Чтение онлайн

Сгорая от стыда, я опустила глаза и поднялась на ноги. Потом, пытаясь не обращать внимания на окружающих, собрала разлетевшиеся по полу учебники и пошла в противоположном от сводной сестры направлении.

Мои колени тряслись.

Последние три дня мы с Финном обедали за столом вдвоем. На нас бросали косые взгляды, но почти не издевались. Зато когда я оставалась одна, меня обзывали и делали подлости. Теперь к этому списку прибавилось и физическое насилие.

Обстановка дома была нисколько не лучше.

Тео демонстративно не замечал меня, и его поведение рассердило Хейли настолько, что они разругались. Так что молодожены тоже не разговаривали.

Поскольку Элоиза продолжала меня избегать, я понятия не имела, что происходит в ее голове. Я знала только, что от меня отвернулись друзья, отвернулась сестра и что меня ненавидит весь класс. Патрик, увидев меня в коридоре, развернулся обратно. В мою сторону косились с насмешкой даже некоторые учителя.

И Элоиза обладала властью остановить уничтожение моей репутации.

Я нуждалась в ней. В своем друге.

***

Финн молчал всю дорогу, пока вез меня к себе после занятий. Он злился.

Не на меня.

На всех остальных.

До него дошли слухи о моем «случайном» падении в коридоре.

Я сказала ему, что со мной все хорошо, но, кажется, не убедила.

— Раньше я думала, что мозг — это самый главный мой орган, — шутливо сказала я, — но потом поняла: «Эй, это же он и внушает мне эту мысль!».

Финн нехотя улыбнулся.

— Что?

— Это шутка.

— Дурацкая. — Он заехал на подъездную дорожку у своего дома. Его отец снова был в командировке, поэтому дом целиком принадлежал нам.

Помогая мне выбраться из машины, он уже перестал улыбаться, вновь превратившись в мистера Задумчивого.

Я напрягла мозг, придумывая, как поднять ему настроение.

— Что делал слон, когда пришел Наполеон?

Финн приподнял бровь.

— Травку жевал.

— У тебя правда ужасно дурацкие шутки.

— Но ужасно смешные, угу?

Он не ответил, и к его комнате мы поднялись молча.

Но я решила не отступать.

— Какой рукой лучше размешивать чай?

— Не знаю. — Вздохнув, Финн завел меня к себе спальню и закрыл дверь. — Какой?

— Чай лучше размешивать ложкой.

Он сжал губы.

— Ага! — Заулыбавшись, я указала на него пальцем. — Тебе хочется рассмеяться! Видишь, какие у меня хорошие шутки.

— Нет. Я хочу расплакаться от того, какие они дурацкие.

— Что нужно делать, когда видишь зеленого человечка?

— Боюсь даже спрашивать.

— Переходить улицу.

Финн откинул голову и потер руками лицо.

— О, боже, — простонал он, но я расслышала в его голосе смех и захихикала.

— Что можно видеть с закрытыми глазами?

Он убрал руки от лица и, шагнув ко мне, обнял.

— Сон.

Финн покачал головой, глядя на меня с такой нежностью, что под весом ее красоты моя улыбка погасла.

— Я люблю тебя, — прошептал он. — Очень сильно люблю.

У меня перехватило дыхание, и удивление омыло меня теплой, щекотной волной.

— Правда?

— Абсолютно.

Я обняла его плечи и покрепче прижалась к нему, готовясь сказать нечто такое, чего никому не говорила с восьми лет.

— Индия?

— Я тоже люблю тебя, Финн.

Он поцеловал меня — сладко и нежно, словно смакуя мой вкус.

Немного запыхавшись, я отодвинулась. Моя кожа горела, живот трепетал, а сердце выпрыгивало из груди. Не было никаких гарантий того, что в будущем я почувствую нечто похожее на то, что испытывала сейчас, в объятьях Финна. Я не хотела терять это ощущение зря.

— Я готова, — произнесла я, со значением глядя ему в глаза.

Его руки сжали меня.

— Ты уверена? Это не потому, что ты хочешь просто отвлечься от происходящего в школе?

У меня в животе снова ожили бабочки. Но в хорошем смысле. В отличном. Я легонько поцеловала его.

— Школа тут совсем не при чем. — Я сказала абсолютную правду. — Я хочу этого. С тобой.

И вот так в день, который мог стать одним из худших дней моей жизни, случилась одно из лучших и значительных событий.

Я подвела Финна Рочестера к кровати, мы раздели друг друга, и я потеряла свою девственность.

Это выражение всегда казалось мне странным. Как можно потерять то, от чего добровольно отказываешься?

Глагол «терять» подразумевал что-то плохое.

Свою невинность — невинность души — я потеряла очень давно.

Я не рассматривала потерю девственности в таком же печальном свете.

Скорее я всю себя растеряла в Финне, а он потерялся во мне.

Я и подумать не могла, что потеряться — это настолько прекрасно.

Глава 24

Как только я вернулась домой, все мое счастье вмиг испарилось.

Через холл проходил Тео с газетой в руке. Он поднял глаза на меня, и в них была такая усталость, что я замерла.

Он вздохнул, опустил взгляд и пошел дальше.

Хоть я и понимала, что он переживает за дочь, меня обижало, что он отказался верить в меня.

В спальне меня ждала Элоиза — последняя, кого мне сейчас хотелось бы видеть.

Остатки неги после секса развеялись окончательно.

— Что ты здесь делаешь?

— Я избегала тебя.

— Правда? Что-то я не заметила.

Она проигнорировала мой сарказм.

— Избегала, потому что знала, что именно так все и будет. Знала, что они прикончат тебя, а мне нелегко на это смотреть. Ты последний человек в мире, которому я бы хотела причинить боль. — Ее глаза были полны слез. — Пожалуйста, Индия. Если бы я могла рассказать правду, чтобы спасти тебя от всего этого, то рассказала бы. Просто мне страшно. Я хочу не бояться, хочу стать сильнее, но одного желания мало. Прости. — Она печально улыбнулась. — Я скучаю по своим друзьям.