Чтение онлайн

– Держись за стремя! – крикнул Захар.

По селу открыла огонь артиллерия. В следующую атаку Федорахин шёл уже в пехоте. Вся окрестность была усеяна людскими и конскими трупами. Такого побоища молодой крестьянин ещё не видел. Был бой под Нязепетровском, но там их, бойцов, было всего человек сорок…

– Я на германской и не такого повидал, – ухмыльнулся Малыгин.

К вечеру село было оставлено противником, но и красным приказали вернуться на оставленные ранее позиции.

Уже стемнело, когда Павел Другов вернулся домой из Рудного. Там прошло совещание командиров отряда, на котором также был заслушан рассказ Цветкова о бое в Невьянском. Жена, как всегда, долго попрекала мужа:

– Ну, чего тебе не живётся? Мы беднее Максимовых, за что нам воевать?

Павел резко её оборвал:

– Большевики нам и не дадут подняться. Ведь забирают всё, даже то, что мы на семена заготовили.

Кто-то забарабанил в ворота. Другов вышел. Перед ним стоял Павел Шестовских, чуть сзади стоял разведчик Никон Немытов, держа двоих человек под прицелом трёхлинейки.

– Кто такие? – всматриваясь в пленных, спросил командир Голубковской дружины.

– Иду по улице, кусты шевельнулись, а ветра нет. Ну, думаю, не иначе как с бабами кто-то из наших шалит… Если бы не война, так и прошёл бы… Дай, думаю, пужну! А ну, говорю, вылазь, гранату бросаю, если не вылезешь!

– Да мы бы тебя застрелили и убежали бы, если б чужой был! – нарушил молчание один из парней.

– Ты, кажется, Федорахиных будешь? – спросил Павел.

– Он самый, – подтвердил Шестовских.

– Оружие отобрали?

– Отобрали, – ответил Шестовских.

– Обыщи ещё раз! – приказал Другов и обратился уже к красным разведчикам:

– За что воюете-то? Мы хоть за землю, за свой хлебушек, а вы?

– Так вышло, – буркнул Роман Федорахин.

– Переходите к нам! – предложил Шестовских.

– Знать бы ещё, что меня наши за поджог простят, – опять пробурчал Федорахин.

– Вот-вот! Я бы этого Гошке Тюсову отдал! – бросил с усмешкой Никон.

– Девица-красавица замешана? – спросил Другов.

– Жена Гошкина, – опять с усмешкой поправил Немытов.

– А ты что молчишь? – обратился командир Голубковской дружины ко второму парню.

– Я бы перешёл, да у меня семья у большевиков в заложниках в Нижней Синячихе [26] , – сказал с сожалением второй красноармеец.

– Ну ладно, в Синячихе мы скоро будем! Раз вас в разведку послали, значит, скоро в наступление пойдёте?

– Наверное. Нас в известность не ставят, сказали: идите, посмотрите, что там, сколько… И всё! – проговорил Пётр Абрамов, второй красный разведчик.

– Отведите их за село! – приказал Павел и, повернувшись, пошёл в дом.

Красноармейцев молча довели до околицы и поставили лицом в сторону деревни Михалёво. Ткнув им в спину прикладом, Никон сказал:

– Убирайтесь к своим краснозадым! Ваше счастье, что мы в этих деревнях все свои, а то с удовольствием на небеса вас отправили бы! – И, подняв дуло вверх, он пальнул в воздух.

Наутро разведчики уже стояли перед своими командирами. О своём кратковременном пленении решили умолчать, об остальном доложили всё, как есть. Об отобранных наганах тоже никто не узнал, а винтовки с собой в разведку не брали. Решено было немедленно атаковать Голубковское. Пехота должна была наступать с фронта, а двум орудиям батареи Спиридонова и двум пулемётным командам нужно было обойти село и ударить с тыла.

На этот раз наступление началось медленно. Так рьяно красноармейцы уже не лезли, шли нехотя. Но постепенно бой разгорелся. Опять из села с колокольни ударили пулемёты. Одна из рот нижне-синячихинцев под командованием Евдокима Шаньгина попыталась зайти с фланга, двигаясь по высокой ржи. Но пересохшее поле загорелось. Поднявшись во весь рост, бойцы побежали и попали под пулемётный и ружейный огонь обороняющегося противника. Командир был убит.

Снова понеся потери, Павлов и Глухих на этот раз отказались от лобовых атак. Стали выжидать удара с тыла. Вскоре зашедшая в тыл батарея открыла огонь по селу. Имитировав атаку на батарею и совершив обходной маневр, белые вышли из Голубковского и по приказу Казагранди отошли к селу Ницинскому. Один человек из отряда был ранен. Партизаны нехотя покидали свои сёла, но выступивший перед отрядом Николай расставил всё на свои места:

– Господа офицеры и солдаты, мы ненадолго сдаём эти сёла. Не сегодня, так завтра мы спланируем операцию, получим пополнение и погоним превосходящего нас противника до самого Алапаевска и даже до Верхотурья.

…И снова, после двухдневного отдыха в Ницинском, Николай Казагранди собрал совещание командиров.

– Что мы имеем на сегодняшний день? Включая пришедшее пополнение из Ирбита, 800 человек и 12 пулемётов при одном орудии… По данным разведки, полученным мной только что, численность красных примерно такая же, может, чуть больше, плюс 20 пулемётов и лёгкая батарея. Кроме того, в селе Кокуй сосредоточено до двухсот венгров и австрияков, интернационалистов, что угрожает нашему правому флангу. Наступательных действий противник не ведёт, и, по донесениям разведки, похоже, вести не собирается. Какие предложения?

Со всех сторон раздалось:

– Наступать! Ударить первыми!

Командир поднял руку, призывая собравшихся к тишине:

– Я думаю, начнём так: ты, Сиротин, в ночь атакуешь Кокуй. Пленных можешь не брать! Ты, Корнилий, с самой большой группой сделаешь глубокий обход с левого фланга. Вновь займёшь Невьянское. По данным разведки село оставлено красными без прикрытия. Где-нибудь выше по Нейве переправишься на левый берег и атакуешь красных с глубокого тыла! Остальные со мной с утра начнут наступать с фронта. А сейчас – начать подготовку и сборы к выступлению!

Командиры разошлись по своим подразделениям, остался, лишь командир пешей разведки штабс-капитан Сиротин.

– У меня для штабс-капитана Цветкова есть хорошая новость!

– Так говори, не тяни кота за причиндалы! – шутя огрызнулся Казагранди.

– Елена жива и благополучно вывезена нашими людьми в Верхотурье!

– Давай оставим эту новость на потом! В награду Корнилию за разгром красных, который, я почти не сомневаюсь, обязательно состоится! – торжественно заключил командир отряда.

В полночь Сергей Сиротин, собрав свою роту пешей разведки, выступил на Кокуй. Ночь была непроглядная. Бойцы медленно продвигались вперёд, шли почти на ощупь – приказано было не зажигать огней. Когда начал брезжить расцвет, отряд подошёл к Кокую. Сергей разделил бойцов на несколько групп. Каждая из групп должна была с определённой стороны зайти в деревню.

– Продолжаем действовать без шума! Заходим в деревню и забрасываем гадов гранатами, чтобы ни один не ушёл! От нас сейчас зависит вся операция!