Чтение онлайн

– В таком случае я предлагаю Вам немедленно посетить мою сокровищницу, – расплылся в улыбке Фарх.

Королевская сокровищница, включавшая в себя зал с произведениями искусства, хранилище драгоценностей и государственный архив Агабундо, произвела на Странника огромное впечатление. Дозволенное ему ознакомление с архивными материалами, он отложил на время, более подходящее для неторопливого изучения. Скульптуры, изделия художников по дереву и металлу, картины мастеров живописи со всего света Волчий Глаз рассматривал с нескрываемым восторгом. Время летело стремительно и незаметно. После полуторачасовой, как выяснилось позднее, экскурсии с пояснениями и неожиданно тонкими комментариями Короля Агабундо, Странник остановился у ростового женского портрета.

– Прекрасная работа! – восхитился он. – Ваше Величество не подскажет мне, кто изображён на полотне?

– По моей просьбе портрет был куплен в Роял Стронгхолд – столице Империи Белого Волка. Знатоки утверждают, что перед нами – один из вариантов портрета, кисти самой Королевы Анны – Властительницы Центрального Королевства, – многословно пояснял Фарх. – На полотне изображена Маркиза София, трагически погибшая со своим Императором Белым Волком от рук собственных детей, подло обманутых жрецами тёмного культа... Я не могу не отдать должное героизму Софии и Ричарда. Не знаю, стал бы я спасать своих подданных, буквально вытаскивать их на себе из дворца, рискуя собственной жизнью... Хотел бы соврать, но не могу...

Утомившись осмотром сокровищницы, они отправились обедать в личную гостиную Его Величества. Фарх снова не допустил за стол никого, кроме Странника. Воспользовавшись переменой блюд, Король завёл Советника в свой дворцовый кабинет и… предложил выпить на «ты». Мзурураджи поразил не столько превосходный, выдержанный напиток, сколько сам факт брудершафта с Фархом, но того было не остановить.

– Твои ответы на провокационные вопросы убеждают меня в том, что ты – искренний человек, с тобой можно и нужно иметь дело, – заговорил Король. – Окончательно добила меня твоя реакция на портрет Софии. В отличие от многих людей, изображённых на других полотнах, ты смотрел на неё, как на… живую женщину. Я обязательно расскажу тебе историю своего знакомства с ней, а пока... Поздравляю с титулом Графа и должностью моего Советника. В качестве информации к размышлению сообщу, что до твоего появления в Королевстве не осталось ни одного живого дворянина с высоким титулом. А Советников, в отличие от Султана, у меня не было никогда.

– Покорнейше благодарю Ваше Величество, – Странник официально начал ответную речь, но, глядя в глаза собеседника, легко и быстро перешёл на новый стиль общения с Королём: – Ты поражаешь меня, Фарх! Меня уверяли, что Король Агабундо – суровый, жёсткий, своенравный монарх, сложная и закрытая личность. А я познакомился с общительным, эмоциональным и великодушным человеком! Внезапную, высокую оценка моих скромных заслуг, вероятно, следует считать авансом на будущее... В любом случае, я немного растерян, Ваше Величество!

– Сам себе удивляюсь! – громко рассмеялся Фарх. – Ответить честно? Постарев и почти ежедневно чувствуя себя нездоровым, я понял, что страдаю не от болезни, а от одиночества и безысходности своей судьбы. Дети? У меня нет ни одного живого сына, а дочерей я привык отсылать из дворца, подальше от себя. Если кто из них и жив, то уже не пригоден к статусу приближённой ко мне, дворцовой даме. Других родственников, как и друзей, увы, не имеется. Не скрою, был у меня любимый… враг. Трагедия во дворце Роял Стронгхолд унесла жизни двух крайне важных для меня людей, но их уникальность я осознал лишь годы спустя. Такой враг, как Белый Волк, стоит иных друзей. Теперь я думаю, что мы могли бы примириться и разговаривать на равных, как с тобой сейчас. Человеку свойственно путать знаки: плюс и минус... А в моем отношении к Леди Софии всё однозначно. Я видел её каких-нибудь десять минут своей жизни и не могу забыть по сей день. Белый Волк не отдал её мне, не поддался на провокации, на угрозы и был тысячу раз прав. Тогда я абсолютно не заслуживал Софию...

– Ты любишь её? – тихо произнёс Странник.

– Что?! Невероятно! – всплеснул руками Король. – Ты говоришь о ней не в прошедшем, а в настоящем времени! Никогда не думал, что произнесу эти слова вслух, но да... Я люблю её! До сих пор люблю... Но время упущено... Что я могу сделать для живущей во мне любви сейчас, Волчий Глаз?!

– Построить Храм, – всё так же тихо и отчётливо проговорил Мзурураджи.

– Храм?! – на лице Фарха отразилось сильнейшее душевное потрясение.

– Все близкие люди Белого Волка верили в Единого Бога, – пояснил Странник. – София, несомненно, в их числе. В честь любимой женщины ты можешь выстроить Софийский Собор!

– Я... – Король ловил воздух ртом и не мог надышаться. – Моя бабушка последней открыто заявляла о своей вере в Бога. Позднее обсуждать религиозные вопросы стало не принято в Королевстве Агабундо. Ещё в молодости я отодвинул в сторону само слово Вера, и… Бог отвернулся от меня, наверное.

– Мне сложно дискутировать на религиозные темы, – нахмурился Мзурураджи, – но истинно верующие люди говорят, что Единый Бог милостив... Бог простит. Нужно только поверить всей душой.

– Ты серьёзно? – хрипло воскликнул Фарх. – И ты готов помочь мне построить… Софийский Собор?.. Боже, о чём я говорю? Мне не дожить...

– Неправда! – уверенно возразил Странник. – Как только ты примешь окончательное решение, появится ясная цель, и жизнь вступит в новую фазу. Как минимум, ты захочешь дожить до открытия Собора. Если строить его от чистого сердца, нет сомнений, что туда придут люди. Они удивятся, обрадуются, возблагодарят тебя, помолятся Богу, поклонятся светлой женщине Софии... А я... В архиве наверняка найдутся примеры подобных сооружений. Моя жена верит в Единого Бога и чувствует… особенную энергетику святых мест. С её помощью мы найдём единственно правильное место, где ты можешь заложить первый камень здания Храма.

– Идея так неожиданна и… прекрасна. Она именит всё... Мне нужно подумать... – потёр лоб Король Агабундо.

После обеда их общение переместилось в государственный архив Королевства, и Волчий Глаз почувствовал, что загоревшийся идеей Фарх решился на невероятный для него поступок. Состарившийся и не пышущий здоровьем монарх зарядился энергией чудесной идеи строительства Храма в государстве, десятилетиями приветствующем безбожие и преклонение своему Властителю.

Странник не питал иллюзий. Он предполагал, что душевный подъём Фарха может обернуться серьёзным откатом на прежние, жёсткие позиции по отношении ко всему «чуждому» самодостаточному, изолированному от внешнего влияния, государству. Опасения Мзурураджи отчасти подтвердились, но смена настроения Короля проявилась в неожиданной форме. Неделю спустя Властитель Агабундо затеял долгий разговор с Советником о международном положении и политике Королевства в сложившихся условиях.

А нынешней ночью Странник вернулся в отведённые ему покои и поразил Ушинди Ва Имани рассказом о Фархе.

– И ты веришь ему, Господин новоявленный Граф? – насмешливо вопрошала она, с нескрываемым удивлением выслушав мужа.

– Он говорил на эмоциях, но искренне, – развёл руками Мзурураджи. – Посмотрим, как зазвучат слова Короля, когда Его Величество немного успокоится и вернёт себе хладнокровие. Но пока мне открыт доступ в любой уголок Агабундо, надо пользоваться предоставленными возможностями. Завтра утром мы с тобой отправимся на прогулку по окрестностям.

– Что мы ищем? – насторожилась Ушинди Ва Имани. – Место для возведения Храма или… новый переход?

– Скорее всего, это – одно и то же, – вздохнул Странник.

– А ты… был знаком с Леди Софией? – неожиданно спросила она, но так и не дождалась ответа...

«Особенное место» нашлось на удивление легко, на горе, возвышавшейся в пятистах метрах от дворца, за оградой дворцовой территории. Очутившись на небольшом плато, Странник и его жена в неброской, закрытой одежде заметили скрытый зарослями высокого кустарника вход в пещеру и переглянулись. С первого взгляда стало понятно, что сюда заходят люди. Скорее всего, укромное местечко облюбовали для игр дети. Другое дело, что пробраться на плато, оставаясь незамеченным бдительной королевской охраной, казалось проблематично. По крайней мере, с новоявленного Графа и его женщины охранники не спускали глаз, пока прогуливающаяся пара не исчезла в темноте пещеры. Вероятно, королевские стражи решили, что парочке потребовалось срочно уединиться, и потеряли профессиональный интерес к ней.