Чтение онлайн

– Вовсе нет. Терпеть не могу комиксов. Мефисто есть ласковое имя Мефистофеля, - сказала Алла, рассматривая серебряное кольцо в его правом ухе.

Михаил хмыкнул.

– А ты права. Я переделываю божьи творения. Бог дал девушке длинный нос, а я могу его подрезать или, наоборот, сделать из дурнушки красавицу.

– Да уж, твои девушки пищат от восторга в комментах.

– Мои клиентки благодарны мне. А вот в тебе, Алла, - Михаил остановился на очередном светофоре и мягко повернул к себе её лицо, чтобы рассмотреть. Ласково провёл указательным пальцем по лбу, по щеке, обрисовал губы.
– В тебе я не стал бы ничего менять.

– Меня тоже устраивает моя внешность.

Хотя она и не моя, подумала Алла.

– Операция меняет индивидуальные черты, в результате все мои клиентки похожи, как мартышки друг на друга.

Оторвавшись от её лица, он мягко направил машину в поток автомобилей, вновь завладев её рукой.

– Я принял твою игру. Можешь называть меня Мефисто. Мне легло на душу это прозвище. Кстати, имя Алла тебе совершенно не подходит. Но, в отличие от тебя, я буду более щедрым: оставлю тебе первую и последнюю букву, - он посмотрел на неё на одно мгновение.
– Я буду называть тебя Ангела. Знаешь, что-нибудь об этой богине?

– Боюсь, что нет.

– Дочь Зевса и Геры. Была отдана на воспитание нимфам. Украла у матери специальную мазь. За что была наказана. Её окунули в реку подземного царства и после этого омовения, девушка стала принадлежать Аиду. Её называют посредницей между мирами.

Алла почувствовала, как руки и ноги покрылись мурашками. Он что, ясновидящий? Она и есть посредница между мирами. Но ему-то откуда это известно?

– Что молчишь? Согласна?

Алла заставила себя повернуться к нему.

– Может, когда-нибудь, я расскажу тебе, насколько ты прав, придумав мне такое имя.

– И в чём я прав? Ты украла мазь? Или …

– Не пытайся угадать, ещё слишком рано. Лучше скажи, Мефисто, можешь ли ты сделать из красивого лица уродливое?

– Таких заказов ещё не поступало. Но если клиент заплатит, почему нет? Только не представляю себе такого заказчика.

– Ну отчего же? Например, жене до смерти надоело, что подруги пристают к её красивому мужу, и она просит хирурга сделать менее привлекательным.

– Ангела, у тебя есть муж?

– Нет, что ты?! Хотя есть, - Алла вспомнила про паспорт Алисы с печатью о браке, которым иногда пользовалась.

Михаил, улучив минутку, взглянул на Аллу.

– Ну ты даёшь?! Забыла, что замужем?

– Мы не живём вместе, но и не развелись. Никому не мешает.

– Ты его хочешь наказать?

– Да нет же. Это просто идея. Не бери в голову. Я подумала, что Мефисто должен уметь делать людей, как красивыми, так и уродливыми. Только и всего.

Некоторое время они ехали молча, потом Михаил остановился у тротуара. Повернулся к ней.

– Куда поедем, Ангела?

– А какие есть предложения?
– Алла чувствовала, что дрожит от желания. У неё был совершенно другой план, в который входил ужин в дорогом ресторане и секс вместо десерта. Но сейчас, глядя в его волнующие глаза, у неё было только одно желание. Остаться с ним вдвоём и попробовать, так ли это будет здорово, как ей кажется.

– Мы можем заехать куда-нибудь поужинать или сразу поехать ко мне, если ты чувствуешь тоже, что и я. Михаил отпустил её ладони и, обхватив за шею, поцеловал в губы волнующим дразнящим поцелуем.

– Я бы не отказалась поужинать после…

– Ты прекрасна, - он провёл рукой по её волосам, слегка взлохматив их. – Чудесные волосы. Раньше я не предполагал, что мне нравятся рыжие.

– Надеюсь, до твоего дома недалеко ехать? – спросила Алла, когда он её отпустил.

– Придётся потерпеть, я живу загородом. Но эта машинка развивает отличную скорость. А чтобы тебе не было холодно, я опущу верх.

– Тогда выжми из неё всё, что можешь. Покажи, мне какой ты водитель.

– Договорились, - он подмигнул ей и нажал на педаль газа. Алле казалось, что так быстро она никогда не ездила. Михаил игнорировал светофоры и нарушал правила. Он был точно такой, как она сама, и это заводило ещё больше. Иногда она поворачивала голову и видела его хищный прямой нос, взгляд, устремлённый на дорогу, сильные жилистые руки, которые уверенно держали руль.

Не спрашивая Аллу, он включил классическую музыку, очень страстную с нежными переливами мелодий. И это тоже казалось Алле возбуждающим. Она любила классику, особенно Шопена и Бетховена, а первый концерт Брамса всегда поднимал ей настроение, но тут было что-то другое, она знала этот концерт, но не могла угадать автора.

– Тебе нравится Григ? – спросил Михаил, властно забирая её руку и успевая встретиться с ней взглядом. – Или ты, вообще, не любишь классику?

Мне нравишься ты. С тобой я бы даже слушала джаз, который терпеть не могу, хотелось сказать Алле, но это было не в её правилах.

– Григ подходит под наше состояние, не так ли?
– И снова обмен взглядами и танец мурашек по телу. И ещё скорость, которую любила Алла. Ах! Алла не выдержала и отвернулась к окну. Но так и не смогла усидеть, не глядя на Мефисто, хотя бы краешком глаза. – Что это за произведение?

– Первый концерт ля минор. Очень многогранен и драматичен. Я тащусь от классики. Когда-то играл на фортепьяно и даже немного выступал, но всё- таки выбрал медицину, о чём иногда жалею. Теперь играю для себя. Иногда беру уроки у школьного преподавателя.

Михаил затормозил перед светофором. Повернулся к ней.

– А ты? Как относишься к музыке? Что слушаешь?

– Училась в музыкальной школе, ходила с мамой на концерты в консерваторию.

– А любовью занималась под музыку?

Алла засмеялась.

– Мне кажется, под музыку хорошо усваивается пища. Наш с мамой завтрак, когда я была студенткой, сопровождался Шопеном. А что касается занятий любовью, - Алла повела плечиком: - надо попробовать. Почему нет?

Он с силой сжал ей пальцы.

– Ты обладаешь настолько дикой сексуальной привлекательностью, что я вряд ли смогу оторваться от тебя, чтобы заниматься выбором музыки, когда приедем. Я захотел тебя сразу, как увидел в инстаграм твои фотографии. У тебя потрясающие глаза и волосы. И фигура. Ты совершенство.

Алла закрыла глаза, наслаждаясь отзывающимися в теле ощущениями от его слов. Даже не могла ничего сказать. Скорее бы уже они приехали. И пусть за ними закроется дверь, и они останутся в мире охватившей их страсти.