Нарушенный договор
Шрифт:
Мы же всегда говорили с ней, обо всём на свете. Вместе читали и вместе мечтали, что однажды вырвемся из каменных стен замка и отправимся в путешествие по стране. Что она покажет мне столицу Агайру, Долину Солнца, Хрустальный Водопад… Или мечтала только я, а матушка лишь потакала моим глупым грёзам?
Какая же я наивная, раз не видела всего этого раньше. Раз жила и верила в прекрасное завтра, которого никогда не будет.
Обвела взглядом уже приевшуюся картину из однотипных кустарников, деревьев да полей, и нахмурилась. Пока я думала о своей нелёгкой доле, мы пересекли границу, что лежала между нашими землями и владениями семьи Ленгро. И чем дальше мы ехали, тем сильнее пейзаж отличался от привычного.
Вместо плодородных полей – выгоревшая земля, вместо деревьев и кустарников – голые коряги, а вместо цветущих полянок чёрные проплешины.
– Что здесь случилось?
Вопрос сорвался с губ сам собой. Не будь я так поражена увиденным, я бы и не подумала заговорить первой, но сейчас думать о неприязни лорда Брайена не было ни времени, ни желания.
Ленгро обернулся и посмотрел на меня долгим, тяжёлым взглядом, а потом покачал головой и произнёс:
– Догейры.
Открыла рот, чтобы спросить, кто такие догейры, но так и закрыла его, потому что один из мужчин громко засвистел и крикнул:
– Там, впереди!
Лорд Брайен натянул поводья, останавливаясь, и приказал:
– Оставайся здесь, со своей охраной.
И, пришпорив коня, ускакал.
Ласка замерла на месте, а я посмотрела в том направлении, где один из свиты Ленгро что-то увидел.
Вдалеке были всё те же чёрные проплешины, коряги и выгоревшая земля, единственное, что выбивалось из общей картины, это песчаное облако пыли, которое поднималось высоко к небу.
– Госпожа, накиньте капюшон, и что бы ни случилось, молчите!
Охранник, который назвался моим другом, уже был рядом, и так же напряжённо посмотрел вперёд, как и несколько минут назад лорд Брайен.
– Кто такие догейры? – выполнив все указания, спросила мужчину.
– Это те, с кем лучше не встречаться, – охранник сжал пальцами рукоять меча.
Время застыло, остановило своё привычное течение и превратилось в расплавленную карамель, – такую же липкую и вязкую. От напряжения, что вгрызалось в тело стальными клыками, оставаться на месте было невыносимо сложно. Хотелось бежать, кричать, делать хоть что-то, что сможет разогнать эту густую пелену тишины и бездействия.
Песчаное облако приближалось, и буквально за мгновение небольшой отряд во главе с лордом Брайеном исчез из виду, будто это облако, на манер голодного зверя, поглотило их. Но не остановилось… Оно рассыпалось в разные стороны, всего на мгновение подарив неясную надежду, а затем с новой силой понеслось вперёд.
Минута, другая, третья… Звуки исчезли, ветер стих, и синеву небосвода заволокло серым туманом.
– Приготовьтесь, они уже близко, – тихо бросил охранник, и остальные обступили меня плотным кольцом, так что за широкими спинами мужчин я почти ничего не видела.
– Наденьте его, госпожа, – просьба, которая и на просьбу-то была не похожа, скорее на приказ. Друг, а я всё же надеюсь, что он не солгал мне в этом, не сказал, что именно я должна надеть, но этого и не требовалось. Я и так знала, что охранник имел в виду.
Миг и что-то стремительно проносится рядом, заставляя лошадей испуганно вздрогнуть, а мечи в руках свиты со свистом рассечь воздух.
И всё это в полной тишине, никто не проронил ни звука.
Я, опасаясь резких движений, медленно опустила руку в карман туники и осторожно коснулась медальона. Он вновь был холодным, обжигающе ледяным, как и тогда, когда матушка застёгивала цепочку на моей шее. Но стоило сжать его в ладони, как металл сразу же нагрелся.
Ещё одно стремительное движение, и в смазанном пространстве я успела заметить огненные всполохи. На этот раз тишину разорвал тошнотворный хруст и тихий стон, – кольцо охраны поредело, один из мужчин кулем упал на землю. Его лошадь взбрыкнула, высоко задирая копыта, и с громким ржанием унеслась вдаль.
Начиная с этого мгновения время, на манер сбежавшей кобылы, стремглав бросилось вперёд, стирая границы и привычную картину мира, уничтожая хоть какое-то понимание происходящего.
Свист, дуновение ветра, лязг мечей, глухое рычание…
Клубы пыли, которые мешают сделать очередной вздох и хоть что-то рассмотреть…
Тихие, но оттого ещё более жуткие стоны…
И удар, не точный и прицельный, а смазанный, будто меня задели лишь вскользь.
Ласка до этого топталась на месте, так же, как и я, не понимая, что происходит, а после удара её понесло. Я только и успела вцепиться в поводья и натянуть их до предела, пытаясь остановить кобылу. Но, как бы не так… Ласка бежала вперёд, желая вырваться из облака пыли, которое, казалось, заполонило собой всё вокруг.
Правда, её бег совсем скоро прекратился. Песчаное нечто преградило ей путь, и лошадь встала на дыбы, сбросив меня на землю.
Удар был такой силы, что если бы это было возможно, то из глаз посыпались бы искры. Мир, и без того вращающийся волчком, закружился стремительнее, а потом разом всё стихло, – и песчаный вихрь, и туманное облако, и звуки, – словно кто-то остановил время.
Только когда я попыталась сесть, поняла, что ошиблась. Ничего никуда не исчезло, обманчивая тишина взорвалась громким воем, и жуткая тварь нависла надо мной, давая рассмотреть раскрытую пасть, в глубине которой сияло алое пламя и точно такой же огонь в глазах…
Ещё никогда в жизни мне не было так страшно, даже той ночью, в комнате с Ленгро. Никогда не хотелось кричать от ужаса, оглушая себя своим же собственным криком.
Я смотрела на чудовище и ждала… Чего? Смерти… Потому что никто не в силах меня спасти…
– Ш-ш-ш, – прошипела тварь, будто силилась что-то сказать и опустила взгляд на мои сжатые ладони. Проследила вслед за ней и не поверила тому, что увидела. Перекрутившись, на запястье висел медальон, и он него исходил мягкий красный свет.
– Ш-ш-ш, – разочарованно, как мне показалось, прошипело чудовище и песком осыпалось к моим ногам, чтобы следом взбесившийся вихрь подхватил его и испарился в воздухе.
На этот раз всё действительно пропало, остались лишь тела, без движения лежащие на земле.
Прежде, мне не доводилось видеть смерть. Не так, как здесь… Умирали женщины, мужчины, дети, но тому была причиной болезнь, или старость, и никогда – убийство.
А сейчас я слышала стоны, чувствовала запах пролитой крови, видела растерзанные тела и не могла понять, что это всё по-настоящему, что это не сон. С силой сомкнула веки и медленно открыла их, в надежде, что всё увиденное растает вместе с истончившимся туманом.