Надвигающийся кризис: Америка перед Гражданской войной, 1848-1861
Шрифт:
Тем временем Сьюард занимал пост «премьера», разрабатывая свою собственную независимую линию политики. Правительство Дэвиса направило трех комиссаров для переговоров о признании Конфедерации, и, будучи якобы «иностранными» эмиссарами, они, естественно, пытались совершить сделку с государственным секретарем. Сьюард, по настоянию Линкольна, отказался встретиться с тремя мужчинами лицом к лицу, но общался с ними через ряд посредников. Одним из них был судья Джон А. Кэмпбелл из Алабамы, который ещё не подал прошение об отставке из Верховного суда. На встрече с Кэмпбеллом 15 марта Сьюард опрометчиво сообщил, что форт Самтер будет эвакуирован в течение нескольких дней. Получив эту радостную информацию, комиссары согласились на время приостановить свои требования о проведении переговоров. Небольшая задержка, по их мнению, в любом случае пойдёт на пользу их республике, просуществовавшей один месяц. Однако дни шли, а на Самтере ничего не происходило. Сьюард, от которого потребовали объяснений, 21 марта повторил свои заверения Кэмпбеллу, хотя и в несколько менее ясных выражениях. [1107] Любое беспокойство, которое он мог испытывать в этот момент, вероятно, было ещё незначительным, но ещё через неделю все было бы иначе. На самом деле он предложил членам комиссии предсказание, в котором был настолько уверен, что позволил принять его как авторитетное обещание. События должны были сделать его в лучшем случае плохим пророком, а в глазах южан — мастером двуличия. [1108]
1107
Генри Г. Коннор, Джон Арчибальд Кэмпбелл (Бостон, 1920), с. 122–127; Кроуфорд, Генезис, с. 325–332. В беседах со Сьюардом Кэмпбелла сопровождал его коллега по Верховному суду Сэмюэл Нельсон.
1108
Многие ученые считают, что Сьюард без ведома Линкольна действительно дал комиссарам обещание. См. например, Stampp, And the War Came, pp. 273–274; Bancroft, Seward, II, 113–117; Ludwell H. Johnson, «Fort Sumter and Confederate Diplomacy», JSH, XXVI (1960), 455–461; Burton J. Hendrick, Lincoln’s War Cabinet (Boston, 1946), pp. 166–169. Но противоположный аргумент см. в Nevins, War for the Union, I, 51 n. Nicolay and Hay, Lincoln, III, 404–413, сурово рассматривает Кэмпбелла как агента мятежников, указывая, что он поддерживал связь не только с комиссарами, но и с Джефферсоном Дэвисом. То, что Сьюард практиковал обман, кажется достаточно очевидным, однако следует отметить следующее: (1) Последующий рассказ Кэмпбелла об этом деле, практически единственный первоисточник, по своей природе был корыстным. (2) Как бы кто ни относился к его методам, целью Сьюарда было отсрочить официальный отпор комиссарам, который мог бы означать войну. (3) Комиссары так же, как и Сьюард, хотели продлить своё пребывание в Вашингтоне и думали, что ловко обманывают Сьюарда. (4) Формально никаких обещаний от Сьюарда к комиссарам не переходило, поскольку Кэмпбелл в разговоре с последними отказался использовать имя Сьюарда и сказал, что комиссары «не вправе делать вывод», что он «действует по поручению какого-либо агентства». (5) До 15 марта комиссары уже были уверены, что Самтер будет эвакуирован, но лидеры Конфедерации в Монтгомери, по словам военного секретаря, «ни в коем случае не полагались на заверения правительства в Вашингтоне в отношении эвакуации форта Самтер». Official Records, I, 275, 285. Короче говоря, нет никаких признаков того, что двойные речи Сьюарда имели какой-либо эффект, которого не желали и не попустительствовали сами конфедераты.
В конце марта Линкольн все ещё размышлял над проблемой Самтера. Он чувствовал, как горячо республиканцы реагируют на слухи о предстоящем выводе войск, и выслушал несколько убедительных аргументов в пользу целесообразности экспедиции, особенно от бывшего морского офицера по имени Густавус В. Фокс. Он также потерял часть своего доверия к пессимистическим взглядам генерала Скотта на Самтер, возможно, потому, что Скотт теперь официально выступал за эвакуацию форта Пикенс, причём по явно политическим причинам. [1109] Но решающее влияние могло оказать просто давление календаря. Предположительно, Андерсон мог продержаться только до середины апреля. Наступало время, когда администрация должна была решить, начинать ли подготовку экспедиции помощи. В сложившихся обстоятельствах отрицательное решение было бы бесповоротным, а утвердительное — нет. Линкольн решил не откладывать решение ещё на неделю, а это означало, что нужно действовать. 29 марта он снова опросил свой кабинет министров по поводу обеспечения форта Самтер. С середины месяца произошли разительные перемены. Сьюард теперь почти в одиночку выступал против, в то время как четыре члена кабинета были твёрдо на стороне президента. Позже в тот же день Линкольн отдал приказ о подготовке экспедиции, готовой к отплытию к 6 апреля. [1110]
1109
Robert Means Thompson and Richard Wainwright (eds.), Confidential Correspondence of Gustavus Vasa Fox (2 vols.; New York, 1920), I, 7–9; Official Records, I, 200–201. Существует история, общепринятая, хотя и опирающаяся в основном на последующие воспоминания Монтгомери Блэра, что Линкольн в ночь на 28 марта сообщил кабинету министров о совете Скотта эвакуировать оба форта. Это якобы подтолкнуло их к более решительным действиям на следующий день. См. например, Nicolay and Hay, Lincoln, 111, 394–395; Gideon Welles, Lincoln and Seward (New York, 1874), pp. 57–58, 64–65; Nevins, War for the Union, I, 55; Current, Lincoln and the First Shot, pp. 76–77; Bancroft, Seward, II, 123–124. Тем не менее, Линкольн предположительно получил меморандум Скотта в свои руки примерно 16 или 17 марта, поскольку он был приложен к ответу Камерона на запрос Линкольна от 15-го числа. См. Hoogenboom, «Fox and Fort Sumter», p. 387 n., и Kenneth P. Williams, Lincoln Finds a General (5 vols.; New York, 1949–59), I, 387, для несогласных мнений. «Мейгс о гражданской войне», стр. 300 (дневниковая запись за 31 марта 1861 г.), подтверждает версию Блэра.
1110
Basler (ed.), Works of Lincoln, IV, 301–302; Nicolay and Hay, Lincoln, III, 429–433; Howard K. Beale (ed.), The Diary of Edward Bates (Washington, 1933), p. 180. Калеб Б. Смит несколько менее решительно присоединился к Сьюарду в отрицательном вопросе. Бейтс заявил, что настало время «либо эвакуировать, либо освободить Самтер». Все члены кабинета были согласны с тем, чтобы укрепить Пикенса. Похоже, что решение Линкольна повлияло на голосование кабинета, а не наоборот.
Однако Сьюард не сдался. Он пересмотрел свою стратегию и предпринял контратаку, что привело к путанице, которую так и не удалось полностью развеять. До этого госсекретарь не проявлял особой заботы о безопасности форта Пикенс. Более того, не один член кабинета подозревал его в том, что он вдохновил генерала Скотта на предложение эвакуировать Пикенс вместе с Самтером. То, что подозрения были верными, кажется вероятным, и не только из-за очевидного влияния Сьюарда на физически дряхлого генерала. План Сьюарда по спасению Союза требовал избегать вооруженного конфликта везде, но особенно в двух точках наибольшего трения — Самтере и Пикенсе. Укрепление Пикенса было бы гораздо проще стратегически, но чуть менее опасно политически, чем укрепление Самтера. Друг Сьюарда Джон А. Гилмер из Вирджинии настаивал на том, что оба форта должны быть сданы, если мы хотим сохранить мир и предотвратить дальнейшие сецессии. Так же считали и юнионисты приграничных штатов. Как и Стивен А. Дуглас и многие другие демократы Севера. И все же Сьюард теперь ясно видел, что политика двойного отступления не получит поддержки в кабинете министров и очень мало от республиканцев. Поэтому он решил по возможности довольствоваться половиной буханки. То есть он попытается переключить внимание с форта Самтер на форт Пикенс, продолжая настаивать на мирной эвакуации Самтера и одновременно взяв на себя ответственность за подготовку к резкому укреплению Пикенса. Таким образом, ему удалось бы сдержать обещание, данное южным комиссарам, и при этом освободить себя от обвинений в том, что он стал республиканским болваном. [1111]
1111
Bancroft, Seward, II, 124–125, 545–548 (письма Гилмера к Сьюарду): Robert W. Johannsen, Stephen A. Douglas (New York, 1973), pp. 847–858.
Так, на решающем заседании кабинета министров 29 марта Сьюард уравновесил свой отрицательный голос по поводу освобождения форта Самтер категорическим заявлением в пользу удержания форта Пикенс. В тот же день он призвал Линкольна назначить капитана Монтгомери К. Мейгса, армейского инженера, командующим экспедицией в Пикенс. Через два дня Линкольн согласился и отдал необходимые приказы. [1112] С этого момента готовились две отдельные экспедиции. Экспедицию, предназначенную для Самтера, организованную по обычным каналам кабинета министров, возглавил Густавус Фокс, бывший морской офицер, который разработал и убедительно продвигал свой собственный план по освобождению форта. Фокс, человек с динамичным характером, был первым из трех недавних посетителей Линкольна в Чарльстоне, вернувшись оттуда, все ещё был уверен, что план сработает. Он также оказался шурином Монтгомери Блэра, самого воинственного члена кабинета, с которым поддерживал тесную связь. Экспедиция Пикенса была организована более аномально — Мейгсом и морским офицером под руководством Сьюарда, без ведома военного секретаря или министра военно-морского флота. В некотором смысле ястребиное и голубиное крылья кабинета готовили каждый свою собственную экспедицию. [1113]
1112
Van Deusen, Seward, pp. 279–280; «Meigs on the Civil War», pp. 299–300; Basler (ed.), Works of Lincoln, IV, 313–315.
1113
Howard K. Beale (ed.). Diary of Gideon Welles (3 vols.; New York, 1960), I, 14–26 (эта часть «дневника» на самом деле является мемуарами); «Meigs on the Civil War», pp. 300–301; Hoogenboom, «Fox and Fort Sumter», pp. 387–389; John Niven, Gideon Welles: Lincoln’s Secretary of the Xavy (New York, 1973), pp. 329–332.
1 апреля судья Кэмпбелл имел ещё одну беседу со Сьюардом, который представил ему письменное заявление, якобы санкционированное Линкольном, в котором говорилось, что правительство не будет осуществлять снабжение форта Самтер без предварительного уведомления губернатора Южной Каролины. На первый взгляд, это было резким отклонением от первоначального «обещания», но Кэмпбелл довольно доверчиво позволил убедить себя в том, что на самом деле ничего не изменилось. [1114] На самом деле Сьюард все ещё был готов сказать, что попыток освободить Самтер не будет, потому что все ещё верил, что сможет сделать так, чтобы предсказание сбылось. Он надеялся убедить Линкольна, что форт Пикенс, который был более защищенным и менее спорным, чем форт Самтер, будет так же хорошо символизировать сохранение федеральной власти на территории отделившихся штатов.
1114
Connor, Campbell, pp. 127–129. В этой беседе 1 апреля, по словам Кэмпбелла, Сьюард сказал ему, что Леймон (который обещал эвакуировать Самтер во время своего недавнего визита в Чарльстон) не действовал на основании каких-либо полномочий от Линкольна. Затем Сьюард передал ему письменное заявление о том, «что президент может пожелать снабдить форт Самтер, но не возьмется за это без предварительного уведомления губернатора Пикенса». Якобы посоветовавшись с Линкольном, Сьюард затем пересмотрел заявление и сказал: «Я уверен, что правительство не возьмется за снабжение форта Самтер, не уведомив об этом губернатора Пикенса». Это было единственное официальное обещание, которое Кэмпбелл когда-либо получал, и оно было выполнено пять дней спустя. По неподтвержденному объяснению Кэмпбелла, эти явные указания были компенсированы устными заверениями Сьюарда. Там же, стр. 132, 134.
Однако подкрепление Пикенса в сочетании с эвакуацией Самтера, вероятно, само по себе не сделало бы мир более вероятным, чем война. Нужно было что-то другое, и Сьюард обнародовал эффектную стратегию, которую он держал в резерве. 1 апреля он отправил Линкольну печально известный меморандум, озаглавленный «Некоторые соображения на рассмотрение президента». Открываясь утверждением о том, что администрация все ещё «не имеет ни внутренней, ни внешней политики», документ содержал три основных предложения: Во-первых, Сьюард повторил свою убежденность в том, что форт Самтер должен быть эвакуирован, а форт Пикенс укреплен, утверждая, что это каким-то образом изменит всю секционную проблему с вопроса о рабстве на вопрос о союзе или воссоединении. Во-вторых, он предложил начать агрессивную внешнюю политику, направленную, прежде всего, против Испании, которая недавно предприняла шаги по аннексии Санто-Доминго, и против Франции, которая подозревалась в аналогичных планах в Карибском бассейне и Мексике. Он «потребует объяснений» от обеих стран и, если удовлетворительные ответы не будут получены, «созовет Конгресс и объявит им войну». В-третьих, с некоторой долей прозрачного иносказания он предложил президенту делегировать ему ответственность за «энергичное преследование» любой политики, которая будет принята. Это было равносильно официальной заявке на неформальную роль премьера.
Эвакуация, внешняя война и частичное отречение от престола — все это было завернуто для Линкольна в одну аккуратную упаковку. Он отреагировал с удивительной сдержанностью, но с безошибочной твердостью, разоблачив слабые места в аргументах Сьюарда и добавив, что он сам должен сделать все, что должно быть сделано. [1115] Однако наглость документа, возможно, укрепила его намерение предпринять что-то решительное. На Севере нарастало требование положить конец колебаниям и бездействию. Например, 3 апреля республиканская газета New York Times опубликовала язвительную редакционную статью под заголовком «Требуется политика!». Новая Конфедерация, утверждала «Таймс», вела себя «энергично, умно и успешно», чего нельзя было заметить нигде в Вашингтоне. «Президент, — предупреждала газета, — должен принять какую-то ясную и четкую политику в отношении отделения, иначе Союз не только будет разорван, но и страна будет опозорена». [1116]
1115
Баслер (ред.). Works of Lincoln, IV, 316–318. Van Deusen, Seward, pp. 281–284, указывает, что некоторые идеи в меморандуме «были позже реализованы». О том, что Сьюард работал совместно с Турлоу Уидом и Генри Дж. Рэймондом, редактором «Нью-Йорк Таймс», см. в Patrick Sowle, «A Reappraisal of Seward’s Memorandum of April 1, 1861, to Lincoln», JSH, XXXIII (1967), 234–239. 3 и 5 апреля три комиссара доложили Монтгомери, что готовящаяся экспедиция может быть направлена в Санто-Доминго. Официальные отчеты, I, 286.
1116
Перкинс (ред.), Северные издания, II, 660–664.
Когда окончательный срок сдачи Самтера был уже почти наступил, Линкольн, тем не менее, продолжал взвешивать альтернативы. По договоренности со Сьюардом он встретился 4 апреля с одним из членов съезда в Вирджинии. Вопрос о том, поднимал ли он вновь возможность эвакуации форта Самтер в обмен на отсрочку съезда, является спорным, но в любом случае обсуждение оказалось бесплодным. [1117] Согласно его собственным последующим показаниям, Линкольн также серьёзно обдумывал план Сьюарда по выводу войск из форта Самтер, одновременно усиливая федеральный контроль над фортом Пикенс. [1118] Однако как раз в это время безопасность последнего казалась особенно сомнительной. Форт удерживали менее пятидесяти солдат под командованием лейтенанта, в то время как генерал Конфедерации Брэкстон Брэгг имел более тысячи солдат в районе Пенсаколы, и ещё многие направлялись к нему. Артиллерийская рота, прибывшая в начале февраля для усиления форта, была оставлена на борту транспорта в соответствии с перемирием, заключенным между лидерами Флоридской сецессии и администрацией Бьюкенена. По указанию Линкольна приказ о высадке подкрепления был отправлен из Вашингтона 12 марта, но спустя более трех недель не было никаких признаков того, что высадка была произведена. В поступавших сообщениях говорилось об усилении батарей Конфедерации, усталости гарнизона и истощении запасов на стоявших наготове военных кораблях. Что же делать, если правительство Линкольна добровольно покинет форт Самтер и узнает, что форт Пикенс был взят штурмом? Дело Союза может не выдержать такого двойного удара. [1119]
1117
Виргинец Джон Б. Болдуин впоследствии утверждал, что Линкольн не делал никакого предложения. Это оспаривал, но не очень убедительно, другой житель Вирджинии юнионист, Джон Минор Боттс. См. Potter, Lincoln and His Party, pp. 356–358; Current, Lincoln and the First Shot, pp. 94–96; Thompson and Wainwright (eds.), Correspondence of Fox, I, 39; Tyler Dennett (ed.), Lincoln and the Civil War in the Dianes and Letters of John Hay (New York, 1939), p. 30.
1118
В своём послании специальной сессии Конгресса от 4 июля 1861 года Линкольн указал, что экспедиция на Самтер оставалась предварительной до тех пор, пока он не узнал (6 апреля) о неудаче с подкреплением Пикенса. Basler (ed.), Works of Lincoln, IV, 424–425. Однако это утверждение было решительно оспорено. Например, см. Stampp, «Lincoln and the Strategy of Defense», pp. 313–314; Richard N. Current, The Lincoln Nobody Knows (New York, 1958), pp. 121–124. Опровержение см. в новом предисловии в мягком издании 1962 г. Potter, Lincoln and His Party, pp. xxvi-xxvii.
1119
Official Records, I, 352, 355–356, 363–365; Grady McWhiney, «The Confederacy’s First Shot», CWH, XIV (1968), 8.
4 апреля Линкольн составил письмо Андерсону, в котором сообщал, что помощь скоро будет оказана. Он также послал за Фоксом и сообщил, что «решил отпустить экспедицию». Однако первоначальный план был изменен таким образом, чтобы показать, что он все ещё лелеял надежду избежать дилеммы, поставленной Самтером. То есть, оказавшись перед выбором между эвакуацией и войной, он предложил другой стороне выбор между войной и сохранением статус-кво. Прибыв в гавань Чарльстона, Фокс должен был сначала попытаться просто снабдить форт Самтер безоружными лодками. Если по ним откроют огонь, то он должен был прорваться в форт с припасами и подкреплениями. Если же снабжение будет проходить мирно, то попыток прислать подкрепление не будет, и военно-морские силы уйдут из окрестностей. Кроме того, власти Южной Каролины были бы заблаговременно уведомлены о том, что экспедиция направлена не более чем на «пропитание голодных». [1120]
1120
Basler (ed.), Works of Lincoln, IV, 321–322; Official Records, I, 232–235, 248, 294. Андерсон получил послание 7 апреля и выразил своё категорическое неодобрение экспедиции.
Тем не менее Линкольн откладывал отправку рокового уведомления до тех пор, пока 6 апреля не пришли новые тревожные новости из Флориды. Командующий флотом в Пенсаколе отказался сотрудничать в высадке подкреплений в форт Пикенс, сославшись на то, что не получал прямых приказов от своего начальства. Таким образом, Пикенс по-прежнему удерживался горсткой людей, и его судьба не могла быть определена ещё как минимум неделю. [1121] Линкольн больше не ждал. В тот же день он отправил гонца в Чарльстон со следующим уведомлением для губернатора Южной Каролины: «Президент Соединенных Штатов поручил мне уведомить вас, что ожидается попытка снабдить форт Самтер только провизией; и что, если эта попытка не встретит сопротивления, никаких усилий по доставке людей, оружия или боеприпасов не будет предпринято, без дальнейшего уведомления или в случае нападения на форт». [1122]
1121
Official Records of the Union and Confederate Navies in the War of the Rebellion (30 vols.; Washington, 1894–1922), series I, vol. IV, 109–111, 115. Новые приказы о подкреплении были отправлены в тот же день, и дополнительные войска были высажены в форте Пикенс 12 апреля. Экспедиция Мейгса прибыла через четыре дня. Пикенс оставался в руках Союза на протяжении всей войны.
1122
Basler (ed.), Works of Lincoln, IV, 323–324. Послание было передано губернатору Пикенсу и генералу Борегару вечером 8 апреля. Официальные записи, I, 291.
Эти слова не похожи на ультиматум, но лидеры Конфедерации восприняли их как ультиматум и поступили соответствующим образом. Линкольн, как утверждают, должен был понимать, что делает шаг, способный ускорить войну. Однако на самом деле это означает лишь то, что любая линия поведения, кроме безоговорочной капитуляции, должна была быть провокационной, учитывая бурные настроения в Чарльстоне и Монтгомери. Короче говоря, Линкольн не решил начать военные действия, но он отказался принять условия мира Конфедерации. Он предпринял последнюю попытку проложить себе путь между войной и воссоединением. Простое снабжение форта Самтер, если бы оно было разрешено, поставило бы отношения в нём на те же условия, которые уже были установлены в форте Пикенс. Но стратегия Линкольна, помимо предложения продлить статус-кво, имела и второстепенную цель, которая, в конце концов, стала главной. То есть, пытаясь выполнить своё инаугурационное обещание, что форты будут удержаны, он также был полон решимости сдержать своё обещание, что правительство не будет применять военное принуждение, если только на него не нападут первым.