Чтение онлайн

Были здесь и валяльщики, и другие кустари. Вся деревня работала на город.

Единственное, что урядник мог увидеть в будний день, - это целые семьи крестьян, склонившиеся над работой.

Заглянув в окошко покосившейся хаты Гаврилы Горбунова, Запирайлов остановился.

По одну сторону стола сидел сам Горбунов, мужик средних лет с отекшим лицом; его багровый нос свидетельствовал о том, что аромат спиртного не чужд ему.

По другую сторону - какой-то незнакомый рыжеволосый и рыжебородый человек с живыми, беспокойными глазами. Горбунов и незнакомец оживленно о чем-то разговаривали.

Посреди стола стояла бутылка водки. Горбунов то и дело протягивал к ней руку и наполнял свою стопку. Собеседник его почти не пил.

"Какое-то новое лицо, - подумал Запирайлов, - наверно, издалека. Никогда его здесь не видел. Ладно, посмотрим, может быть, удастся каким-нибудь рубликом разжитьоя..."

Не долго думая урядник отворил дверь в сени, стряхнул снег с сапог и вошел в хату.

Увидев урядника, рыжебородый вскочил и стал озираться, думая, как бы ему улизнуть.

Горбунов остался на месте и затуманенными водкой глазами с удивлением смотрел на нежданного гостя.

– Добрый вечер, Гаврилыч, вижу, у тебя свет в окошке... Гость... Откуда сами?
– повернулся он к незнакомцу.

– Из города... Проездом. Собирался сегодня ехать обратно, да метель задержала, - незнакомец старался не выдавать своего беспокойства.

– Ваши документы!
– без лишних слов потребовал урядник.

– Господин урядник...
– заикнулся было проезжий.

– Пожалуйте документы!
– перебил его урядник.

– Что ж, документы в порядке, - неуверенно возразил незнакомец. Паспорт, доверенность купца второй гильдии, приказчичье свидетельство...

– Еврей? Тогда ваши документы немногого стоят...

Есть циркуляр, что доверенное!и действительны только в городах. Хоть у вас все документы налицо, а мы все равно можем вас отправить этапным порядком по месту прописки. От нас это зависит, - намекнул урядник на то, что с ним можно договориться.
– Ну, выкладывай документы.

Нехотя, все еще надеясь на благополучный исход, незнакомец неторопливо рылся в боковом кармане, одновременно пытаясь закинуть удочку:

– Говподин урядник, не решить ли нам дело полюбовно?

Почуяв, что здесь можно урвать трешницу, а то и пятерку, ЗаНирайлов, нахм" рившись, с деланной еурозостью сказал; - Покажите-ка документы, а потом поговорим.

Незнакомец нерешительно протянул бумаги, с беспокойством следя за урядником.

Водя пальцем по бумаге, урядник медленно, по складам читал:

– Шкловский... мещ-щанин... Шкловский меща-нин...

Мендель, Мендель Шму-шмулев Бур-штин... ЙДкловский мещанин Мендель Шмулев Бурштин.

Урядник перевел дыхание, точно тащил непосильную ношу, и снова принялся читать. Добравшись е грехом пополам до конца, он ВЗДОХНУЛ и сказал:

– Да-с!.. Ну-ка, взглянем еще разок!

Изучив бумаги, он, покручивая ус, сказал, как бы ни к кому не обращаясь:

– Вот то-то и оно... Нам запрещается разъезжать по деревням, а мы разъезжаем как ни в чем не бываао...

Ничего не поделаешь - придется отправиться по этапу, да-а-с...

По тону урядника и по усмешке, промелькнувшей в его светлых усах, проезжий понял, что еще не все потеряно, что с этой "кокардой" нетрудно поладить.

Улыбаясь уряднику: мы, мол, друг друга понимаем, - он тихо сказал:

– Знаете что, господин урядник, вот возьмите красненькую и отпустите меня. Вы же видите, я, слава богу, не вор и не разбойник, не так ли? Я пришел к Горбунову договориться, чтобы он все свои изделия продавал мне; когда-то он уже работал для меня. Сеюдня же вечером я собирался уехать.

– Так точно, - отозвался Горбунов, - мы когда то уже работали для Марка Самойловича. Человек правильный, не обидит...

– А ты помалкивай!
– рассердился урядник.
– Тебя не спрашивают.

И, обернувшись к проезжему, внимательно посмотрел на него.

Дело начинало казаться ему подозрительным Сразу предложил десять рублей - что-то здесь неладно.

Урядник человек бывалый, обычно ему давали целковый или два целковых, случалось, и трешница перепадала, но чтобы бесправный еврей сразу предложил десятку, этого еще не бывало.

По хмурому лицу урядника проезжий предположил, что предложенная сумма его не удовлетворяет, и сказал:

– Ладно, вот вам еще пятерка - и делу конец.

Подозрения Запирайлова усугубились. Чудеса, да и только! Сразу предложил красненькую и тут же еще пятерку. Дело не чисто!

Урядник ломал себе голову: что бы все это могло означать?

Вдруг он выпрямился, словно его стукнули по спине.

Урядника ссенило: не каторжник ли это, который на днях сбежал из московской пересыльной тюрьмы, - ах, черт возьми, как это ему раньше не пришло в голову!

Совсем забыл о бумаге, полученной три дня тому назад:

кто поймает и доставит сбежавшего каторжника, получит награду - сто рублей... Паспорт на имя шкловского мещанина - это ерунда. В Москве на Хитровом рынке можно два паспорта за трешку купить. А что стоит каторжнику убить человека и забрать его документы?

Между тем, увидев, что и пятнадцать рублей не действуют, проезжий торопливо заговорил:

– Ну, пускай двадцать пять, и дело с концом! Я человек занятой, здоровье у меня слабое, я не могу тратить время и силы, пока вы тут будете выяснять...

Для пущей убедительности он не медля достал из бумажника двадцать пять рублей и сунул уряднику в руку.

Запирайлов зажал ассигнацию в кулаке, все более утверждаясь в своих подозрениях...

Не иначе как беглый каторжник... Сейчас проверим.

Достав из обшлага шинели бумагу с приметами каторжника, он начал читать, внимательно сверяя каждую примету с внешностью проезжего.

– "Возраст - тридцать восемь лет, волосы и борода рыжие..." Верно! бормотал он, бросив взгляд на незнакомца.
– "Нос, рот обыкновенные..." Правильно! "Глаза голубые..." Верно - голубые. "На лбу, над левым глазомшрам, след ножевой раны..." А ну-ка, посмотрим на шрам.

Не обнаружив шрама, урядник не растерялся: