Чтение онлайн

– Как? — шепотом сорвалось с её губ, и я облегченно выдохнула. — Что ты можешь знать? Ты лжешь. Взять её!

Стражник зашевелился после её приказа и начал быстро приближаться, но Кайонел взял меня за руку и подтянул к себе, закрывая:

– Прочь.

– Я не уверена, что могу объяснить, - сказала я, подбирая слова и со страхом косясь на дракона позади, что зажег клинок. — Старуха Драмия позволила заглянуть в память моих предков через её дар. Я думаю, что я видела…

Стражник рядом подскочил так быстро, что я не успела увернуться. Схватил меня за руку и дёрнул вверх, как тряпичную куклу. А потом издал протяжный вздох, когда черное пламя охватило его и через мгновение не оставило ничего от его тела, кроме тяжело упавшего доспеха. Кто-то закричал, стекло вылетело из витражных окон напротив помоста, и всё охватил огонь. Всё, как и сотни лет назад, в день разделения миров. Я увидела вдали волосы цвета меди и едва не выдохнула от облегчения. Кажется, у Кайонела всё же был план. Графия скривила губы и сорвалась с места, завидев сестру. А едва она исчезла, Кай поддержал меня под спину и выпрямился, избавившись от стражников сзади и оков драконицы.

– Ты…- голос императрицы сорвался, но смотрела она не начавшееся восстание. Взгляд её был прикован ко мне. Заскользил по слетевшему с головы капюшону, остановился на волосах. Ламора всматривалась в моё лицо.

– Я думаю, что он выжил, - сказала я, сглотнув под её пристальным взглядом. — Я с Низшего мира, госпожа.

– Значит, мой оскверненный брат выжил, - прошептала она, и одинокая слеза потекла по её щеке, - и даже породил дитя. Ты его потомок…

– И я бы отдала всё, лишь бы стереть те страдания, что перенесли вы оба, - горячо зашептала я, удерживая её потерянный взгляд. — Посмотрите, я доказательство того, что вашего брата признали и любили, как должны были любить вас. Еще не поздно, госпожа, я…

– Довольно, - оборвал меня Кайонел, и я почувствовала его крепкую руку на плече. Внезапно он вернул меня в реальность, где бушевало пламя, стражники сцепились в битве, а высокородные мельтешили внизу, выбирая сторону. Кто-то признал в магии Кайонела дар императорской семьи и выбрал второго наследника, а кто-то остался верен первому, трясущему мать за рукава платья и в страхе вжимающему голову в плечи. Началась неразбериха. — Я тоже видел свою кровь. Отца и мать, которых ты отняла у меня. Я видел её смерть. Его пустое существование и погаснувший огонь, - рыкнул он, и Ламора нахмурила тонкие брови. — И я верну себе свою жизнь, верну титул и Род. Ты умрешь первой, а следом и он, - я резко обернулась и посмотрела на дракона. В его глазах горела ярость с решимостью.

– Кайонел, нет, - зашептала я, потянув его за руку. — Не надо…

– Не лезь.

Черное пламя заклубилось у его ладоней, поползло вверх, и скоро дракон стоял напротив императрицы и императора, объятый темно-фиолетовым туманом.

– Я убью твоего выродка. Я убью тебя. Я разорву вас на части и выкину гнить в Низший мир, который ты так ненавидишь. Я не оставлю памяти о тебе ни в книгах, ни в мыслях других, я уничтожу любое напоминание о тебе и забуду сам. Твоё имя исчезнет. Твой род исчезнет.

– Кай, - ахнула я, не веря, что переполненный злобой голос принадлежал дракону. — Её дар другой, ты не сражался ни с чем подобным, остановись!

Я знала, что ему больно. Слишком мало времени прошло с того момента, как он узнал правду, и она ломала его изнутри.

— Ты должен победить свою боль, — прошептала я несмело, с ужасом смотря на желваки, ходящие по омраченному ненавистью лицом дракона. — Вознестись над ней, а не лелеять в своём сердце, сея внутри и вокруг себя хаос и раздор. Она не сделает тебя сильнее. Никого ещё не сделала.

– Я знала, что от тебя будут проблемы, - улыбнулась императрица холодно.

И резко задвинула за спину сына, когда Кайонел шагнул в их сторону и направил ладонь в сторону Лавиума. Я успела увидеть неверие в испуганных глазах парня за мгновение до того, как залу осветил взрыв. Голубое пламя Ламоры встретило темный дар Кайонела. Его тьма обступала императрицу со всех сторон, отражаемая лишь её льдом. Он закручивался в узоры, вырастал кристаллами и атаковал Кайонела. Одной рукой Кай контролировал своё пламя, а другой достал клинок. Пламя объяло его и отражало острый лёд Ламоры. Казалось, противостояние длилось вечно. Но я не хотела смерти ни одного из них.

— Кайонел! — всхлипнула я, кусая губы. Лавиум рыдал, смотря на сражающуюся мать. А потом она что-то прокричала ему. В творящемся хаосе, сквозь взрывы и шум, я не смогла разобрать, лишь увидела страх в глазах императора. Он принялся обходить Кайонела с другой стороны, а потом что-то блеснуло внизу. Кайонел обернулся на Лавиума, и этой доли секунды хватило, чтобы императрица пустила магию в свои ноги, отвлекая дракона. Она топнула, а в следующий миг Кайонел оказался на спине.

Лавиум зарыдал, смотря на мать. Я вздрогнула от холода, увидев лёд у нас под ногами. Мурашки поползли по моему позвоночнику, а потом… Огромный сияющий кристалл быстро вышел из груди Кайонела, заставляя меня закричать от ужаса. Ламора тяжело дышала и держалась за бок, пока сын крутился вокруг неё, пытаясь помочь. Но не она сейчас истекала кровью, выпуская из тела густую жидкость на переливающийся лед. Что-то запузырилось на губах дракона.

– Нет! — закричала я, бросаясь к нему. Пальцы быстро окрасились в красный.
– Нет-нет-нет! Милостивая Праматерь, нет!

Иней начал расползаться по груди Кайонела, прямо от кристалла, закрывая узором его темные одежды.

– Я чувствую, - слабо произнесла Ламора, медленно идя в нашу сторону, прихрамывая на одну ногу. — Чувствую его сердце своим льдом. Скоро оно затихнет.

– Нет, пожалуйста, живи,- заплакала я, обхватывая кристалл ладонями, а потом бессильно отпуская. — Я люблю тебя. Не Бэлморта, ни кого-то ещё — тебя, — шептала я, смотря в стекленеющие глаза Кайонела. — В какой бы оболочке ты ни был. Прошу, только живи.

Я вздрогнула, кое-что вспомнив, а потом резко запустила руку в карман платья, чтобы сжать кулон с даром Рина. Положила его на истекающего кровью дракона и затаила дыхание, чтобы… Не увидеть ничего. Совсем ничего. Он лишь захрипел, схватив меня за руку и попытавшись оттолкнуть, а я положила ладони на его грудь, беспомощно зарыдав. Что-то зашелестело под его одеждами, из-под рубашки выскользнул смятый, заляпанный кровью свиток и коснулся моей руки.

– Затихни же навсегда, - Ламора теперь подошла слишком близко. Я вскинула голову и встретила её взгляд. Вдохнула её холод и затряслась всем телом, ощутив покалывание не только в пояснице, но и на кончиках пальцев. Иней Ламоры теперь расползался не только по груди дракона, но и потянулся к моей окровавленной ладони, забираясь едва ли не до локтя.

Я видела глаза Моры, но взгляд императрицы. Я слышала её детский плач, но тихое рычание, срывающейся с губ взрослой женщины. Я чувствовала, как сердце сковывает льдом, замораживая мою жалость к маленькой драконице.

И когда взмахнула она рукой своей, смотря точно на Кайонела, завихрился дар льда на её ладони в сантиметрах от его груди, я схватила её за руку.

Я смотрела в серые глаза императрицы, а она смотрела в мои, когда ледяные иглы прошивали, казалось, каждую частичку наших тел. Я кричала, выла от боли, но не могла остановить это, задыхаясь и чувствуя переполняющие сердце холод и скорбь. Оно избавлялось от боли, калечило мои тело и душу, но дар императрицы не коснулся Кайонела во второй раз. Я пила его и исторгала наружу, чувствуя, как леденеет каждая частица моего тела.

Вокруг что-то засверкало, переливаясь перламутром, и последнее, что я увидела — это удивление в глазах Ламоры. Зал закружился, лицо императрицы пошло рябью, а потом исчезло вовсе.

Ламора стояла на краю обрыва и смотрела в бездну. Звёзды ярко вспыхивали и гасли, освещая две маленькие фигурки возле пропасти.

Девочка с белыми волосами стояла рядом с широко распахнутыми глазами и даже не моргнула, когда Ламора поводила рукой перед её лицом. Императрица взглянула на свою ладонь и с удивлением не обнаружила на ней следов крови, что оставила на ней эта девочка. Её дар проснулся поздно, а разум был слишком слаб. Такой же проклятый дар.