Чтение онлайн

Не задумываясь над тем, что делаю, я потянулась и провела кончиками пальцев по щеке.

– Спасибо.

Тварь, которой я подставилась, была сложным случаем.

Достаточно сложным, чтобы просто пристрелить, – в полном соответствии с Уставом, который он не читал.

– Пожалуйста, – Кайл непонятно чему улыбнулся.

Дурацкий получался разговор.

Я трогала его левой рукой, и в таком положении было видно, что на ней не осталось порезов.

А камин за его спиной был единственным источником света в ночной темноте.

– Сколько я?..

– День, – он не дал мне закончить, позволив сэкономить силы. – Сейчас вечер.

Та незнакомая, несвойственная мне нежность, от которой я почти задыхалась немногим ранее, глядя на него, вернулась, а на последствия пережитой одержимости можно было списать практически что угодно.

И так легко оказалось оправдаться всем этим, чтобы потянуться к нему, привлечь ближе.

– Ты не спал.

– У меня были дела.

Вылечить меня, избавиться от испорченной еды, привести в порядок гостиную.

А еще нож, залитый ее, – не моей, – кровью.

Я погладила его по затылку, наслаждаясь тем, как смешивается наше дыхание.

Одинаково теплое.

Так хорошо оказалось снова чувствовать, осязать и самой распоряжаться тем, что делает мое тело.

Как ни странно, Кайл отозвался почти сразу.

Мы оба не были любителями таких нежностей, уместных разве что и правда в первый раз на сеновале, когда так важно просто касаться. И все же сейчас он гладил меня по волосам так, словно и правда… испугался?

– Я отвратительно выгляжу.

– Я переживу.

Я засмеялась почти беззвучно и приподнялась, чтобы коснуться губами его губ, – смазано, но возвращая оставленный не мне поцелуй.

– Расскажешь, как тебя угораздило связаться с этой сукой?

– Кажется, она нравится тебе еще меньше, чем Жизель.

– Теперь я думаю, что мы с ней могли бы даже подружиться.

Кайл улыбнулся скупо, и правда очень устало, провел ладонью по моему лбу не то убирая с него рассыпавшиеся волосы, не то стирая воспоминания о причиненной боли.

– Хочешь есть?

Мне жаль было закрывать глаза и терять этот момент, но веки опускались сами.

– Меньше, чем спать.

– Тогда спи.

Перина немного промялась, когда он начал отодвигаться, и я потянулась, не думая, перехватила его запястье.

– Не уходи.

Прозвучало странно, и странно же ощущалось на языке.

Я слишком поздно поняла, что именно сказала, но Кайл, к счастью, не обратил внимания. Просто вернулся обратно и погладил по виску:

– Камин.

Огонь и правда лучше было потушить, и я кивнула уже проваливаясь в полудрему, а минуту или час спустя почувствовала, как его рука опустилась мне на живот.

Он не мог позволить себе лечь раньше, чем убедится, что со мной все в порядке.

Исцелить тело не составляло труда. В конце концов, сущность и правда меня не покалечила, оставила после себя лишь несколько внутренних разрывов.

А вот сохранность рассудка всегда оставалась под вопросом.

Связность речи, ясность мышления. Способность в принципе узнать окружающих.

Многие из тех, кто пережил подобное с тварями попроще, не помнили и половины происходившего с ними.

Как правило, людям это было только во благо, но Эмери и правда была особым случаем. Ей ничего не стоило бы не только переломать ребра, заставить острые края вонзиться в легкие, не оставляя ни малейшего шанса. Оставить доживать в состоянии растения было бы вполне в ее духе, и, с большой долей вероятности, просто из вредности она так и поступила бы, если бы Кайл ее не отвлек. Поцелуем.

Мысли путались и получались бессвязными, но все равно пробивались сквозь сон.

Тело не просто хотело, а требовало отдыха, смазывая ощущения и запахи.

Осталось только самое основное: тепло, безопасность и Кайл за моей спиной.

Я пошевелилась, подтягивая его руку ближе и переплетая свои пальцы с его.

Он тут же прижался к моей спине теснее, коснулся лбом моего затылка, чтобы выдохнуть на ухо:

– Потому что ты этого хотела.

– Что? – поворачиваться было лень, и вопрос прозвучал бессвязно.

То ли из-за дремоты, то ли потому что еще не пришла в себя окончательно, я не могла понять, к чему следует относить эту фразу.

– Ты спросила. Я отвечаю. А теперь спи.

Я хотела все-таки приподняться. Не выворачиваясь из объятий, перекатиться на другой бок и сказать, что ни о чем его не спрашивала, но его дыхание почти сразу же замедлилось. Рука на моем боку отяжелела, и я решила, что напомню об этом потом, когда мы оба хоть немного выспимся.

Вот только первое же возможное “потом” наступило уже за полдень.

Я проснулась уже привычно от прикосновения – кто-то невесомо, но бесконечно трогательно гладил меня за ухом.

– Привет, – я улыбнулась, не открывая глаз.

Дом не ответил, но воздух рядом с моей щекой пошёл рябью.

Кайла рядом не оказалось, но в спальне, – его спальне, – было тепло и спокойно.

Как будто угроза отступила и опасности больше не было.

На мне оказалась чистая сорочка, а вот моего халата видно не было.

Не удивительно, учитывая, сколько крови на нём должно было оказаться.

Я села на кровати и с удовольствием потянулась, потому что на этот раз чувствовала себя отдохнувшей.

Слабость до конца не ушла, но мышцы больше не дрожали, а в голове прояснилось.

Мой короб с одеждой, стоящий у шкафа, можно было бы принять за видение, но для видения он был слишком реалистичным. Из-под крышки торчал край рукава коричневого платья, в котором я приехала во Фьельден, а потом ходила на чай к Сесиль Мерц.

Всё выглядело так, словно мои вещи сгребли в охапку и просто бросили в него, чтобы удобнее было перенести их в соседнюю комнату.