Чтение онлайн

Барон Боремба сделал вид, что про разбойников не слышал, приветливо улыбнулся и поклонился Карабичевскому.

Вскоре двадцать всадников привел Пережога-Лебедь. Этот барон был тощим и длинным. И меч у него был длинным, а лошадь старой и тощей. Всадники, что сопровождали его, походили на приодетых в доспехи слуг, да и доспехи эти были простенькими, не для серьезного боя.

– Нас уже пятеро, - отметил Оскарегон.
– Пока кикивардов нет, давайте обсудим кое-какие дела, - обратился он к остальным баронам.
– Накопилось, знаете ли. Надеюсь, возражений нет?

Дела у баронов, очевидно, действительно накопились. Никто не возразил.

– Халепа, - негромко позвал Оскарегон. И тотчас же к нему подошел один из воинов, что охраняли штандарт.
– Проследи-ка, за кикивардами. Генерал Гроссерпферд на выдумку горазд, как бы он нас врасплох не застал. Разведка Борембы доложила, что у генерала три отряда, общей численностью человек шестьсот. Маловато для мятежа. Пошарь по кустам, может еще сотню, другую найдешь.

– Понял, ваша светлость, сейчас слетаем, - доложил Халепа и умчался, прихватив с собой трех всадников.

– Вы, э-э-э... отдыхайте пока, - вспомнил о наших путешественниках Брамина-Стародубский. И бароны удалились на соседнюю поляну, где они могли без лишних глаз и ушей обсудить кое-какие вопросы своего баронского профсоюза.

Глава двадцать седьмая.

Барон Оскарегон - передовик феодального строя. Еще надо доказать, что это мятеж! Генерал Гроссерпферд плюет на все тактические планы. Сержант Бумбер становится парламентером и, вполне возможно, будет награжден медалью.

– Ты, мой разносторонний друг, оказывается и с бароном Оскарегоном хорошо знаком. На чем это вы сошлись?
– поинтересовался Агофен у Дороши.

– Да так...
– лепрекон вынул из кармана трубку и стал ее набивать ароматным табачком.
– Случается, помогаем друг другу.

На этом Дороша хотел закончить, но почувствовал, что друзья ждут подробностей, поэтому, не дожидаясь дальнейших расспросов, продолжил:

– Однажды Оскарегон в затруднительном положении оказался, - Дороша попыхтел трубкой, помолчал, пропуская подробности о затруднительном положении, в котором оказался барон, - а я, как раз, мимо проходил, вот и помог. Бывает, и мне кое-какая помощь нужна, так что заглядываю к барону. Такие вот дела... Оказываем друг другу полное уважение. Обсуждаем и советуемся. Он тоже много где бывал, разное повидал, интересно расcуждает. Чай пьем, уху едим. У него повара тройную уху варят, другой такой ухи во всем Счастливом Демократическом Королевстве нет.

– В чем ты ему помог, мой энергичный друг, если не секрет?
– полюбопытствовал Агофен.

– Какие у меня секреты могут быть?..
– Дороша раскурил трубку, выпустил клуб ароматного дыма.
– Никакого секрета. Но давно это было, не помню, - он опять выпустил клубок дыма и просмотрел куда-то в сторону. Каждый, кто знал лепрекона, должен был понять, что далее расспрашивать его, о взаимоотношениях с бароном, не надо.

– Меня другое интересует, - вмешался Максим.
– Тут разнобой получается. Все бароны, как бароны... Были мы у Брамина-Стародубского: замок запущен, обслуги мало, экономика на грани, сыновья разбежались. У других баронов, которые здесь собрались, судя по их виду, то же самое. Понятно - крах феодализма. Против исторического процесса не попрешь. А Оскарегон процветает. Дружина одета с иголочки, лошади гладкие. Повара лучшую в Хавортии уху варят. Что-то здесь не стыкуется... Эмилий, ты все знаешь, просвети, в чем дело?

– Сам удивляюсь, - признался Бах.
– Общая тенденция, к стремительному разорению и обнищанию баронов, Оскарегона явно не коснулась.

– Дороша как думаешь?
– спросил Максим.

– Чего тут думать?..
– Дороша вынул изо рта трубку...
– Если в королевстве полтора десятка баронов, то непременно должен быть среди них хоть один умный. Закон природы. Такие вот дела.

– Хочешь сказать, что Оскарегон не просто феодал, а передовой феодал? Улавливает веяния времени и поступает в соответствии, поэтому у него с экономикой все в порядке?
– спросил Максим.

– Так оно и есть, - подтвердил Дороша.
– Улавливает и поступает.

– Кто умней, кто глупей, это для истории значения не имеет, - не согласился Максим.
– Раз он феодал, значит попадает под колесо надвигающегося прогресса и должен разоряться.

– Оскарегон уже никакой не феодал, - сообщил Дороша.
– Он еще лет тридцать тому назад распустил своих поселян, бросил замок и построил большой дом возле реки, у брода. Охраняет там, со своей дружиной, торговый путь от разбойников.

– С купцов берет плату за то что охраняет торговый путь, - сообразил Максим.
– Так, что ли?

– Так. За тридцать лет вокруг его дома город вырос. Там и купцы, и постоялые дворы, таверны, мастеровые... Много разного народа там живет и кормится. Он и город этот от набегов защищает. Оскарегон теперь не столько барон, сколько управляющий городом. Ему от этого доход идет, а людям защита.

– Ага, Оскарегон стал главой средневекового города. Тогда все понятно. Действительно, улавливает и поступает.

Халепа на галопе вылетел на поляну, легко соскочил с коня, быстро подошел к баронам.

– Докладывай, - разрешил Оскарегон.

– Ваша светлость, три отряда кикивардов подходят к Пустоши, - сообщил Халепа.
– Идут в строю.

– Кикиварды идут в строю?
– удивился барон.

– В строю, ваша светлость, - разведчик позволил себе пожать плечами: тем, что кикиварды идут в строю, он был удивлен не меньше чем барон.
– Батальон копейщиков и два батальона мечников. Общая численность - более шестисот воинов.

– Мало-ва-то, - недовольно протянул барон.
– У Гроссерпферда должно быть поболее. По кустам пошарили? По балкам?

– Так точно, - подтвердил Халепа.
– Те, что подходят к Зеленой Пустоши, из ближнего лагеря. Несколько далее обнаружены еще два отряда. Продвигаются сюда же, но скрытно, по балкам. Копейщики и мечники. Всего в распоряжении генерала Гроссерпферда может оказаться более тысячи воинов.

– Более тысячи...
– повторил Оскарегон...
– С такими силами, пожалуй, начинать можно. Но, думаю, это не все. У Гроссерпферда должно быть еще. Где остальные?

– Ваша светлость, у нас не было времени осмотреть все возможные места скопления кикивардов.

– А что прикажешь, Халепа, делать мне, если я не знаю где противник и сколько его?

– Понял, ваша светлость. Через два часа доложу все точно.

– Через час, - снизошел барон.

– Сделаем, ваша светлость!
– Халепа прихватил лошадь за узду и быстрым шагом направился к своим соколам. Теперь Халепе предстояло спросить разведчиков: что по их мнению должен делать барон Оскарегон, если он не знает где противник и какими силами тот располагает?