Чтение онлайн

– А я о чём тебе толкую? – всплеснула руками Ольга. – Что-то здесь не чисто...

– Понимаю тебя, но… так ли хорошо мы знали Ричарда, Оленька? – покачал головой Андрей. – Что случилось с ним после катастрофы, унёсшей жизни его родителей? Откуда появлялись в нём глубокие научные знания, уникальные способности, крайне обострённые чувства, непоколебимая Вера?.. Мы не были рядом с ним каждодневно, не договорили с ним, не долюбили. Мог ли Белый Волк однажды познакомиться с Волчьим Глазом, беседовать со Странником, делиться знаниями и опытом, встречаясь вновь и вновь вдали от постороннего взгляда? Мог, конечно.

– А что говорит об этом сам Странник? – заинтересовалась Княгиня.

– Он не рассказывает о своей дружбе с Белым Волком, – вздохнул Князь, – только с теплотой вспоминает о нём в нужную минуту и улыбается.

– Странно, – снова нахмурилась Оля. – После череды поражений Фомор мог изменить стратегию и тактику, прикинуться другом, сменить обличие... Демона нельзя недооценивать... Сомневаюсь я в этом Мзурураджи...

– Если бы ты встретилась с ним, обнялась... – внезапно заулыбался Андрей. – Впрочем, тебе это не грозит. Волчий Глаз не интересуется телесными контактами с женщинами. По-моему, и свою красавицу-жену он держит в чёрном теле. Странник не производит впечатления пожилого мужа, обожающего свою молодую супругу, холящего и лелеющего её. Он крепко любит Имани, но как-то по-своему.

– Даже так? – выгнула брови Ольга. – А с тобой он, значит, обнимался?

– Да, на прощание, – загадочно улыбнулся Чёрный Призрак. – От него исходит особенное тепло, подделать которое никаким демонам не под силу... В какой-то момент я даже подумал...

– Не пугай меня, Андрюшенька! – ахнула Оля.

– Не буду, – отмахнулся Андрей. – Кстати, я ужесточил деятельность Министерства безопасности. И дело здесь не в Страннике. Если нашлись безумцы, пытающиеся оживлять мертвецов, могут найтись и те, кто попытается скопировать внешность Ричарда и выдать себя за него.

– Наконец-то я слышу не милого и доверчивого Андрюшу, а Министра безопасности Империи Белого Волка, Князя Андрея! – одобрительно фыркнула Княгиня.

Под утро их разбудила настоятельница Дебора с неожиданным сообщением. Отец Давид тихо скончался в Храме Святого озера.

Ушинди Ва Имани и Странник сидели под сводом сухой пещеры и зачарованно смотрели на сильный дождь с грозой, поливавший сухую степь снаружи. Вера привычно привалилась к плечу своего мужа и заговорила, не надеясь на скорый ответ: «Где мы находимся, мой любимый? Каким ветром нас занесло в эту безлюдную и прекрасную глушь? Какая жалость, что счастливо закончившаяся история поимки безумных некромантов не разрушила чары твоей неприступности, не закончила действие твоей клятвы... Я бы любила тебя нежно и страстно, три дня и три ночи!.. Может быть и больше! У твоей жены уйма нерастраченных сил».

Странник улыбался и ласково гладил свою спутницу по спине. Заговорил он только после долгой паузы: «Веришь ли, но я чувствую нежность и огонь твоей любви своим сердцем, каждой клеточкой своего тела. Пусть мой обет ещё действует, но я искренне надеюсь, что однажды он будет снят окончательно и бесповоротно. Время ли придёт или случиться что-то ужасающе прекрасное? А может быть, нам ещё предстоит открыть что-то невообразимо важное внутри себя... В любом случае, уже сейчас мне с лёгким сердцем хочется говорить о том, как я люблю тебя. Видимо, принести личную клятву Ушинди Ва Имани мне дозволено. Многие события нашей жизни говорят о некоей предопределённости. Наверное, мы встретились с тобой неслучайно, но вне зависимости от превратностей судьбы я считаю, что мне невероятно повезло с удивительной, прекрасной, чудесно молодой женой! Без каких-либо оговорок и преувеличений, я наслаждаюсь каждой минутой, проведённой с тобой вдвоём!»

Верочка замерла на середине речи Странника и боялась пошевелиться, спугнуть своё счастье. Никогда ещё её названный муж не произносил столь красноречивого объяснения в любви к ней, Ушинди Ва Имани. Слова не могли литься бесконечно, и когда они закончились, воцарилась тишина, прерываемая только звуками дождя... А затем женщина набросилась на мужчину, повалила его на сухой песочек пещеры и взахлёб целовала лицо любимого человека. Веру мало волновало то, что Странник лишь крепко сжимал её в объятьях и улыбался между ответными поцелуями...

Насытившись ими, она упала на песок рядом со своим мужчиной. В эту минуту Имани перестало интересовать, где они и что им предстоит. К вопросам и ответам странники вернулись часом позднее, когда дождь над степью прекратился, а из-за туч стало проглядывать солнце... Мзурураджи заговорил:

«Мы находимся на северо-востоке южного континента Чиаюа, в едва ли не самом проблемном на данный момент времени регионе мира. Султанат Берсату оправдывает своё название строгими принципами единоначалия, единовластия, единобожия... Да-да, бог здесь один, и он – Султан Хебат Четвёртый. Крайняя закрытость этой страны не позволяла разобраться в деталях государственного устройства, экономического положения, в уровне жизни людей. В своё время Белый Волк не единожды пытался наладить дипломатические отношения с Берсату, но всякий раз получал вежливый отказ. Подданные Султана тщательно оберегали границы страны всеми доступными средствами, не проявляя агрессии по отношению к соседям и торговым кораблям, следовавшим мимо берегов Берсату. В подобной обстановке никто и не думал соваться в Султанат со своим уставом и вмешиваться во внутренние дела государства. Сейчас ситуация изменилась. Историки уверяют, что Хебат Четвёртый никогда не вступал в союзнические отношения с другими странами, сохраняя независимость и нейтралитет. Но нынче к Султану обратился Король Агабундо Фарх, сразу после своего поражение в короткой войне с заклятыми врагами – Великой островной Империей и Империей Белого Волка. Что посулил Султану Фарх доподлинно неизвестно. Но факт остаётся фактом, Хебат Четвёртый заключил с ним торговый и оборонительный союз».

– Насколько я помню, два государства, находящиеся на разных континентах, разделяет не слишком широкий пролив, – блеснула географическими познаниями Ушинди Ва Имани, прекрасно образованная для аборигенки Чиаюа.

– Верно, – кивнул Странник, – и теперь они фактически контролируют этот межматериковый пролив.

– Могут его заблокировать? – предположила его жена.

– Не исключено, что при желании смогут. Насколько мне известно, всемирного закона о судоходстве не существует, – пожал плечами Мзурураджи. – Учитывая, что на протяжении всего своего правления Фарх демонстрирует воинственные намерения, хотелось бы понять, зачем ему союз с независимым и безобидным Султанатом. Получение достоверной информации затруднено по причине закрытости государства. Внедрение в окружение Хебата выглядит крайне непростой задачей.

– Ты уже бывал здесь? – с интересом посмотрела на него Имани.

– Появлялся один раз, – Странник поскрёб небритый подбородок и уточнил: – По результатам визита я получил следующие сведения. Во-первых, местное население на полном серьёзе считает, что Султан бессмертен.

– Но он же четвёртый? – удивилась его спутница. – Стало быть, до него было, как минимум, три других Хебата.

– Прежние были смертными, – улыбнулся Волчий Глаз, – а нынешний родился двести лет назад, если верить летописям и мнению нынешнего населения страны. Но оставим в покое его возраст. Султан правит страной единолично, отдавая приказы из столицы, расположенной строго посередине территории государства. По сути, Хати – столичный и единственный населённый пункт, который можно назвать городом, причём, большим городом. Остальные поселения в Берсату – аулы, деревни, посёлки, крестьянские общины невелики и немноголюдны. Все они расположены на просторах четырёх областей страны, именуемых по названиям частей света. Территории северной и восточной четвертей Султаната имеют выход к морю. Во главе каждой области поставлен Наместник Султана. Выше Наместников в государственной иерархии только личные Советники Хебата. Их количество варьируется по желанию единственного и неповторимого...

– Тебе нужно стать одним из Советников Султана, – невесело усмехнулась Ушинди Ва Имани.

– Интересная мысль, – хмыкнул Странник. – Во всяком случае, для тебя подобный путь закрыт. Женщины в Султанате живут отдельно от мужчин.

– Совсем? – не поверила спутница Мзурураджи.

– В огромном дворце Султана по слухам проживает более сотни женщин, но для них имеются отдельные помещения гарема, – поведал ей Волчий Глаз. – В других зданиях Хати и в жилищах небольших поселений для женщин выделяют отдельные комнаты или целые дома, куда запрещён вход для абсолютного большинства мужчин. Там же обитают и воспитываются дети. Мальчиков изымают у женщин после того, как им исполнится восемь лет. Взрослея, они живут в мужских общинах и постепенно распределяются по специализированным училищам – военным, ремесленным, сельскохозяйственным и так далее.

– Для детей Наместников и Советников не делают никаких исключений? – заинтересовалась Имани.

– Нет, насколько мне известно, – покачал головой Странник. – Как складывается жизнь отпрысков самого Султана, мне неизвестно.

– Ты продашь меня в гарем?! – неожиданно и образцово-показательно возмутилась его жена.

– Естественно! – засмеялся Мзурураджи. – Как не обогатиться, обладая таким сокровищем?.. Местных монет у меня нет. Правда, имеются бриллианты и негранёные алмазы, но денег много не бывает... А если без шуток, то нам необходимо хорошо продумать операцию внедрения.