Чтение онлайн

Первый вариант плана Ф. Гальдер поручил разработать начальнику штаба 18-й армии генерал-майору Э. Марксу, прикомандированному к ОКХ в качестве специального референта и имевшего репутацию крупного «специалиста по России» [187] . Основная идея Маркса заключалась в том, чтобы «наносить только один главный удар… из Румынии, Галиции и Южной Польши в направлении на Донбасс, разбить находящиеся на Украине армии и вслед за этим маршировать через Киев на Москву» [188] . Параллельно с генералом Марксом, над соображениями относительно плана войны против СССР, по распоряжению Гальдера, работали генерал Грейфенберг и подполковник генштаба Фейерабенд, которые также пришли к мысли сделать центром приложения главных усилий вермахта южное направление [189] . Планируемый удар должен был привести к тому, что находившиеся в районе Минска – Смоленска советские войска были бы отрезаны от Москвы и окружены.

Данные разработки, основанные на идее одного главного удара, скорее всего, не докладывались Гитлеру.

На совещании 31 июля 1940 г., на котором присутствовали В. фон Браухич, Ф. Гальдер, В. фон Кейтель и А. Йодль, Гитлером были сформулированы основные элементы оперативно-стратегического замысла:

1) удар на Киев с выходом к Днепру;

2) удар через Прибалтику и Белоруссию на Москву;

3) последующий охватывающий удар с севера и юга с целью захвата европейской части СССР;

4) проведение отдельной, вспомогательной операции по овладению нефтеносными районами Баку.

Вопрос о направлении главного удара вермахта – на Москву или Киев – оставался открытым [190] . Как видно из этих соображений, Гитлер прибегнул к классической схеме стратегического наступления, которой традиционно придерживался германский Генштаб, в том числе и накануне Первой мировой войны: нанесение глубоких ударов, охватывающих главные силы противника с целью их окружения и последующего уничтожения.

Решающее значение придавалось фактору времени, военную кампанию предполагалось осуществить в виде «молниеносной войны», где в ходе генерального сражения (включающего ряд операций) должны были быть разгромлены основные силы русских. Нападение на СССР предполагалось осуществить не позднее мая 1941 г., на «уничтожение жизненной силы России» отводилось 5 месяцев, до наступления осенней распутицы. Гитлер ориентировал участников совещания на разгром Красной армии в ходе «одного стремительного удара», вновь повторив, что «если Россия будет разгромлена, Англия потеряет последнюю надежду. Тогда господствовать в Европе и на Балканах будет Германия…». [191] Расчеты Гитлера исходили из возможности капитуляции советского правительства или его свержения. В противном случае, Красную армию предполагалось преследовать вплоть до Уральского хребта [192] .

По оценке генерал-фельдмаршала Ф. Паулюса, «Генеральный штаб сухопутных войск воспринял агрессивные намерения Гитлера с двойственными чувствами. Он видел в походе против России опасный факт открытия второго фронта, а также считал возможным и вероятным вступление в войну Соединенных Штатов против Германии. Он полагал, что такой группировке сил Германия сможет противостоять только в том случае, если она успеет быстро разгромить Россию. Однако сила России представляла собой большую неизвестную величину…» [193]

Проблема для военных планировщиков заключалась также в том, что им предстояло найти способы решения двух сложных задач: организации фронтального прорыва (в отличие от обходного маневра по «плану Шлиффена»), затем трансформации прорыва в глубокие охватывающие удары, которые должны были замкнуться вокруг основных сил Красной армии. Главный вопрос заключался в следующем: где и какими силами прорывать советский фронт? Первоначальные предложения о прорыве фронта на одном направлении были признаны не соответствующими масштабности задачи. С тем, чтобы разнообразить подходы к решению этой проблемы, к процессу планирования был привлечен генерал Г. фон Зоденштерн, в то время начальник штаба группы армий «А» (позднее – «Юг»).

Руководствуясь принципиальными установками Гитлера, генерал Э. Маркс разработал «Оперативный проект Восток (Ост)», представленный Гальдеру 5 августа 1940 г. В проекте предусматривались действия уже двух ударных групп: одной на южном, другой – на центральном, главном, направлении. Задачей первой группы являлось взятие Киева, второй, после достижения рубежа Рогачев – Витебск, предстояло нанести удар на Москву, после чего ей предстояло повернуть фронт на юг и во взаимодействии с южной группой немецких войск занять Украину.

Выбор главного удара обосновывался особым значением Москвы в качестве «экономического, политического и духовного центра» Советского Союза, соответственно, делался вывод о том, что овладение ею «разрушит целостность русской державы». Конечный рубеж наступления немецких войск устанавливался по линии Дон – Волга – Северная Двина. Выход на этот рубеж, по мнению Э. Маркса, поставил бы советское руководство в безвыходное положение, заставив капитулировать [194] . Для прикрытия северного фланга группы армий «Центр», Э. Маркс предлагал создать отдельную группу войск, которая должна была вести наступление в направлении нижнего течения Западной Двины, Пскова и Ленинграда.

Концептуально план Э. Маркса исходил из предположения о неспособности Красной армии выдержать первый мощный концентрированный удар вермахта и полной бесперспективности попыток СССР оказать сопротивление Германии после утраты промышленных центров в европейской части страны. Что касается промышленной базы на востоке Советского Союза, то она не обладала «достаточно высокой производительностью», чтобы компенсировать понесенные потери. Возможность эвакуации советской промышленности из западных районов в восточные не рассматривалась.

Оперативный проект Г. фон Зоденштерна в большей степени учитывал высказанные Гитлером указания на совещании от 31 июля. Он предлагал разместить две ударные группы на флангах: северная группа должна прорываться к Москве, южная – к Харькову, в то время как войска центральной группы (у Бреста) должны были вести сковывающие действия против сил Красной армии. Проект Г. фон Зоденштерна во многом воспроизводил принципиальную схему стратегического решения, содержащегося в плане Шлиффена.

Предложенные проекты подверглись обсуждению в ходе оперативных совещаний с участием Гитлера, Браухича, Гальдера и других генералов. Вступившему 3 сентября 1940 г. в должность первого обер-квартирмейстера Генерального штаба (начальника оперативного управления) генералу Ф. Паулюсу предстояло обобщить предыдущие разработки и представить на их основе уточненный план вторжения.

Тем временем в рамках ОКБ, под руководством А. Йодля, подполковником Б. Лоссбергом был разработан свой оперативный проект (так называемый этюд Лоссберга), датированный 15 сентября 1940 г. «Целью кампании против России, говорилось в варианте Б. Лоссберга, является: стремительными действиями уничтожить расположенную в западной России массу сухопутных войск, воспрепятствовать отводу боеспособных сил в глубину русского пространства, а затем, отрезав западную часть России от морей, прорваться до такого рубежа, который, с одной стороны, закрепил бы за нами важнейшие районы России, а с другой, мог бы послужить удобным заслоном от ее азиатской части» [195] .