Чтение онлайн

– Мы с тобой многого добьёмся, – она почти прошептала это, так горячо так страстно.

Кайл хмыкнул в ответ чуть слышно:

– Давай-ка теперь ты меня послушаешь.

Он кивнул скорее самому себе, а потом сжал её горло так, что даже я дёрнулась.

Никогда, ни при каких обстоятельствах, что бы мы ни делали и как бы ни заигрывались, меня он никогда не держал так крепко.

Так, что мир перед глазами начинал тускнеть, а лёгкие обжигало, и руки начинали дёргаться в попытке освободиться.

Вот только Эмери пошевелить ими по-прежнему не могла.

Кайл медленно придвинулся ближе. Так, чтобы смотреть ей прямо в глаза.

– Тебя так сильно сильно раздражает Элисон, потому что в нормальном состоянии она стёрла бы тебя в порошок. И, кстати, раз уж тебе так нравится говорить о Йонасе, позволь я тебе напомню: он пережил тебя, даже будучи сопляком. Ты много обещаешь, но на деле пока не предложила ничего, что могло бы меня заинтересовать. Только шум, проблемы и ничем не окупившуюся кровь. Поэтому сейчас я займусь делом, раз уж ты так любезно согласилась помочь. А ты заткнешься и подумаешь, что можешь сделать, чтобы не стать подарком для Хозяина к Ночи Осенних костров.

Он убрал руку, и тварь забилась от боли, страха и понимания того, что попалась.

Говорить она больше не могла – только сидеть неподвижно и смотреть так же, как смотрела я.

Подчеркнуто не торопясь, Кайл продемонстрировал ей маленький, меньше ладони клинок с загнутой ручкой.

Такой удобно было бы прятать между в шкафу между книгами.

Или в потайном отделении над днищем старинного канделябра, стоящего на каминной полке рядом с окном. Тем самым окном, к которому он подходил, пока Эмери мела языком.

Её злобный рык внутри моей головы перешёл в протяжный вой. Она начинала понимать, а мне захотелось смеяться.

Даже если это станет последним, что я увижу в жизни, оно будет того стоить.

– Это было очень неосмотрительно – взять тело, – опустившись на одно колено перед креслом, Кайл так же не спеша сделал небольшой порез на моей руке. – Материальная форма имеет не только преимущества. Теперь ты знаешь.

Эмери забилась, и – о, чудо! – уже не прочь была убраться сама, но выйти из тела она не могла тоже.

Зная, что угол обзора у нас обеих небольшой, Кайл поднял клинок, со сдержанным удовольствием демонстрируя, как кровь стекает по лезвию, а потом поднялся и отошел.

Мы видели, как он откинул ковер, положил нож на пол, и тот, судя по звуку, завертелся вокруг своей оси с бешеной скоростью.

Тварь продолжала стенать и биться.

Мне стало почти нечем дышать, и она вполне могла бы переломать мне ребра напоследок, но затихла, как по команде, стоило Кайлу склониться над ней снова.

Сжав мой подбородок, он заставил ее поднять лицо и опять посмотрел в глаза.

– Как ты, надеюсь, поняла, никакого договора не будет. А это маленький прощальный подарок.

Быстро и жестко проведя пальцем по ее губам, он коснулся их коротким сухим поцелуем, а потом выпрямился ни кончиками пальцев начертил у меня на лбу первый знак.

Тварь взревела.

Тело выгнуло дугой, и мне показалось, что вне органы сейчас разорвет одновременно.

Кайл начал читать.

Я смутно узнавала слова, и это было незнакомое мне заклинание, что-то среднее между самым черным обрядом и отходной молитвой.

Второй знак лег на губы, и тело дернулось снова. Рот наполнился склизкой и холодной кровью, она стекла из уголков губ на подбородок.

Еще несколько слов, донесшихся до меня как сквозь толщу воды, но язык я узнала.

Мертвый язык.

И третий знак чуть выше солнечного сплетения.

Раздавшийся крик оглушил. Я узнала собственного голоса хотя бы потому, что не считала себя способной орать так отчаянно, руки и спину прострелило болью, как если бы в теле и правда ломались одновременно десятки костей, и кровь, которой во рту стало слишком много, попала мне на халат и на лицо и руки Кайла.

А потом наступила темнота.

Побуждение стало почти приятным.

Я лежала на мягкой перине под теплым одеялом, но темнота и тишина вокруг не пугали.

И точно не были похожи на смерть.

Веки ощущались тяжелыми, как бывает, если нужно подниматься, проспав всего пару часов, но боли, как ни странно, не было.

Только усталость пополам со странной легкостью.

Зато тело ощущалось моим.

Не спеша открывать глаза, я постаралась почувствовать его полностью, от кончиков пальцев на ногах до зубов.

Последние, как ни странно, оказались на месте.

Привкуса ледяной мертвой крови во рту тоже не было, как не было и ощущения уязвимости и тяжести, которым сопровождаются переломы.

Тело было в порядке.

Делая один глубокий вдох за другим, знакомство с Эмери в целом можно было принять за очередной страшный сон, но легкий оттенок гадливости, добавившийся фоном по мере пробуждения, подсказывал, что все было правдой.

Еще более красноречивым стало первое внятное понимание: это не моя кровать.

И пристальный взгляд Кайла, который совершенно точно мне не мерещился.

Посмотреть на него в ответ сквозь полуопущенные ресницы было проще всего, хотя и было трусостью.

Он в самом деле лежал рядом, приподнявшись на локте, и ждал моего возвращения.

– Добрый вечер.

Интонация вышла нечитаемой для меня, но голос был спокойным. Только глухим от усталости.

Я всё-таки открыла глаза, но свет от камина царил по ним слишком сильно, и пришлось закрыть их рукой.

– После такого и правда только стреляться…

По мере пробуждения воспоминания становились чётче.

Всё, что эта сука успела ему наговорить.

Всё, что я не желала конкретизировать даже наедине с собой.

– Нельзя верить тому, что они говорят, – Кайл придвинулся ближе, закрывая меня от света собой.

Открыть глаза все-таки пришлось. Во-первых, потому что он и правда согласен был остановиться на этом и не усугублять ситуацию.

Во-вторых, потому что мне до дрожи хотелось его увидеть.

Рубашка на нем была свежей, а волосы чистыми, зато под глазами залегли глубокие черные тени и лицо осунулось от усталости.