Чтение онлайн

Бухта, рекомендованная Патриком для строительства морского порта, превзошла все ожидания. Глубокая, достаточно широкая для судоходства, но закрытая скалами от сильного ветра, она выходила на относительно пологую часть суши в семистах метрах от большака, уходящего на север к деревням охотников и лесорубов. Король с Патриком-младшим и Эндрю сходу принялись строить планы начального этапа строительства. К ним неожиданно присоединилась Диана и Леонардо. Секретарь Графини Шарлиз предложил назвать живописное место бухтой Властителя или бухтой Ричарда. Но Его Величество с улыбкой покачал головой: «Записывай, Патрик! Королевским указом мы называем это место Софийской бухтой».

– Соскучился? – поинтересовалась Княжна, напористо отвоевавшая себе место для ночлега подле Короля. – Так соскучился, что решил увековечить имя Сони в веках?

– Дурочка ты, Динка! – воскликнул Ричард. – Попроси Лео нарисовать портрет Софии, сравни его с видом на бухту. Мягкие, округлые линии, изящество изгибов, тёплый и уютный берег... Немного фантазии, и внешнее сходство становится очевидным, Диана!.. Скучаю ли я? Конечно, да, и не скрываю этого. Я, видишь ли, привыкаю к прекрасным, добрым, близким людям, срастаюсь с ними сердцами. Уедешь ты от меня со своим Генрихом – буду по тебе скучать...

– С твоим! С твоим Генрихом, Ваше Величество! – вспылила Княжна и… засунула руку под одеяло. – Не оставляй меня надолго. Я предупредила Генриха, что ты будешь получать Герцогиню по первому желанию в любое время дня и ночи...

– С ума сошла? – изумился Ричард. – Наши с тобой отношения не столь близки, чтобы... Впрочем, ты только об этом и думаешь, а начинать замужество со лжи непозволительно.

Наутро, прощаясь с Софийской бухтой, Король увидел рабочего, толкающего перед собой тележку с камнем, и опешил:

– Каким ветром тебя занесло сюда, Филипп?

– По ходатайству Вашего Величества суд заменил мне смертную казнь пожизненными каторжными работами, – кланяясь, ответил тот. – Так я здесь и оказался.

– Пожизненно, говоришь? – Ричард присел на валун у полосы прибоя и предложил каторжнику расположиться рядом. – Суровое наказание, ты согласен?

– Я пострадал и… продолжаю страдать из-за любви, – угрюмо произнёс Филипп в ответ и через мгновенье поднял на монарха пылающий взгляд.

– Любовью ты называешь безудержное желание обладать полумёртвым телом твоего бывшего друга, Филиппок? – сдерживая гнев, спросил Король.

– Не обладать, а лелеять, – смутившись, промямлил каторжник. – В те дни я не был для Принца бывшим, мне хотелось служить Вам, и в настоящем, и в будущем... Меня не допускали, но обещали...

– Ты предал своих друзей, воздыхатель. В их числе, предал и продал меня, – сквозь зубы произнёс Ричард. – Узнав об этом, друзья из «ватаги Принца» не отдали бы тебя под суд, а приговорили на месте, и мы бы сейчас с тобой не разговаривали... Ты мечтаешь о том, чтобы ставший всемогущим Королём, Принц наказывал тебя собственноручно. Как? Бил, унижал, насиловал? Так ты представляешь проявление ответных чувств возлюбленного тобой кумира?

– Да, я был бы счастлив! – Филипп неожиданно приободрился. – Мне по силам выдержать все унижения от Вашего Величества! Я сделаю для моего Короля всё возможное и невозможное!

– Неужели? – усмехнулся Ричи. – Тогда слушай, что требуется Его Величеству! Как видишь, на этом самом месте, в Софийской бухте начинается крупное строительство. Для меня важно, чтобы в сжатые сроки оно завершилось качественным результатом. Если к окончанию строительства я узнаю, что каторжанин Филипп был в числе лучших работников, не жалел сил, изворотливого ума и здоровья на благо Королевства, мы вернёмся к вопросу о пожизненном сроке и способах наказания. Мне будет жаль, если когда-то бравый, ловкий, хитроумный разведчик проведёт остаток дней, тягая телегу с камнями. Смогу ли я простить тебя? Простят ли тебя наши друзья? Не знаю, но... Кое-что в этой жизни ещё зависит от тебя, Филиппок. Подумай об этом.

Улучив минутку, к любующемуся живописным видом бухты Королю подошла Шарлиз. По выражению его лица она сразу поняла, что перед глазами Ричарда стоит не столько нынешний зимний пейзаж, сколько вид Софийской бухты в недалёком будущем. Причалы морского порта, верфи и новый город, гармонично вписанный в красоту природы... Графиня взяла Короля за руку и прислонилась головой к его плечу, Ричард обнял женщину за талию. «Здесь встанет первый город, построенный Вашим Величеством. Красивый город и порт... – так тихо, чтобы слышал только он, заговорила Шарлиз. – Наверное, ты даже простишь предательство Филиппу. Конечно, вы никогда не сможете снова стать друзьями, но тут уж ничего не поделать... Зато у тебя появляются новые друзья. Я, например...»

– Друзья? Да... – улыбнулся Ричард. – Но ты для меня – не только подруга...

– Да, Министр иностранных дел Северного Королевства – звучит гордо и накладывает большую ответственность, – ответная улыбка Графини содержала в себе вопрос, на который Король тут же и ответил.

– Конечно, нам с тобой предстоят важнейшие для страны дела, связанные с ближайшими соседями и прочими государствами мира, – крепко прижав к себе Шарлиз, заговорил он. – Но сейчас ты со мной не только для того, чтобы участвовать в переговорах с Хуаном Железным. Мне интересно и важно общение с тобой не только в дворцовой обстановке. В путешествии открываются другие, прежде неведомые черты твоего характера. Я лучше узнаю тебя и… радуюсь.

– Если бы ты знал, как радуюсь я, любуясь и удивляясь чудесными гранями таланта моего Короля! – воскликнула Графиня.

– Мне приятно радовать тебя, Шарлиз, – внезапно Ричард с жаром поцеловал её нежные губы. – Но, в первую очередь, для меня ты остаёшься неповторимой личностью, замечательно красивой и желанной женщиной.

– Ты не шутишь, мой Король? – с чувством выдохнула она. – В Королевы я не гожусь, конечно, да и не стремлюсь на трон. Однажды я ощутила твоё тепло... Мне важно чувствовать тепло, которое ты даришь мне, и отвечать тебе взаимностью. А королевская семья... Принято считать, что Короли не могут руководствоваться одними только чувствами. Касается ли это тебя, не знаю... Возможно, твоя Принцесса живёт где-то за океаном и ожидает встречи с тобой. Не исключено, что ты будешь принимать решение о женитьбе из соображений политической целесообразности... Но в нашей поездке мне показалось, что за Королевой далеко идти не надо.

– Кто? – кратко спросил Ричард.

– Эрика, конечно! – воскликнула Графиня. – Она – удивительно милая, красивая, утончённая, нежная, невинная девушка благородных кровей. Настоящая Принцесса! Ты не заметил?

– У меня хорошее зрение, – незаметно вздохнул Король. – Но мы говорили о тебе, о нас с тобой.

– Твои слова дарят счастье... – Шарлиз горячо поцеловала мужские губы. – Мне радостно думать… о нас. Я буду находиться на расстоянии твоей вытянутой руки, даже если нам придётся жить в разных городах. Только, пожалуйста, не гони меня прочь ни при каких обстоятельствах.

По незамысловатой цепочке ассоциаций Ричарду вспомнилось прощание с Анной перед отъездом в Айрон Тауэр. Малоэмоциональная в обыденной жизни Графиня выглядела опечаленной. «Ваше Величество чрезмерно восхищается моим художественным дарованием. Да, из моих работ скоро можно будет открыть галерею во дворце, но… я не чувствую себя нужной… тебе, – тихо и неторопливо заговорила она, но продолжила, всё более ускоряя речь и распаляясь: – Милая и добросердечная София – Министр королевского Двора. Эффектная и умная Шарлиз – Министр иностранных дел. Кстати, я помню её по учебному заведению для дворянок в столице Центрального Королевства. Она немного старше меня, но кто мог не заметить лучшую и очень красивую ученицу? Всё справедливо, Шарлиз соответствует высокой должности и принесёт пользу твоему государству... А я – никто. Нужна ли Его Величеству вдова поверженного врага? Мне казалось, что мой Король обрадовался, когда я засобиралась к нему в столицу, но здесь ты сторонишься меня. Если насытился мной, как женщиной, дай мне работу, хотя бы! Мне не нужны громкие слова и признания, я сама не произношу их... Надеюсь, что однажды мы отправимся с тобой к Храму Единого Бога, но и там я не сделаю ни единого шага без твоего одобрения. Прощаясь с тобой сегодня, мне необходимо, чтобы ты знал и помнил... Я стала частицей твоего Северного Королевства, только повстречав тебя. Я не сделаю ничего, что может навредить тебе. Напротив, мне хочется приносить пользу твоей… нашей стране... Тебе важно знать, что я жду тебя?.. Почему ты не отрываешь взгляда от моих глаз и молчишь? Зеркало моей неприкаянной души не обманет тебя и не предаст».