Чтение онлайн

— Прикончи его! — рявкнул он, уже не в силах сдерживать рвущуюся наружу ярость, обращаясь больше к кораблю, чем к своим людям.

И «Возмездие» откликнулся на зов своего командира.

Второй уцелевший «Гунгнир» навёлся на цель в момент, когда израненный, почти агонизирующий монитор повернулся к нему, позволив установленному в верхней полусфере ускорителю сделать свой выстрел.

Момент, когда стремившийся уклониться от попадания «Кракатау» напоролся прямо на выстрел, согрел сердце Говарда. Но ему было мало.

— Он всё ещё жив, — прорычал он сквозь зубы. — Новый выстрел!

— Аккумуляторы ещё не…

— У нас нет времени! Нужен новый выстрел! Плевать, если ускоритель сдохнет. Стреляйте!

И они выстрелили. «Гунгнир» выстрелил с максимальной накачкой и снятыми предохранителями на забор энергии из реакторов. Огромное орудие буквально высасывало корабль до суха ради быстрой зарядки позитронных аккумуляторов.

Теряющий кислород и оставляющий за собой обширный хвост разлетающихся обломков, «Кракатау» поймал второй выстрел носовой оконечностью, которая превратилась в уродливый кратер. На камерах было видно, как импульс вырвался откуда-то из верхней полусферы ближе к корме, очевидно, пройдя дредноут насквозь.

Но даже этого ему оказалось мало. Огромный монстр всё ещё был жив. Возможно, смертельно ранен, но жив.

— Ещё раз!

Третий залп «Гунгнира» стал для них последним. Огромный ствол выплюнул третий и последний разряд искрящегося золота, и Говарду даже не нужно было смотреть на данные с аварийных экранов. Он и по камерам видел, что это оплавленное нечто не сможет больше стрелять. Но оно больше и не нужно.

Флагман экспедиционного корпуса Земной Федерации, «Кракатау», взорвался. В последний момент один из идущих рядом с ним дредноутов попытался прикрыть товарища, но просто не успел.

Никогда бы не успел.

От автора. До окончания книги главы будут выходить ежедневно.

— Подтверждаем уничтожение цели.

Гибель «Кракатау» не заняла много времени. Весь бой с той секунды, как «Возмездие» наконец открыл огонь, и до момента, когда флагман Федерации взорвался во вспышке всепожирающего ядерного пламени, занял не больше трёх минут.

Говард смотрел на расширяющееся поле раскалённого газа и обломков, что остались от дредноута, с какой-то странной, почти фаталистичной опустошённостью. Он сделал это. Да, огромной, вероятно слишком большой ценой, но он смог. И, что более важно, он смог сохранить большую часть своих людей.

На скромный взгляд самого Ди’Анджело, это того стоило. Да, это нельзя было назвать победой. Это не остановит Федерацию. Но это её замедлит. Даже в такой огромной военной машине, какую из себя представлял федеративный флот, им потребуется время для того, чтобы заменить командующего и его штаб. А это означало, что…

— Адмирал! Наши корабли!

Говард резко повернул голову, едва услышав панические нотки в голосе своего подчинённого. Его глаза быстро нашли тактическую развёртку системы, и от увиденного Ди’Анджело забыл, как дышать.

Идущие на перерез его кораблям дредноуты Федерации не стали рассредотачиваться для ракетной перестрелки, как они предполагали сначала и на чём строили тактику своего побега. Именно такой план действий казался наиболее разумным в подобной ситуации. Увеличить время огневого контакта, дабы нанести максимально возможное количество урона своему противнику. Именно так поступил бы сам Ди’Анджело. Продолжительная ракетная дуэль, которая привела бы к накоплению повреждений и потерь у противника, чтобы снизить его шансы на побег и в то же самое время не рисковать своими собственными кораблями.

Нет.

Кто бы ни отдал приказ, похоже, он не особенно заботился о том, сколько его подчинённых пострадает и погибнет.

Четыре полные эскадры «Эверестов» шли прямо в лоб на его отступающие корабли. Они не резали угол. Не шли по обходной траектории. Вместо этого они намеренно сближались, двигаясь плотным, тесным построением. Построением, которое было малопригодно для систематизированного и продолжительного ракетного огня. Зато оно прекрасно подходило для перестрелки энергетической артиллерией.

В тот момент сам Ди’Анджело ещё не думал о том, что не он один увлекался историей. Ему было не до того. Но, возможно, находись он в другой ситуации, он сравнил бы происходящее с одним из эпизодов прошедшей почти пять с половиной лет войны.

Вторая битва при Нормандии у многих вызывала кошмары.

И прямо сейчас «Олимп» и идущие под его предводительством двадцать три других дредноута собирались повторить то, что в своё время сделали верденцы с вторгшимися в систему рейнскими силами. И сейчас перевес в огневой мощи был на стороне сил Федерации. Какая-то его часть просто отказывалась верить в происходящее. Просто потому, что так никто и никогда не делал. Даже сама мысль об этом казалась ему настолько абсурдной и поразительной, что в этот момент он перестал обращать внимание на осыпающий его несчастный флагман град непрекращающихся ударов.

К сожалению для Говарда Ди’Анджело и его людей, так уже делали в прошлом. И сделают снова.

— Свяжитесь с ними, — резко сказал он. — Передайте приказ на рассредоточение. Пусть расходятся и покидают систему в индивидуальном порядке и…

— Адмирал, сэр, нас вызывают на связь!

— Что? Кто…

— Сэр, они прекратили огонь!

Ошарашенный услышанным, Говард уставился на тактическую проекцию. И правда, если верить сенсорам, то корабли Федерации, до сего момента усердно обстреливающие «Возмездие», перестали выпускать в космос ракеты.

Первую же мысль о том, что у них закончился боезапас, Ди’Анджело отмёл в сторону. Да, приятно было бы так думать, но Говард был реалистом. Более того, он достаточно умён, чтобы не обманывать себя столь глупыми фантазиями. Причина для прекращения огня могла быть только одна — его противники прекрасно понимали, что избитый и практически лишённый наступательного потенциала монитор уже не был способен причинить им хоть сколько-то серьёзный вред.

Даже более того, он почти сразу же осознал причину, из-за которой их сейчас вызывали на связь. Тот, кто принял сейчас командование, собирался предложить им сдаться. Это хоть как-то компенсирует гибель «Кракатау» и смерть Андерсона.

Самым же обидным во всей этой ситуации было то, что гибель «Кракатау» стала по сути единственной их абсолютной победой в этом противостоянии. Остальные дредноуты, обстрелянные из «Гунгниров», хоть и понесли значительный, возможно даже фатальный урон, но всё ещё оставались целы.

— Это запись? — уточнил он. — Или…

— Это прямой вызов, сэр. По видеоканалу.

— Выведите входящий сигнал на мой дисплей, — приказал Ди’Анджело.

В любом случае сражение для них закончено. Ему было достаточно одного брошенного в сторону аварийного поста взгляда, чтобы прийти к пониманию, в каком жалком состоянии они сейчас находились. Семьдесят шесть процентов ДПО не функционировали. Как и восемьдесят процентов ракетных пусковых. Оба «Гунгнира» вышли из строя, а из энергетической артиллерии в строю осталось не больше трети. Маршевые двигатели почти мертвы. Сейчас они могли дать не больше четверти своей номинальной тяги.