерживались убеждений, что наоборот, необходимо русский народ вырвать из его земледельческого мировоззрения, поднять его до уровня передовой, испытавшей влияние достижений Западной Европы городской дворянской культуры, до дворянского материалистического мировосприятия. Дворянин Г.Плеханов выражал как раз такие убеждения, из-за чего он решительно разорвал связь с движением народников, в котором начинал свою пропагандистскую и политическую деятельность. Под воздействием учения К.Маркса Плеханов, а затем В. Ульянов-Ленин и их сторонники увидели именно в индустриальном пролетариате тот социальный слой посредников между собой и крестьянством, который поможет им воплотить их убеждения в действительность.

Пролетариат являлся первым поколением крестьян на городском рынке труда. Он носил в себе народно-патриотическое общинное мировоззрение крестьянства и одновременно был вынужден рационализировать свои отношения с городской средой существования, в которой ему приходилось бороться за экономическое выживание. Для выживания в городе, для того, чтобы стать востребованным на городском рынке труда и работать на индустриальном производстве, бывшему крестьянину необходимо было углублять социальные связи с другими участниками индустриальных производственных отношений, получать технические знания и умения, - чему препятствовали традиции земледельческого православного сознания. У русского пролетариата, то есть у вытесняемого на рынок труда крестьянства поневоле возникала насущная потребность в том, чтобы православное мировоззрение было изменено рациональной реформацией. Им хотелось сохранить привычную для них христианскую этику и мораль, которой жили их родители и деды, но приспособить её к условиям трудовых отношений на индустриальном производстве. Это и сближало русский пролетариат с тем русским служилым дворянством, которое управляло промышленным развитием страны, с дворянским опытом перехода от христианского землевладельческого сознания к городскому диалектическому материалистическому мировосприятию и городской, позаимствованной в Западной Европе и творчески переработанной культуре.

Благодаря марксизму и философии диалектического материализма Энгельса, которую Г.Плеханов и В.Ленин доработали до теории познания мира, Ленин смог преобразовать материалистическое и диалектическое мировосприятие русского дворянства в пролетарское коммунистическое мировоззрение, которое позволяло осуществить городскую Реформацию православного мировоззрения русского народа. Сам Ленин, как и Пётр Великий, имел склонность к выражающим интересы участников городского производства кальвинистским этическим принципам изначального предопределения судьбы человека его происхождением, городского мирского аскетизма и мирского призвания. А многолетняя жизнь в Швейцарии, в Женеве, в центре духовного кальвинизма укоренила данные принципы и в его сознании и в его поведении, как в своё время их укоренило в сознании и поведении Петра Великого проживание молодого царя в Голландии. Это сближало Ленина с Петром Великим в понимании целей и задач обусловленной географическим положением России русской государственной политики и способов их достижения и решения. Реформация православного мировоззрения, которую Ленин готовил в виде отражающей интересы участников индустриального производства, только и позволяла вновь возродить концепцию опережающего промышленного и социального развития Петра Великого, повернуть Россию к ускоренной индустриализации и обновлённой имперской политике, политике выстраивания рационального имперского пространства.