Чтение онлайн

Значит, и там – накрылись.

Дверь скрипит: мерзко, еле слышно. Маг сглатывает, левой рукой зачем-то проводит по волосам; ныряет в черную сырость.

Секунда.

Две.

– З-заходи!

Под ногами кровь – как в тот день, когда шаман Ерпалыч тихим словом смирял кентов. Знакомый, отвратительный запах…

Испуганно щелкает выключатель. Равнодушие желтого света, исходящего от лампочки под потолком…

– Оп-поздали!

Игорь кивает на открытую дверь парадного хода – мимо подвала, на улицу, где он когда-то любовался китоврасами. Но я смотрю не туда. Там пусто, тихо, а вот здесь…

Здесь тоже тихо; но не пусто.

Я не ошиблась – все как в тот раз. Или почти – все.

Старший сержант Петров плашмя лежит на ступеньках, сжимая в руке свой нелепый палаш. Второй рукой Петров, невозможно, по-змеиному выгнувшись, дотягивается до автомата. На палаше засыхает бурая ржавчина, на лице упрямого Ричарда Родионовича – тоже кровь, кровью намок казенный полушубок, один погон почти сорван, висит на нитке.

Плохо соображая, что я делаю, перебираюсь через завал из тел.

Касаюсь запястья.

Все.

Позади, на площадке первого пролета…

Сразу и не разобрать, что там. Узнаю только буйную бороду. Мотоцикл по имени Фол опрокинут на кафельную плитку, полузавален двумя телами, чьи-то пальцы мертвой хваткой вцепились ему в горло.

Вцепились – не разжались.

Еще один в серой куртке и вязаной шапочке (такой же, как у женщины во дворе) лежит навзничь рядом, возле руки – десантный нож с кишкодером-обушком.

Еще кто-то… светлый плащ, на левом лацкане – бурое пятно, словно орден Кровавой Звезды.

– Ушел, г-гад! – сероглазый Волк кивает на противоположный выход. – Ч-черт, пожадничал, надо было взвод к-кинуть…

– Но почему Залесский? – не выдерживаю я. – Игорь! Ведь он просто алкаш!

Маг по имени Истр злобно усмехается, качает головой.

– Просто алкаш, Стрела?! Просто алкаш?! В том-то и беда, что все Легаты поначалу – просто! Жаль, не успели!

Легаты? Но кто бы мог подумать, что этот мямля в тапочках!..

Мямля в тапочках сумел узнать об Эми, не выходя из своей квартиры; и диктофон кричал чайками над океаном, и стрим-айлендцы говорили по-русски.

Мямля в тапочках просил за меня Ворона, или что он там делал за меня, этот мямля, – и Ворон сотворил чудо.

Брат этого мямли…

– Почему вы не обратились к подобному мне? По моим сведениям, вы имеете такую возможность.

– Господин Молитвин умер. Больше нам не к кому обращаться.

– Мистер Молитвин? Ваша информация не есть полная…

Вот о ком говорил Пол-у-Бог!

Игорь прячет пистолет, морщит нос, беззвучно смеется.

– З-завалили задание, Стрела! Ладно, ну его к свиньям собачьим! Сейчас поднимемся, взглянем н-на всякий случай…

Но подниматься нам не пришлось.

Стук двери – негромкий, резкий.

Шаги.

Кто-то спускается вниз.

Пистолет вновь в руках Игоря. Мы отходим в узкий аппендикс выхода во двор.

Неужели он?

Тот, кто идет к нам, слегка шаркает ногами. Словно старик. Словно каждый шаг стоит ему года жизни.

– Игорь! Не надо оружия!

Маг смотрит на мертвецов, загромоздивших пролет и лестницу, скалится, кивает.

– Д-да, Стрела. Не поможет…

Шаги все ближе…

Он!

Алик-алкаш, Легат Печати, спускается по лестнице. На плечах – старая куртка с латкой на левом локте; на ногах – знакомые тапочки. В руках – разлохмаченная пачка листков. Идет медленно, с трудом, наваливаясь боком на перила.

Возле трупа сержанта Петрова он останавливается – на какой-то миг. Затем прижимается к стене, протискивается.

Мы ждем.

С ноги Легата спадает тапочек, он долго ищет его, надевает.

– Мне… надо пройти.

Голос звучит глухо, странно. Глаза смотрят под ноги.

– Зачем вы убили м-моих людей, Олег Авраамович? – Игорь уже пришел в себя, на лице – привычная улыбка. – Они просто хотели с вами п-побеседовать.

Легат поднимает взгляд; так поднимают убитого ребенка.

На нас смотрят незнакомые мертвые глаза. Такие же, как у его брата.

Нет, другие!

В глазах у Пол-у-Бога– цунами.

В этих глазах – только пустота.

Ничего не осталось.

– Я… не убивал их. Мне надо пройти…

Игорь кивает, берется рукой за дверь.

– Ладно! Поговорим во дворе.

Над нами – пустые окна с выбитыми стеклами. Под ногами – черный тающий снег. А над всем этим – расколотое небо.

Легат выходит из подъезда, неторопливо оглядывается, словно видит двор первый раз в жизни. Левая рука сжимает листки бумаги.

– Мне… надо…

– Олег Авраамович! – Маг усмехается уверенно, твердо. – В-все, что вам нужно – это п-пройти к вертолету. Пилот я н-неважнецкий, но обещаю д-доставить в целости.

И вновь на нас смотрит пустота.

– Мне… не надо туда. Но я… могу вас проводить…

Идем молча, не торопясь. Два раза с ноги Легата падает тапочек. Один и тот же – левый.

Бензин догорает, плещет последними язычками; зато вовсю горят дрова – обломки взорванного сарая. Маг оглядывается, удовлетворенно кивает.

– От-тлично! Олег Авраамович! Позвольте объяснить вам суть д-дела. Организация, к-которую я представляю, поручила мне доставить вас в некий н-научно-исследовательский центр…

– Меня?

В его голосе слышится что-то живое. Насмешка?

– В-вас, Олег Авраамович. Извините, что не озаботились этим раньше, но т-только сегодня удалось п-понять, что вы – это вы. Спасибо г-господину Молитвину, вечная ему память!

Молитвину? Да, конечно! Как же сразу не догадалась?

Али… Алика… Не дайте… убить…

Предсмертное карканье Черного Ворона!

– Олег Авраамович! События развиваются слишком б-быстро. Не исключено, что п-потребуется серьезное скоординированное вмешательство – с участием т-таких, как вы. Это – только начало!