Чтение онлайн

— Все хорошо, моя милая? – с тихим бархатом в голосе, поинтересовался Александр.

Она посмотрела на него, не сумев подавить страх. Причина ее беспомощности читалась в обращенном к ней насмешливом взгляде. Его кровь… Его поганая кровь, вложенная в нее во время обращения, сделала ее неспособной причинить ему вред.

Заметив ее растерянность, он помахал пальцем у ее лица, легонько щелкнув по носу.

— Только с моего разрешения, Кайя.

Его взгляд опустился к ее губам, потемнев. Теперь он смотрел на нее с особым интересом, медленно проводя пальцами по раскрасневшемуся лицу, мокрым, растрепанным волосам, шее, груди, скрытой в вырезе узкого алого платья. Она и раньше нравилась ему в таких нарядах.

— Я скучал...

Кайя поспешно встала.

— Не приближайся ко мне!

Ища хоть какое-то оружие, она заметила нож среди своей грязной одежды. Ее нож. Тот самый, что остался при ней с последнего посещения руин Верны.

Александр проследил за ней и усмехнулся.

— Ты не изменилась. Все так же предпочитаешь сталь. Все так же хочешь вспороть кому-то сердце.

Кайя сделала шаг к оружию, но он предупреждающе покачал головой.

— Накажу.

Она не послушалась и бросилась вперед. Он перехватил ее совсем рядом с клинком, тыльной стороной ладони ударив по щеке. Казалось, не сильно, но Кайя все равно осела на пол. Во рту растекся мерзкий привкус крови.

Александр глубоко втянул воздух, потом с удивлением посмотрел на свои руки.

— Кайя. Ох, моя милая, – широкая улыбка не сходила с его лица, глаза сверкали. – Спасибо тебе.

Эта жестокость была ей привычной, а вот благодарности с его стороны она не поняла.

— Я так редко чувствую что-то настоящее. Все больше притворяюсь. Чужие эмоции проходят сквозь меня, а свои я давно разучился испытывать. Но с тобой… – он приблизился. Грубо обхватив ее подбородок, вынудил встать. – С тобой все иначе. Знаешь, не проживи я столько жизней, я бы даже решил, что люблю тебя.

Не обращая внимания на ее попытки вырваться, Александр потянул ее к кровати и толкнул, навалившись сверху.

— Нет! Отпусти меня!

Кайя задергалась, пытаясь освободиться, но он прижал ее своим весом, одной рукой перехватывая запястья, а другой медленно очерчивая контуры ее лица, шеи, губ. Его пальцы скользнули к паутинке шрамов, что выглядывала в вырезе платья.

— Мне не нравится... Ничего. Позже я их уберу.

Кайя молчала.

Страх перед ним парализовал ее, но и против воли тело предательски отзывалось на каждое его прикосновение, пробуждая где-то внутри воспоминания о его жестокой ласке.

Она ненавидела это противоречие в себе: как можно было, несмотря на всю ненависть к нему, так легко поддаваться, испытывать гнев и снова попадать под влияние его взгляда. Будто ее создатель вновь отравлял ее своей сущностью, а те восемнадцать лет, проведенные без него, оказались ничтожным сроком, чтобы освободиться от этой зависимости.

Александр заметил ее волнение. Склонившись, он опалил ее губы своим дыханием, однако в последний момент Кайя отвернулась, не позволив ему себя поцеловать.

К ее удивлению, продолжать он не стал.

— Как хочешь, Кайя, – откинувшись на противоположную спинку кровати, Александр прикрыл глаза. – Мне с тобой спешить некуда.

Какое-то время они провели в густой, липкой тишине.

— Александр…

Его ресницы лениво дрогнули, и на нее уставились два темно-багровых омута.

— Что, Кайя?

Она сглотнула, заставляя себя податься вперед и взять его за руку.

— Прошу тебя…

— Уже просишь?

— Прошу… не трогай его.

— Ох, Кайя, – обращенный к ней взгляд мимолетно сверкнул гневом, но ее руки он не убрал. – Если не станет мне мешать, Рэм не умрет. Разве ты плохо меня слышала? Я не хочу его смерти. Подобные ему нужны нашему миру, к тому же я вовсе не против того, чтобы он занял трон Леваара. Это бремя его по праву, мое же – оставаться в тени.

— И править нами?

— Направлять, – поправил ее он. – А к большему я никогда не стремился.

— Где Мириам?

Александр склонил голову набок, как будто размышляя, стоит ли ей отвечать.

— Ничего не изменить… О, нет, она еще жива, но готова принять мой дар. Это произойдет завтра. Я хочу, чтобы ты, и Рэм стали тому свидетелями – рождение новой эпохи, Кайя.

Он сделал движение, словно собирался встать, но Кайя удержала его. Неожиданно для самой себя она прижала его руку к груди, крепко сжав пальцами.

— Я прошу тебя, не убивай ее.

Александр замер лишь на мгновение, но затем высвободился.

— Прекрати.

Но Кайя не отступила.

— Если тебе нужно на ком-то сорвать гнев, пусть это буду я, – голос у нее предательски дрожал. – Я заслужила это. Я знаю.

Холодок одинокой слезы царапнул ей щеку.

— Я знаю, как сильно тебя подвела. Я убила твою Каарину, – на имени йаннары он криво усмехнулся, но позволил ей продолжать. – Теперь я понимаю, чем обернулся мой поступок, я все помню.

— И что же ты помнишь?

— Свое предательство. Восемнадцать лет назад халифат готовился провести казнь носителей старой крови. Тебе стало об этом известно незадолго до расправы, и ты послал нас, чтобы мы вывезли с Леваара самых одаренных из них. Но вместо этого я воспользовалась случаем и убила ее. Из-за меня не удалось спасти никого, даже я сама, по собственной глупости, прошла через ту казнь.

— Это все?

— Нет, – Кайя нервно облизнула губы. – Из-за меня ты лишился Мириам. Ты пошел по моему следу, а в это время халиф сломал ее, сделал из этого ребенка калеку и запер в одном месте. Она стала для тебя бесполезной, без меня ты не смог бы снять с нее ментальную печать. Для этого я тебе и нужна...

— Разве? – перебил Александр, сжав ее кисть до боли. – Ты не представляешь, сколько тысячелетий я потратил, чтобы создать такое дитя. Сколько пар я свел, сколько принес жертв. Признаюсь, я думал, что моим даром будет Рэм. Он родился таким сильным, и, к моему разочарованию, не унаследовал ни капли нашей скверны. А Мириам идеальна. Прекрасна. Но не думаешь же ты, что моя злость к тебе заключалась именно в этом – убийстве Каарины, твоем освобождении и побеге?

— В чем же тогда? – Кайя попыталась отстраниться, но на этот раз он не отпустил. – Я уничтожила твою верную спутницу. И если кто-то и заслуживает наказания, то это я. Не трогай Мириам, прошу тебя.

Александр шикнул, стирая кончиками пальцев ее слезы.

— Тише, Кайя...

Они снова молчали, снова смотрели друг на друга так же ясно, как сотни раз прежде. Словно не было этих забытых лет, ее предательства и свободы.

Легкая ухмылка медленно расцветала в уголках его губ, а в глазах вспыхивали алые отблески. Разум Александра всегда оставался непроницаемым для окружающих. Но в редкие моменты наедине он позволял себе приоткрыть перед ней завесу, и Кайя научилась разбирать его чувства, отличать искренность от лжи. И то, что она видела в нем сейчас, пугало ее куда сильнее, чем осознание собственного положения.