Чтение онлайн

— Пойду с тобой, если поведешь.

В отличие от Алади, я не сразу понимаю, о чем ответ капитана. Но когда, спустя секунды, ледяные узоры на коже меркнут, а Тьер-Тенг хватает мою ладонь, выпуская из-под полога своих крыльев, догадываюсь — его условие в том, что мы пойдем, держась за руки?

От этого на душе становится и радостно, и горько одновременно. Да, если входить в какую-то космическую версию «пещеры кошмаров», то лучше с ним. Тут я эгоистично малодушна, ужас сильнее желания помочь мужчине, которого я прежде понимала неправильно, мужчине, которого втянула в огромную беду. Но… в силах Алади моментально лишить нас и этой иллюзорной свободы.

Богине до моих переживаний дела нет, едва ладонь Леакрэ стискивает мою, она заставляет решительно двинуться к выходу. Или тому, что прежде было выходом… Кажется, кто-то с нечеловеческой силой просто вырвал эту на вид прочную дверь, смяв в комок как бумажную салфетку. Это прошло мимо меня?!

И тут неймарец вновь поразил, переключил все внимание на себя. В такой момент не позволил отступить, безропотно подчинившись довлеющему надо мной кошмару. Оказалось, достаточно его легкого рывка, и я со своим неспособным противостоять силе человеческим телом отлетела назад, чтобы врезаться в мужскую грудь. Оказавшись в кольце его рук, растерянно подняла голову, желая понять: зачем?

Ответ пришел без слов. Ответ в его стремительно приблизившемся лице, в твердых губах, пленивших мои. Такой несвоевременный, нелепый и, наверное, неуместный поцелуй. В чем-то сбивающий с толку и раздражающий даже Алади. Поцелуй-обещание? Поцелуй-признание? Поцелуй-утешение? Или намек мне: любовь победит все, просто доверься?

Любовь? Почему вдруг в голове всплыло это слово. Посреди хаоса паники и вакханалии неприятностей? И рядом с тем, кто прежде казался… воплощением неприязни, олицетворением неприятия? Сам был моим ожившим страхом?

Или я предчувствую печальный финал, расставание навеки? И, как говорят, в такие моменты вижу всю свою жизнь в новом свете? И начинаю понимать то, что прежде не замечала. Или не хотела замечать…

На какие-то секунды — бесконечно длинные мгновения — исчезает даже давление Алади. Словно у меня и вовсе нет тела, оно и не нужно мне. Как и ему… Такое теплое, сокрушительно реальное и по-настоящему живое прикосновение. Мои губы и его… И целый шквал неожиданно согревающих чувств. Благодарность, облегчение, умиление, радость, но главное — нежность. Какая-то запредельная и переполняющая до предела нежность. Я словно эликсир жизни пью ее с его губ, и тут же отдаю назад, стремясь поделиться самым ценным. Кажется, наши души сейчас взвиваются над взбунтовавшимися в протесте телами, кружатся в чарующем танце восторга и откровения, игнорируя всеобщее ошеломление.

Впрочем, этот праздник чувств не угоден здесь никому. Восхитительный образ разлетается на осколки, когда тело неуклюжим рывком отступает в сторону. Меня вновь отрывает от этого мужчины, унося в неизвестность. Но на сей раз, это происходит вопреки моему желанию.

Делая повторный шаг к выходу, продолжая тянуть за собой Леакрэ, вдруг ощущаю легчайшее пожатие. Простой жест ободрения и поддержки. Но для меня он так значим, так о многом говорит… Сердце взорвалось жаром сильнейших эмоций. Вдруг, я поняла, что прежнего страха нет. Как если бы с поцелуем мой невероятный эксжених отдал мне и львиную порцию своей силы духа, уверенности.

Конечно, неизвестное будущее и жутковатые планы Алади все так же страшат. Но сейчас я вижу все в новом свете. Кажется, понимаю… даже не понимая толком. Но точно знаю, что обязана просто довериться Леакрэ и поддержать, чем возможно.

Прежде чем я успеваю осознать это, моя ладонь в легчайшем движении сжимается в ответ. Как, если бы я не чувствовала собственного тела? Импульс недоумения взвился внутри — богиня тоже поражена крошечным неповиновением?

Тут же все мысли о случайности вылетели из головы — мы, ведомые моим целеустремленным продвижением под контролем Алади, преодолеваем коридор и оказываемся в одном из больших залов «Эндорры»… сейчас битком заполненном членами экипажа. И все они неподвижно, подобно замерзшим статуям стоят, как-то даже лениво и безучастно наблюдая наше путешествие.

Испугавшись в первый момент, я пыталась понять, усердно всматриваясь в лица, ища намек на… поддержку? Борьбу? И ничего не видела! Вообще. Не различала черт, даже расовых особенностей, толпящихся вокруг членов экипажа. Для меня все они слились в безликую серую застывшую массу, словно сестры — служительницы в храме на Альдис, сокрытые однотипными балахонами. Алади не желала их видеть? По ощущениям богиня безразлична к толпе, для нее — их словно нет.

Хотя, нет. Есть рядом что-то, вызвавшее ее интерес! Я ощутила его, послушно повернув голову в сторону. И посмотрела не на Леакрэ. Что же это?

Неймарец, очевидно, определился быстрее. Не сбавляя темпа, на ходу он чуть наклонился и рукой подхватил что-то, метнувшееся к нам под ноги. Затем протянул мне… ужавшегося до коренастого кактуса Колючку! Прежде чем я успела толком удивиться, а Алади отреагировать, нежданный питомец шустро протянул ко мне удлинившиеся прямо на глазах отростки-щупальца, оплетя ими мою шею.

Все случилось так быстро, что следующий шаг я сделала уже с… «терновыми бусами» на шее — едва устроившись на моей груди гирденция ощерилась проклюнувшимися иглами с ядом. На случай, если кто-то рядом вознамерится сдернуть мое живое «украшение»?

Нервно покосившись в стороны, в шоке поняла — все-все идут с нами. Безмолвно, неслышно и как-то… неестественно синхронно движутся следом, обступив плотным полукругом. Вновь в памяти мелькнул образ из прошлого — так же перемещались по Альдис старшие жрицы.

Безмолвное, мрачное и в чем-то торжественное шествие. Как путь на эшафот…

С этим конвоем мы добрались до шлюзового этажа. На визуализированном экране информация: стыковочный коридор установлен. В него мы и вошли, оставив «Эндорру» позади.

Не думать о том, что ждет по ту сторону перехода, я не могу. В памяти свежи ужасающие впечатления от проверки силой Алади после особенного дня. Но ощущение теплой ладони Леакрэ и незначительной тяжести на груди — успокаивали. По крайней мере, я не узнаю этого в одиночестве.

— Ты наверняка боишься, — неймарец не спрашивал, а утверждал, продолжая ровно шагать рядом. — Во многом нутро пристыковавшегося крейсера схоже с местом, что ты уже видела.

Он говорил о храме на Альдис? Больше же не о чем. Благодарно замерев в душе, я вслушивалась в каждое слово мужчины. Даже Алади вслушивалась — интерес чуждой воли был очевиден мне. Но раз Тьер-Тенг говорит об этом, значит… можно? Он решил объясниться. Раскрыть карты? Или намерен перехватить инициативу? Сейчас Леакрэ выглядел собранным, в чем-то даже прежним. Разве что, слишком часто бросал на меня внимательные взгляды. Беспокоился?

— Помнишь, я просил тебя подумать, зачем богине заходить так далеко? Она жаждет подчинить своей вере и научению обитателей конфедерации? Распространить свой культ на планеты содружества, заменив служением существующую структуру?

Да! Я уцепилась за разговор, принуждая себя думать только о голосе капитана, только о поднятой теме. Это позволяло сдержать панику, возникающую при одной лишь мысли о чреве звездолета, на борт которого мы вступили. Если оно как Альдис..

Зачем все это Алади? Этот вопрос я столько раз задавала себе. Больше того, недоумевала: почему именно сейчас? В той информации, что я собрала об Альдис еще на Земле, явно значилось — храм существует несколько сотен лет. Неужели неймарцы просмотрели угрозу у себя под боком, позволив ей созреть и оформиться? И почему сейчас в оцепенении растерянности во мне замерла ледяная сила богини?