Наперекор судьбе
Шрифт:
– Есть ещё... На какие силы я могу рассчитывать при возведении лагеря?
– Все солдаты. Но и задача не из простых - силами армии укреплённый лагерь должен возводиться где-то за час-два. Чем меньше, тем лучше, будем корректировать по результатам.
– Не уверен, что за один раз будет возможно...
– А у тебя не один раз будет. Но если в итоге не выполнишь задачу - повешу на центральной площади Пергама как последнего вора.
– Я...
– запнулся Поликлет, подбирая слова, - могу отказаться?
– Нет.
– Тогда вопросов больше нет...
– Отлично, не задерживаю тебя. Позови Эстарха и подожди его снаружи.
Архитектор, что-то напряженно обдумывая, вышел из палатки - едва не промахнувшись мимо выхода...
– Стратег...
– Эстарх, обеспечь архитектора отдельным шатром со всем необходимым, охрану - как у меня. Головой за парня отвечаешь.
– А что ему нужно?
– Откуда я знаю, у него спроси! Эстарх, что ты сегодня такой заторможенный?
– Понял, стратег, это всё?
– Да, выполняй.
Откинувшись на спинку стула, Эвмен вздохнул - надо обдумывать, что делать дальше. Так, войска заняты на три дня, можно заняться другими делами... Внезапно потянуло домой, к жене, на Эвмена навалилась невероятная тоска. Но усилием воли он задавил подобный взбрык чувств - не время и не место.
Обдумав всё хорошенько, Эвмен решил съездить к оракулу - почему-то ему казалось, что сделать это необходимо...
* * *
– Отец, ты хотел меня видеть? - Эвмен зашёл в кабинет отца.
– Вечно тебя не найти, когда это нужно, - проворчал в ответ Атталос, - у меня просто прекрасные новости.
– Было дело...
– ответил Эвмен, - какие?
– Дело... Знаешь, что пелопонесская война затихла?
– Теперь - да... И пока не вижу для нас выгоды.
– По сути, её и нет, кроме одного - и македоняне, и греки распустили своих наёмников, судя по всему, перемирие там воцарится надолго.
– Начинаю чувствовать, куда ты клонишь... С чего они прекратили войну?
– У греков появилась заноза в виде Спарты, решившей, судя по всему, восстановить былое величие. Пока что они действуют вполне успешно - Афинский союз выбит с Пелопоннеса , посмотрим... А Македония потеряла контроль над Византием - олигархическое восстание...
– Хм.
– Да нет, это даже для них странно - думаю, что там есть какие-то подводные камни, не всё мы знаем...
– Ну, это хорошо - пусть воюют дальше, хотя македонские войска у наших границ мне не очень нравятся, конечно.
– Тут проблем особо нет - Филипп не намерен начинать войну - я договорился о поставке нам боевых коней, сможем позже сформировать несколько гиппархий.
– Ааа, - махнул рукой Эвмен, - в основных боевых действиях они мне не помогут.
– Ну, задел на будущее неплохой, да и надо начинать разведение боевых коней в царстве - в будущем мы не сможем рассчитывать на союзников.
– Да... Это всё?
– Нет, теперь самое главное, все наёмники - фракийцы и достаточно большое количество эллинов, вчера прибыли в Пергам. Слава о нашей заварушке дошла до Эллады.
– Так, и...
– Да, у наёмников есть две гиппархии фракийских всадников.
– Это которые...
– Именно. Принимай пополнение, сын, - довольно улыбнулся Атталос.
Так в армию Эвмена попали две полнокровные гиппархии фракийцев - их стиль боя был схож со стилем тарантинцев - засыпать дротиками и вырезать оставшихся в живых. Но в плане качества вооружения и доспехов, боевых возможностей они сильно превосходили подобные греческие силы. Впрочем, что с них взять - фракийцы, сыны Ареса...
– Всё, я пошёл, - Эвмен хотел успеть проведать Кахину, а то опять только и делал, что бегал по делам, словно и не было у него жены...
– Хорошо, гиппархии я отправил к тебе в лагерь.
Поворот, прямо, поворот, поворот... И вот двери его покоев под надёжной охраной аргираспидов, солдаты слегка склонили головы, пропуская Эвмена внутрь. Стратег зашел в зал, аккуратно прикрыв за собой двери.
– Кахина!
– почти сразу же его жена вышла из их покоев.
– А что ты...
– удивленно начала она.
– Выкроил пару часиков для нас, - улыбнулся Эвмен.
* * *
– Стратег!
– послышался голос Эстарха из-за двери.
Только добравшийся до кровати Эвмен едва заметно выругался - вроде вот она, Кахина, ждёт, но... Вздохнув, он, под рассерженным взглядом жены вышел из покоев, аккуратно притворив дверь. Да, его не смогли оставить в покое и на полчаса.
– Эстарх, если это что-то не срочное, я откручу тебе голову, - добродушно приветствовал гиппарха Эвмен.
– Я по поводу раба, стратег.
– Какого раба?.. Ааа, боги, и угораздило же его окрепнуть именно сейчас. Ладно, он здесь?
– Да, стратег, ждёт в коридоре.
– Заводи, - сказал, вздохнув, Эвмен. Дело, к сожалению, действительно было срочным - времени до выступления было всё меньше.
Эстарх завёл звенящего цепями раба в комнату - обритый, во множестве шрамов и свежих ссадин и порезов, он всё ещё не был сломлен. Злой взгляд впился в лицо Эвмена, внимательно изучая нового... Нет, не хозяина - у этого человека хозяина быть не могло. Скорее врага. Ну, пока что - Эвмен был уверен, что сможет превратить этого человека в одного из своих сподвижников, ведь именно такие люди ему понадобятся для окончательного разрушения старого строя, злые и решительные...
– Эстарх, а почему он с ног до головы закован?
– недовольно спросил стратег.
– Буйный.
– Плевать, прикажи расковать.
– Может напасть, стратег, - предупредил Эстарх.
– Ничего, не нападёт. Зови кузнеца.
– Стратег, может, всё же...
– Нет, не надо. Ничего мне не грозит, Эстарх, всё, иди выполняй.
– Понял, - склонил голову Эстарх и вышел, притворив за собой двери.
– Не хочешь поесть?
– обратился Эвмен к рабу.
Тот молча наблюдал за стратегом.
– Зря, готовят здесь прекрасно, - продолжил Эвмен, выбирая себе что-нибудь съестное, - особенно ярко это чувствуется после той баланды, которой кормят в войсках. Или в рабстве... Удивительно, но качеством и та, и другая еда очень схожа. Итак... Если хочешь, перейдём сразу к делу.
А дело шло к обеду. Эвмен, выбрав-таки блюдо с какими-то мясными закусками, уселся за стол, подумав, добавил ещё и кувшин вина. Раб всё так же неподвижно стоял у дверей. Стекло в окнах задребезжало от раската грома, мгновением позже небо расцветила молния. Начал дождь.