Наказание мое
Шрифт:
Воспоминания обoжгли, Женя отвернулась.
– Отстань, Вершинин! Переночевал - иди восвояси!
– завтрак?
Плюнув с досады, Женя отправилась на кухню готовить яичницу с колбасой, хорошо прожаренную, хрустящую,такую, какую любил Стас.
Звонок в дверь ударил по нервам. Кого ещё несет на ее голову? Женя раздраженно щелкнула замком. На пороге, высокомерно вздернув подбородок, стояла алина Сергеевна. Правду говорят: если утро началось плохо,то и весь день пойдет насмарку!
– Здравствуй, Евгения!
– холодно бросила гостья.
– Хотя после того, что ты сделала, вежливого обращения ты не заслуживаешь!
– Это вы о чем?
– изобразила Женя невинность.
– О твоей выходке с тараканами!
– Галину Сергеевну передернуло от брезгливости.
– И та красная гадость... вдруг они заразные?
Женя невинно хлопнула ресницами:
– Опять не понимаю. Если вы с тараканами закончили, я пойду. У меня яичница горит!
– Нет, это не все! - шагнула гостья в прихожую.
– Господи, что вам от меня нужно? – в сердцах спросила Женя, совершенно забыв о том, что в ванной плескается Стас.
Ей еще целый день работать, а нервы на пределе, и приход Галины Сергеевны далеко не валерьянка.
– Как что мне нужно? – Гостья надвинулась на нее грудью. – Мне нужен мой сын!
– Стас?.. Ах да ...
Поцелуй в висок, горячий, небрежный, вернул память на место. И саму Женю - тоже, в захватнические объятия Вершинина.
– Мама, ты что здесь делаешь? – Он ещё шмыгал разбитым носом.
– Стасик, я принесла тебе чистые вещи!
– заверещaла Галина Сергеевна, выдвигая из-за спины объемистую cумку не только с вещами, но и с питанием. – Не будешь же ты ходить в грязном белье, как поросенок! А стирать здесь, судя по всему, некому!
За словами последовал презрительный взгляд в сторону Жени. Ну, это уже слишком! Плюнув, Женя вернулась на кухню, но и там, как назойливое жужжание слепня, раздавался голос матери Стаса.
– Тут рубашечки,трусики, носочки... Стасик!.. – ахнула Галина Сергеевна. – А что у тебя с носом? Он распух! Тебя били?!
Женя мстительно представила, как бывшая свекровь хватается за сердце и валится сыночку на руки.
– Мама, успокойся!
– отбрыкивался виновник переполоха. – Я стукнулся носом о дверь - шел в темноте в туалет. Никто меня не бил. Кто может меня побить?
– она? – зловещим шепотом спросила гостья.
У Жени выпала из рук лопатка. Подозревать ее в собственном доме?..
– Знаете что, алина Сергеевна, - Женя высунулась в коридор, – можете преспокойно забрать ваше чадо домой! Его здесь никто не держит. Подумаешь, сокровище! Мне пора на работу. Или, вы думаете, я буду сидеть у ног вашего сына и ждать распоряжений?
– Ты всегда была бесчувственной и жестокой, Евгения!
– свекровь принялась гладить Стаса по голове, хотя ему это очень не нравилось.
– Сынок, я принесла тебе поесть. Твои любимые пирожки! Тут с капусткой, а тут с вареньицем...
Не дослушав сюсюканий, Женя вернулась на кухню, стащила сковородку с огня и отправила содержимое в ведро. Фиг ему, а не яичницу! Пусть трескает пирожки с вареньицем!
Скрестив руки на груди, Женя стояла возле окна. Внутри бушевал вихрь. Ничего не изменилось за два года - те же люди,те же эмоции. Как она устала от этого! Вершинин рожден для того, чтобы не давать ей жить спокойно.
Было слышно, как Галина Сергеевна продолжала лобызать Стаса. Женя уверяла себя, что ей безразличны лопотания бывшей свекрови. Но что делать с ревностью? Извечный конфликт отцов и детей, снохи и свекрови!
Не выдержав, Женя выглянула в коридор. Галина Сергеевна взирала на Стаса с непередаваемым обожанием.
– Стасик, нельзя же так наплевательски относиться к своему здоровью!
– ворковала она. – Ты должен хорошо питаться, отдыхать, проводить время с друзьями...
– Копаться в песочнице!
– не выдержала и встряла Женя.
– Стасик, я тебе ведерко и совочек куплю!
Вершинин оценил шутку и захохотал. Но Галина Сергеевна обиженно раздула щеки, становясь похожей на неудачно нарисованного снеговика с перекошеннoй физиономией.
– Евгения, если бы ты была матерью, то поняла бы меня с полуслова!
– Едва ли!
– возразила Женя. – Я бы не держала ребенка возле юбки и не портила ему жизнь!
– Я надеюсь, ты имеешь в виду не меня?
Галина Сергеевна обиженно выпрямилась, ее глаза повлажнели, ярко накрашенные губы мелко задрожали, а руки принялись судорожно одергивать кофточку. Стас из-за спины матери знаками просил попридержать язык. С чего бы? Женя его проигнорировала. Это ее дом! И если кому-то что-то не нравится, всегда можно закрыть дверь с той стороны.
– Решайте сами, про вас или нет!
Галина Сергеевна перевела на сына взгляд, в котором читался единственный вопрос: " Как ты можешь общаться с этой женщиной?" На всякий случай она повторила вслух.
– Стасик,ты позволишь оскорблять свою маму? – Тихий, вкрадчивый голос доставал до печенок.
– Стасик, ответь маме!
Они обе взглянули на него и замерли в ожидании ответа. Для каждой ответ был важен: кого Стас предпочтет?
– Мам, не делай из мухи слона! Женя не сказала тебе ничего обидного!
Его ответ Женя могла занести в свою копилку.
– Ты так считаешь? Ты хорошо подумал, сынок?
– Галина Сергеевна дала ему время найти "правильный" ответ.
Но в этoт раз Стас ее удивил.
Сначала он подтащил Женю к себе - она оказалась плотно прижатой к его бедру. Смотрел на нее сверху вниз, едва взглядом не раздевал. При мамочке-то!..
– Мы хорошо подумали, мама.
– У вас один мозг на двоих? – язвительно хмыкнула алина Сергеевна.
– Сынок,ты меня удивляешь!
Женя отбрыкивалась от рук Стаса, наступала ему на ногу, щипала, одновременно отвечая на уколы Галины Сергеевны.
– Не стоит равнять меня с вашей семьей! Пусть мой интеллект останется для меня сюрпризом! И вообще, Галина Сергеевна, Стас здесь не живет. Не надо перетаскивать сюда его вещи, приводить бабу Маню и переезжать самой!
Галина Сергеевна победоносно взглянула на Стаса:
– Ты слышал? Тебе недвусмысленно дали понять, чтобы ты ушел! Где твоя гордость, сынок?