Чтение онлайн

А, может, Бог сжалится над ней и деток пошлёт. Она будет жить ради детей и Гриши. За окнами забрезжил рассвет. Ну вот и новый день, новая жизнь. За окном появились белые раскидистые берёзки, и от этого белого цвета, от их кудрявых раскидистых крон, Евгении стало легче. Нужно быть благодарной и начать молиться. В госпитале, она так уставала, что засыпала, успев только прочитать Отче наш и Богородицу. Теперь у неё есть время. Она достала потрёпанный молитвенник.

Когда проснулся Григорий, она уже сидела у окна. Аккуратно причёсанная, с сухими глазами в простом тёмно-синем платье с высоким воротом. Смотрела в окно. Почувствовав взгляд, подошла к Григорию с улыбкой.

– Доброе утро, дорогой. Как спалось?

– Доброе утро, - Григорий приподнялся на подушке и сжал её пальцы.
– Ты такая красивая, Женевьева. И я так счастлив, что мы сегодня будем дома. Конечно, я представлял своё возвращение по-другому.

– Не нужно, Гришенька. Ты вернулся. Бог сохранил тебе жизнь. Надо быть благодарным.

– Я благодарен ему за тебя, Женечка. Не знаю, чтобы я делал…

Евгении стало стыдно. Что было бы с ним, если бы она прыгнула ночью с поезда?

– Ты хорошо спал? – с опасением спросила она.

– Спал удивительно крепко. Даже нога не болела. Или я не чувствовал. Мне приснилось озеро, что недалеко от нашей усадьбы, куда я ходил купаться мальчишкой. Я свожу тебя туда, там удивительно красиво. Хотя, как я … - его взгляд упал на ногу, переместился на костыли, лицо помрачнело.

– Не печалься, Гришенька. Мы придумаем, как добраться до реки. Давай-ка я лучше помогу тебе встать. Нужно позавтракать. Не знаю, как ты, а я ужасно голодная.

Когда пришёл граф Ракитин, Евгения сидела напротив Гриши, подливая ему чай. Она спокойно ответила на его доброе утро. Лицо её казалось безмятежным, словно не существовало ни вчерашнего разговора, ни её попытки спрыгнуть с поезда. Вежливо предложила чаю. Александр отказался. Невыносимо сидеть напротив неё и смотреть, как она ухаживает за Гришей, а тот смотрит на неё влюблёнными глазами. Александр скользнул взглядом по её простому синему платью, которое облегало её худенькую фигурку и удивительно к ней шло после формы сестры милосердия и даже казалось нарядным. И её причёска, затянутые в узел волосы, открывавшие высокий лоб, тоже казалась совершенно новой. А лицо стало ещё больше похоже на лица святых, запечатлённых на иконах. Теперь в ней была та же мудрость и смирение.

Настоящая Женевьева, подумал Александр и вышел в коридор. Встал у окна. Чем скорее они расстанутся, тем лучше. Разве он мог подумать, что она в него влюбится?

Алла обожала красный цвет за энергию, которую он ей дарил. Особенно ей нравились красные туфли. Ей казалось, что красные туфли согревают ноги, словно два языка пламени, а дорога плавится, когда на неё наступают прекрасные ножки. Стоило опустить взгляд вниз, как у Аллы поднималось настроение. Особенно были хороши эти лодочки на высоком каблучке, которые она собиралась надеть для Мефисто. И пусть другие топают в уродливых кроссовках в угоду моде, тем лучше для неё. Всё внимание достанется ей. Кто не посмотрит на девушку в красных туфлях?

Акцент красного должен быть только на ногах. Никаких красных сумочек. Платье для свидания Алла выбрала персикового цвета с длинным разрезом, открывавшим левую ногу почти до бедра.

Современная мода удивляла Аллу. При всём многообразии выбора представительницы женского пола предпочитали джинсы. Алла не любила джинсы даже в советское время, когда по ним с ума сходили. Ну разве что на высокой талии с шёлковой белой рубашкой. И, конечно, с туфлями или босоножками на каблуке. Тогда джинсы подчёркивали женственность.

Алла всегда опаздывала на семь минут. Счастливое число. Значит, и свидание сложится. Вот и в этот раз она вышла из метро, посмотрела на часы и задержалась, рассматривая сцены из балета у Большого театра. Раньше ей ужасно хотелось научиться танцевать. Хотя бы вальс. Хромота не позволяла. Зато теперь можно попробовать. Например, записаться в школу танцев. Или нанять собственного преподавателя? Столько всего нужно успеть, пока дозволено быть красивой.

Покачивая бёдрами, девушка прошла через скверик и остановилась на противоположной стороне от Малого театра и памятника Островскому.

Мефистофель ждал. Не суетился. Не вышагивал. Спокойно стоял, глядя на прохожих поверх голов. Даже издалека он был чертовски хорош. Весь в чёрном. Высокий и сексуальный.

Нужно поразить его. Алла ступила на мостовую, несмотря на то, что по улице двигались автомобили, для которых горел зелёный свет. Пешеходный переход был в сотне метров. Алла заставила себя не спешить. Водители сигналили, но пропускали. Мефисто посмотрел в её сторону и быстро пошёл ей навстречу. Они сошлись на середине улицы под концерт автомобильных гудков.

Мужчина взял её за руки чуть ниже плеч.

– Ты Алла! – Михаил смотрел ей в глаза, не обращая внимания на автомобили.

– Откуда знаешь? – спросила Алла, чувствуя, как его тёплые пальцы держат её за голые руки.

– Только моя девушка может идти ко мне, игнорируя правила дорожного движения.

– Правила существуют, чтобы их нарушать. Не так ли?

Его лицо приблизилось, он быстро схватил её за плечи, и не успела Алла опомниться, как почувствовала требовательный страстный поцелуй. Он мой, подумала Алла и обхватила его за шею. Гудки автомобилей стали тише. Их двоих, словно накрыло одеялом. Только они двое.

Оторвавшись от её губ, Михаил подхватил Аллу на руки и легко понёс, лавируя между автомобилями.

– Что ты делаешь?

– Несу тебя к моей машине.

– И где она?

– Вон там, у памятника Островскому.

Алла повернула голову и увидела чёрный кабриолет, припаркованный на тротуаре. Автомобиль сверкал на солнце блестящими чистыми боками и казался удивительно дорогой игрушкой.

– Там нельзя парковаться, - заметила Алла, чтобы скрыть смущение.

– А разве правила существуют не для того, чтобы их нарушать?

Их взгляды встретились, и у Аллы опять что-то задрожало внутри. Какие же у него были глаза: страстные, порочные, которые захватывали всю тебя и отдавать не собирались. И сам он был весь, как огонь, с быстрыми ловкими движениями. И в то же время весёлый и озорной.

– Прошу, - Михаил поставил Аллу у кабриолета с малиновыми кожаными сиденьями и распахнул дверь.

– Почему я должна куда-то ехать с тобой? Мы ещё даже не познакомились, – улыбнулась Алла.

– Познакомимся в машине, - он слегка развернул Аллу, подталкивая к сидению.

Сев за руль, Михаил втопил педаль газа до пола, и автомобиль рванулся с места, так что от ветра волосы упали ей на лицо.

Алла пристегнулась и откинула назад волосы. Боже, да он такой же сумасшедший, как и она. На светофоре Михаил повернулся к ней.

– Меня зовут Михаил.

– Тебе не идёт это имя, - засмеялась Алла. – Но я согласна оставить первую букву. Надеюсь, ты не против, если я буду называть тебя Мефисто.

Михаил расхохотался.

– Ну ничего себе, крутая девочка. Уже даже прозвище мне дала. Мефисто. Герой злодей комиксов?