Чтение онлайн

Буквально через минуту тело вновь сжимается от страха, когда в холле звучат грязные словечки:

— Раз, два, три, четыре, пять! Мы идём тебя %:№:!

— Киса, мы тебя ищем! У нас есть одно незавершенное дельце… ммм…

Сразу приходит понимание очевидного, два плюс два легко складывается в голове: Мами не поговорила, не успокоила озлобленных братьев. И они идут мстить.

Куда бежать? Что делать? Испуганный заяц во мне побеждает, и я приседаю за толстой стеной-перегородкой, отделяющей две зоны. Если близко не подходить, то с дальнего расстояния за ней меня будет не видно.

Сердце лихорадочно бьётся. Липкий страх парализует: сложно пошевелиться. Невольно слышу разговор двух братьев, вот уже приближающихся к моему укрытию, с ума схожу от страха. Тело пробирает сильная дрожь. Закрываю себе рот ладонью, чтобы не завизжать и не попасться. Но они всё равно чуют меня, идут словно звери на запах дичи в капкане.

И вдруг резко вырастают передо мной. Хватают за локти с обеих сторон и насильно поднимают, спровоцировав мой дикий неконтролируемый вопль. С победоносными ухмылками на лицах окружают.

Пробую вырваться, они же силой удерживают.

— Ты опять в образе деревни? Где наша королева ночи? Лан, пойдет, будем сегодня развлекаться с дояркой! — стебётся Донован.

Самый настоящий ужас овладевает сознанием. Глядя в их озлобленные похотливые лица, я все сильнее сжимаюсь, стараясь исчезнуть, как можно дальше отодвинуться от нависших надо мной злобных оскалов. В их глазах вижу неутолимую жажду расправы, похоть, намерение любой ценой получить желаемое. И это не шутки. Они настроены весьма серьезно и поставили перед собой цель: за все отыграться.

Губы Донована растягиваются в похотливой улыбке, мое состояние их еще больше заводит, интерес сильнее разжигается.

— Будешь послушной девочкой — будем удовлетворять любые твои хотелки, в универе никто пальцем тебя не тронет, поверь, с нами очень выгодно дружить… ммм… — и Девин еще ближе прислоняется, а ладонью прижимается к груди!

К горлу резко подкатывает тошнота, задыхаюсь от омерзения и дикого ужаса. Из-за сильной дрожи в ногах, с трудом держусь, кажется еще немного и упаду.

Хочется завыть на злую судьбу, позволяющую мне так глупо попадать в подобные передряги.

— Отпустите… пожалуйста… — предпринимаю попытки закрыться руками, защититься от их приставаний. Все напрасно. Физически невозможно им противостоять.

С надеждой смотрю на проходящих мимо студентов, занятых важными разговорами о том, какой парень университета круче или какая чикса сексапильнее. На секунду они бросают взгляд на нас с близнецами, да только сразу отводят. Плевать им на всех, за исключением себя, никто не поможет, не захочет ввязываться в чужие проблемы. Если даже изобьют меня прямо на этом месте, никто пальцем о палец не ударит.

— Давай, двигай, пошла! На выход! И не пискнула чтоб! — Девин грубым движением, схватив за плечо, подталкивает на выход из зоны отдыха.

Машинально под воздействием силы оступаюсь на месте, с трудом восстанавливаю баланс и не падаю. Донован же вместо того, чтобы помочь, надсадно гогочет над моей неуклюжестью и с триумфом комментирует:

— Какое прекрасное завершение дня. Я в предвкушении!

Они оба смеются, оба ждут, когда же направлюсь в нужное им место, где осуществят задуманную мерзость. Скорее всего, конечный пункт назначения: туалеты. Всё это просто ужасно, противно и непостижимо человеческому уму. Меня сильно колотит непрекращающейся дрожью, страх доходит до грани и выплёскивается из меня истеричным выкриком:

— Спасибо за предложение! Но я отказываюсь!

Животный страх пробуждает инстинкты: спастись, совершив невозможное. Что есть силы делаю мощный рывок, пользуясь удачным моментом, когда братья не ожидают подставы. Тело знает, как выжить в критической ситуации, без участия мозга. Абсолютно не думаю, не анализирую поведение, вырываюсь из похотливых рук, ускоряюсь, активируя невероятные силы. Страшно. Очень.

— Ах, ты, зараз! Снова решила обмануть!!!? Ответишь по полной! — в спину слышу яростный вопль. Так жутко, так страшно никогда не было! Несусь в состоянии сильнейшего шока. Мозг лихорадочно соображает: где спрятаться, как спастись?

Открываю первые встречные двери и оказываюсь в университетском бассейне. Мельком оглядываю помещение. Решаю подойдёт или нет для жестокой игры в прятки с близнецами. Занятий на данный момент нет, однако есть несколько посторонних лиц. Студенты, беседующие с тренером по плаванию после окончания пары. А также уборщик-дедуля в спортивных старых штанах, потрепанной футболке с логотипом футбольной команды и кепке, скрывающей седую шевелюру, моющий в данную минуту пол шваброй и непринужденно насвистывающий песню о бедных заключенных, отбывающих срок в тюрьме.

Не успеваю решить, как будет правильнее поступить: бежать в бассейн или нет, однако, позади уже доносятся хамские выкрики близнецов и это хорошо мотивирует предпринять активные действия. Бездумно бросаюсь вперед. Как вихрь проношусь мимо уборщика, к сожалению, поскальзываюсь на влажном полу, чудом не падаю на плитку. Именно этот несчастный случай заставляет деда отвлечься от уборки и взглянуть мне вслед. В области лопаток тут же чувствую его любопытный взгляд, но в момент преследования это не имеет особого значения. Главное: спастись, об остальном позднее подумаю.

Добежав до конца помещения, я натыкаюсь на стену и с разочарованием вспоминаю, что далее следует тупик. Некуда бежать. На этом все.

Если только вернуться к раздевалкам… Там есть шанс спрятаться, пока не явились братья.

Но последняя надежда, не успев толком вспыхнуть, тут же гаснет при звуке мерзкого голоса:

— Киса! Киса! Ну, куда же ты, сладенькая, убегаешь?

Внутри все обрывается в ожидании неизбежной развязки. Прислонившись к стене лопатками, жадно и нервно дышу и никак не могу отдышаться, словно перекрыли кислород. Дикая паника накатывает. Шок парализует.

— Киса! Киса! Ну, куда же ты, сладенькая, убегаешь?

Внутри все обрывается в ожидании неизбежной развязки. Прислонившись к стене лопатками, жадно и нервно дышу и никак не могу отдышаться, словно перекрыли кислород. Дикая паника накатывает. Шок парализует. С некоей обреченностью покорно наблюдаю за стремительно приближающимися близнецами с их насквозь прогнившими похотью улыбками.

— А, ну прочь с дороги, тупой старикашка! — Донован толкает дедка в плечо, чтобы тот поскорее освободил им путь.