ЖАНРЫ

Напарник обмену и возврату не подлежит
Шрифт:

Парень затрепыхался.

– Отпусти меня, – просипел он. – Ты мне рёбра сломаешь!

– Неа, это ты их своими руками сломаешь, – сказала Ферра. – А я при чём? На тебе не будет ни единого моего пальчика. Но лучше всего, если ты просто назовёшь мне того, кто приставил тебя за мною приглядывать. Ну?

Упрямец молчал.

Тогда Ферра сделала свет поярче, поднесла руку к лицу молодчика, чтобы видеть его глаза, и предложила:

– Давай сыграем в викторину! Вопрос первый: кто тебя послал? Четыре варианта ответа. Первый – полиция. Второй – Де Ритта. Третий – Сенца-Тесте. Четвёртый… ну, пусть будет Канова.

– У меня три попытки, – прохрипел парень и изо всех сил подмигнул сначала одним глазом, потом вторым.

– Третий вариант? – уточнила Ферра.

– Три.

– Отлично. Идём дальше! Вопрос второй! Что тебе велено? Вариант первый: просто проследить, узнать, где я живу и чем занимаюсь. Второй – припугнуть, чтобы я отсюда свалила. Третий – убить меня или кого-то близ меня. Четвёртый – похитить меня и доставить к своему начальству.

– Два варианта было бы достаточно, – сказал понятливый игрок. – И я выбираю второй.

– Чем пугать-то хотел? – спросила она, вздохнув. – Давай, не жмись, мне просто интересно.

– Ударить… по голове сзади. Оглушить, испортить или снять ортезы. Пожилую каму велели пока не трогать, но я хотел ей напомнить, оставить на крыльце привет…

– Напомнить, – глухо сказала Эрманика, чувствуя, как огненный ком появился в горле.

Ещё чуть-чуть, и фея станет огнедышащим драконом.

– Да, о прошлом, о том, чего она избежала двадцать лет назад, – сказал парень, которому, похоже, уже надоело запираться. А может, почувствовал, что помолчи он ещё чуток, и ему придётся плохо. – Я бы просто положил кусок цепи на крыльцо, вот и всё.

– Что ж, мне всё ясно, – сказала Ферра, скрипнув ортезами. – Блиц сыграем? Или перейдём сразу к финалу игры?

– Б-блиц я не выдержу, больно, – пробормотал парень, и Ферра его отпустила.

Резко, безжалостно – правда, невысоко, так что ушибся он не сильно. Только чтобы почувствовать, что она не шутит. Цепь лязгнула в кармане его куртки, и этот звук вызвал в Ферре ужасную ярость. Ух, как она была зла! Но выпускать огонь было ещё не время, и она просто сжала кулаки.

– Тогда финал, – сказала Эрманика как можно спокойнее, что далось ей с трудом. – Передай господину Без Головы, что Железная Фея шлёт ему свой горячий, прямо-таки пламенный привет от дона Альтеридже. Скажи, что дон Альтеридже всё видит, знает и помнит. Повтори.

– П-п-п, – пробулькал парень, вытирая то ли слюни, то ли сопли.

– Тебе кажется, что ты мало меня разозлил, козлёнок? – спросила Эрманика и неудачливый преследователь, выпрямившись, повторил слова Ферры. – Игра окончена, беги.

И выпустила вслед торопливо ковыляющему прочь наблюдателю струю пламени, подпалившую ему пятки. Тот взвизгнул и ускорился.

Ферра зашипела от досады и боли, полоснувшей душу огненными когтями. Выпустив в небо фонтан искр, она быстро зашагала домой. Да, домой! Как ещё назвать маленький белёный особняк, окружённый цветущими кустарниками за синим забором? Там её ждали люди, с которыми Ферра сблизилась и которые почему-то терпели её – неуживчивую, порой злую, несдержанную… Израненную и несчастливую.

Эти люди делали для неё невозможное: они примиряли с действительностью и давали поверить, что не всё в этом мире ещё плохо. Ферра думала о Везунчике с улыбкой, о Котёнке с сестринской нежностью и о Дженне – с болью и любовью.

***

В домике горел свет, тёплый, будто дышащий покоем. Ферра вошла с холода и поняла, что от неё пахнет дымом. Чезаре Гатто выглянул из кухни, помог снять плащ. Везунчик спросил:

– Вам сначала ужин или новости, моя Фея?

А Дженна пихнула его в бок сухим кулачком и сказала:

– Конечно, сначала ужин, Матео Эрве!

– Он теперь ещё и Феликс, – поведал Чезаре.

Его, похоже, как и Везунчика, распирало от новостей.

– Давайте поедим, – предложила Ферра, – а за ужином поделимся всем, что узнали за сегодня.

– Мы уже поели, – сказала Дженна. – Я покормила мальчиков часа два назад. Садись, Эрманика, я всё подам.

Эрманика поняла, что вот-вот разревётся, и, чтобы спрятать лицо, обняла старушку. Сама даже не поняла, как это вышло, но, кажется, им обеим были необходимы эти объятия.

Везунчик тоже шагнул к ним поближе, но Ферра была не настолько растрогана, чтобы с ним обниматься, и лишь показала ему кулак. Воришка хмыкнул и вернулся в уют кухоньки, где загремел посудой.

На ужин были спагетти с грибным соусом, местный мягкий сыр на поджаренном хлебе, ранняя зелень, лимонад. Вкусы и ароматы уносили Ферру куда-то в небеса, где она с восторгом летала наперегонки с птицами. На землю её спустил вопрос Везунчика:

– Не пора ли нам уносить ноги из этого городишки?

– Почему ты так сказал? – тут же насторожилась Эрманика.

– Потому что мы получили от него всё, что могли, нас тут заметили и сделали выводы, и дальше оставаться в Понто-Виэсте может быть опасно.

– Рассказывайте, – велела Эрманика.

И услышала подробный отчёт о визите в порт. Всё пошло не так, как задумывалось и планировалось, но результат был интересный. Везунчик и Чезаре старательно обходили стороной только одну тему: гибель семьи ди Маджио. Дженна всё ещё была не готова вернуться в эту мрачную реальность из тьмы своего бреда, в котором она продолжала надеяться, что Марсио, Джулию и Альтео найдут.

ГЛАВА 12. Возвращение

Нет, нельзя было сказать, что они возвращаются ни с чем. Но у Ферры всё никак не вырисовывался сколько-нибудь чёткий план, как стравить кланы Братства.

Вагон поезда мягко покачивало. Дженна дремала, уронив голову на плечо Везунчика. Чезаре Гатто молча глядел в окно, за которым уже не осталось ничего, что напоминало бы о тёплом побережье и уютном городке.

Дженне ди Маджио нелегко далось решение о переезде, да ещё таком спешном. Её очень беспокоило, что Марсио с семьёй вернётся, а её нет. Пришлось обманывать несчастную женщину. Так, вместе с Эрманикой она написала записку, где сын с невесткой могут её найти… Но только Везунчик потихоньку эту записку украл. Не стоило оставлять бандитам подсказки.

Кроме чемоданов Дженны компания везла коробку с тетрадями, густо исписанными детским почерком. В одну был вложен украденный Везунчиком лист из таможенного журнала. Ферра до сих пор ещё решала, простить Гервасу его выходку или нет, потому что он здорово рискнул головой Чезаре.

– Мы не так уж рисковали, – тараща светло-карие глаза с телячьими ресницами, сказал стажёр Котёнок, когда Эрманика метала громы и молнии в домике Дженны, – кам Гервас действительно очень удачлив.

– Удачлив, когда вас нет поблизости, моя Фея, – добавил Везунчик.

Поделиться с друзьями: