Чтение онлайн

– Это из-за отвара, который вы мне дали?

Не стоило мне пить из той фляги и верить в чью-то жалость – тоже.

После моих слов по губам мужчины скользнула едва заметная ухмылка, но она сразу же пропала, и он совершенно серьёзно произнёс:

– Нет, дело не в нём, дело в наследстве вашей матушки.

Наследство матушки? Что за глупости? Какое отношение имеет леди Элизабет к моим полыхающим рукам? Или…

Догадка молнией поразила меня и я, не задумываясь о последствиях, схватила цепочку с медальоном и рванула её со всей силы. Цепочка жалобно звякнула, и на моей ладони оказался круг, который сиял мягким алым светом.

Я хотела швырнуть медальон подальше, но охранник остановил меня:

– Не смейте этого делать, юная госпожа!

И вновь шагнул вперёд, сокращая расстояние между нами.

– Но… – возразила, не зная, что делать: отбросить его или, всё же, оставить. Первое было бы предпочтительнее, но я никак не могла разжать ладонь и выпустить из рук почти потухший предмет.

– Не смейте, – повторил мужчина. – Это ваша защита.

– Что это? – мой голос дрогнул.

– В замке Ленгро я отдам вам письмо от леди Элизабет, и вы всё узнаете, – мягко, пытаясь усыпить бдительность, произнёс охранник. – А сейчас нам нужно вернуться, иначе терпение лорда Брайена закончится.

Что за ерунда? О каком ещё письме он говорит?!

– Нам. Нужно. Вернуться, – чеканя каждое слово, бросил мужчина и обернулся.

Проследила за его взглядом – нас никто не торопился разыскивать и, если вспомнить, что я пролепетала перед своим бегством, то уединение с охранником, должно быть, не вмещается ни в одни рамки приличий.

Я гулко сглотнула и почувствовала, как лицо опалило жаром.

– Нужно, – согласилась и посмотрела на медальон, – но если он… снова…

Я не знала, как объяснить то, что хотела сказать. Собственно, я совсем не знала, что со мной произошло.

– Пока не надевайте медальон, – посоветовал мужчина. – Без него атари не будет действовать.

Я уже набрала полную грудь воздуха, чтобы спросить, что такое атари, как мужчина недовольно дёрнул плечом и развернулся.

– Потом, – всё же сказал, – мы поговорим об этом потом.

Честно сказать, мне хотелось воспользоваться моментом и попросту сбежать. И от этого странного «друга», и он презирающего меня лорда Брайена, и от ненавистной участи, но вопреки своим желаниям, я пошла следом за охранником. А прежде, чем выйти на поляну, спрятала медальон в карман туники. Надеюсь, это не то же самое, что одеть его на шею.

На поляне нас встретили равнодушные взгляды охранников и хмурый, даже более хмурый, чем до этого, – лорда Брайена.

Я привычно втянула голову в плечи, пытаясь хоть так обезопасить себя, и вздрогнула, когда Ленгро раздражённо бросил:

– Ты поедешь со мной.

Глупо было бы надеяться, что этот приказ имеет в виду кого-то из охраны…

– Господин? – спокойно уточнил мой… друг, на что получил взгляд полный презрения.

– Мои люди в состоянии защитить её.

«Её», – выплюнул с отвращением, намеренно игнорируя и моё имя, и безликое госпожа.

– Как прикажете, лорд Брайен, – пошёл на попятную охранник.

Запрыгнув в седло и расправив плащ, я поравнялась с лошадью моего мужа и получилась отповедь, от которой вспыхнуло не только лицо, но и всё тело рядом:

– Какими бы ни были обстоятельства нашей женитьбы, я не позволю позорить меня таким поведением, – лорд Брайен дёрнул поводья, заставляя животное тронуться с места, и добавил: – Забудь о своём любовнике, иначе он распрощается с жизнью.

Любовник?

– Я не… – бросила ему в спину, но разве Ленгро нужны мои оправдания?

– Не стоит мне лгать, – тихо и отчётливо, и уже громче: – Не заставляй меня ждать.

Сгорая от стыда, я вонзила в бока Ласки шпоры, мысленно извиняясь перед кобылой, и поравнялась с лошадью лорда Брайена.

– Так-то лучше, – если не с удовлетворением, то с какой-то долей одобрения произнёс мужчина. Правда, легче мне от этого не стало. Отнюдь, захотелось окунуться с головой в воду, чтобы смыть с себя позор, только жаль, что и это не поможет.

Как только мы догнали людей Ленгро, которые ждали нас чуть дальше, я поняла, что моя свита была отдушиной. Никто из охранников не смотрел на меня с такой ненавистью и желанием растоптать на месте. Даже странный друг, чьё имя я так и не спросила, не пугал так, как эти мужчины.

Мне показалось, что стоит лорду Брайену лишь дать отмашку, как они бросятся на меня и растерзают, словно голодные псы.

– Теперь-то мы можем ехать дальше? – спросил один из мужчин. При этом он смотрел на меня пристально, видимо, ожидая, что я первой отведу взгляд. Но я выдержала, нутром почувствовав, что если сейчас сдамся, то «псы», всё же, сорвутся с поводка и тогда мне не поздоровится.

– Можем, – кивнул лорд, а мужчина хмыкнул, так и не дождавшись от меня трусливого бегства.

Я постаралась скрыть дрожь, и крепче ухватилась за поводья, что тут же привлекло внимание моего супруга.

– Где твои перчатки?

Вспомнив об истлевшей коже, что рассыпалась пеплом, я вновь вспыхнула, только на этот раз не от смущения, а от страха, что Ленгро поймёт всё. Хоть это и было невозможным.

Я с большим трудом заставила себя ответить ровно, не заикаясь и не запинаясь перед каждой буквой:

– Наверное, потеряла в лесу.

Мне хотелось выглядеть уверенной, только покатившиеся со всех сторон смешки разом прогнали эту уверенность.

– На такую перчаток не напасёшься, – едко бросил кто-то у меня за спиной.

Смех стал громче, и я из последних сил сдерживала желание накинуть на голову капюшон, чтобы хоть так скрыться от ненавистных взглядов.

– Зэйн, – сурово оборвал смех лорд Брайен, и я с удивлением взглянула на него из-под опущенных ресниц. Неужели он только что вступился за меня?

– Простите, господин, – тут же покаялся невидимый мне Зэйн – поворачиваться и смотреть на него я не стала.

– Трогай, – отдал очередную команду Ленгро, и мы отправились в путь.

На этот раз усталости я не чувствовала. Нет, она никуда не испарилась, но мои мысли были заняты отнюдь не натёртыми ногами и ноющей спиной. Куда больше меня волновало молчание матери.

Почему за столько лет она ни разу не обмолвилась о медальоне? О том, что это её защита, или атари, как это назвал охранник? В конце концов, зачем отдала письмо чужому человеку, а не мне? Неужели я не удостоилась внятного объяснения, а не строк на листе бумаги?