Наше дело — табак
Шрифт:
– Я выкарабкаюсь, - подбодрил Арнольд себя словами, с которыми он выплывал на поверхность в больнице в Германии. Тогда тоже было очень плохо - он никак не мог вернуться к жизни. Сегодня же он был в боевой форме и нужно всего-навсего решить финансовые проблемы...
В то утро он спустился к ждущей его "Тойоте-Лендкрюйзеру" в сопровождении двух дюжих охранников в бронежилетах. Плата этим ребятам значительно превышала принятую - им платили за риск. Они знали, что у врагов клиента серьезные основания желать его погибели, поэтому были насторожены и перестраховывались везде, где только можно. Один бронещитом прикрывал Арнольда от снайперов, другой оглядывался, выискивая киллера с винтовкой. Их суета создавала у сигаретного бизнесмена некоторое ощущение защищенности.
Третий охранник ждал у машины. Он распахнул тяжелую дверцу.
– Ну что, опять на бой, на рынок, - процитировал Арнольд известные стихи.
Тут и плеснуло огнем.
Взорвался целлофановый пакет, оставленный за мусорным баком. Радиолуч активировал взрыватель. Подал сигнал киллер, следивший за всем из соседнего дома.
Бомба была установлена и сделана профессионально. Направленной взрывной волной снесло одного охранника. Он умер, не приходя в сознание. Второй телохранитель, в последний момент что-то почувствовавший и отпрянувший в сторону, остался жив. Арнольд до приезда, "Скорой" не дожил.
...Начальник уголовного розыска с заместителем были на месте происшествия через полчаса.
– Надо же, - покачал головой Гринев.
– Допрыгался, умник.
– Разбили свинью-копилку, - произнес Ушаков.
– Выбросили в мусорный бак. Вместе с деньгами, поправил Гринев. Интересно только, на шиша?
– Наверное, кто-то сильно обиделся за то, что его представили лохом...
– Работа-то качественная. Взрывник работал хороший. Недешевая работа.
– Хорошо, никого из посторонних людей не задело.
– Приговор приведен в исполнение, - усмехнулся Гринев.
– Еще один висяк.
– Но раскрывать надо.
– Начальник уголовного розыска обернулся и пошел к машине. Он ощущал усталость. Ему нужно немножко выспаться. Отогнать, как назойливых мух, все сомнения. И он будет как новенький - готов к труду и обороне.
Гринев присел на капот "Рено", затянулся сигаретой, протянул пачку Ушакову:
– Закуришь?
– Нет. Бросаю.
– Ха, по идейным соображениям, - хмыкнул Гринев - Будешь бить сигаретчиков по карману, уберегая от них трудовую копейку.
– Здоровье берегу, - сказал Ушаков.
– Оно мне еще пригодится. Чтобы гадов душить.
– Правильно. Сволочей надо душить, - кивнул Гринев.
– Ну а я затянусь, грешным делом...