Чтение онлайн

— Запомни, никто. Здесь ты делаешь то, что тебе говорят. Не лезешь со своими глупыми вопросами. И не смотри ни на кого, особенно на Луку. Иначе я сам с тобой разберусь, и тебе не поздоровится. Понятно?

Я не опустила глаз, встречая его наглый взгляд. В груди закипала обида и злость. Эти эмоции оказались сильнее страха.

— Понятно, — сквозь зубы выдавила я. — Теперь можешь идти.

Горд усмехнулся, довольный собой, и, наконец, отступил.

— Смотри не забудь, — бросил он на прощание и вышел, оставив меня в холодной каморке одну.

Я обхватила колени руками и прижалась лбом к ним. Дрожь, которую я сдерживала, наконец, вырвалась наружу. Но вместе со страхом внутри поднималось и упрямство. «Хорошо, Горд, — подумала я. — Запомню. Но только для того, чтобы доказать, что ты не прав. Я не никто. И я не сломаюсь».

***

Рассвет в Сумеречье был похолоднее, чем я ожидала. Свет едва пробивался сквозь густой туман, окутавший деревья. У входа в пещеру меня уже ждал тот самый омега. Молча, он протянул мне небольшую, но острую костяную кирку для копания корней и кивком указал направление вглубь леса.

— Ущелье Теней. Иди на восток, пока не увидишь три сломанные сосны. От них — вниз. — Он произнес это быстро, не глядя мне в глаза, и тут же скрылся в пещере.

Сердце сжималось от страха, но отступать было некуда. Я крепче сжала холщовую сумку и пошла, стараясь не шуметь. Лес поутру был пугающе безмолвен. Ветер шелестел в вершинах деревьев, словно перешептываясь о чужачке, посмевшей потревожить его покой.

Дорогу я нашла бы и сама — три огромные сосны, будто сраженные одной молнией, лежали корнями в небо, образуя зловещие ворота. За ними земля уходила вниз, в глубокое ущелье, куда солнечный свет, казалось, боялся заглядывать. Воздух здесь был гуще, пах влажным камнем и чем-то горьким, незнакомым.

Я осторожно стала спускаться, цепляясь за корни и выступы скал. Именно здесь, согласно книге, должна была расти серебристая полынь. И я быстро ее нашла — невысокие кустики с призрачно-белыми, словно припорошенными лунной пылью, листьями. Дрожащими от волнения руками я стала срезать верхушки и аккуратно складывать в сумку. Первая часть задания была выполнена. Оставался лунный корень.

Согласно той же книге, он рос у самого подножия Ущелья, возле подземного ручья, который журчал где-то в глубине. Пробираясь дальше, я замерла от ужаса.

Прямо на моем пути, перегородив узкую тропинку к ручью, лежало... чудовище. Оно было размером с крупного медведя, но покрыто темно-зеленой, бугристой кожей, похожей на кору старого дуба. Длинные когтистые лапы были поджаты под себя, а из приоткрытой пасти, усеянной иглами-зубами, доносился мерный, шипящий храп. Видимо, это был страж Ущелья, дремавший каменным сном.

Сердце ушло в пятки, руки задрожали, а ладони запотели. Мне хотелось развернуться и бежать без оглядки. Но оборотни… Что, если они найдут меня? Им ничего не стоило найти меня по запаху. Может, я бы и смогла бы отбиться от какого-нибудь омеги, но Лука… Он настолько силен, что смог бы раздавить меня, как букашку.

Собравшись с духом, я решила двигаться вперед, к опасности. Я затаила дыхание, прижимаясь к холодной стене ущелья. Тропинка была узкой, с одной стороны — скала, с другой — обрыв в туманную бездну. Пройти можно было только прямо над спящим существом, буквально в сантиметре от его когтей.

«Тише воды, ниже травы», — твердила я себе мысленно, как мантру. Сделав шаг, я почувствовала, как под ногой хрустнула ветка.

Чудовище дернулось во сне, и его храп прервался. От ужаса у меня перехватило дыхание, сердце забилось еще сильнее. Чудовище не проснулось, но его сон стал более чутким. Ждать было нельзя.

От волнения я чуть было не упала. Взяв себя в руки, я пошла, ставя ноги на носок, выбирая самые мягкие участки мха. Каждый шаг казался вечностью. Я чувствовала исходящее от него тепло и слышала его дыхание. Прошла еще два шага... еще... и вот я уже позади него.

Сердце бешено колотилось, но я не могла позволить себе передышку. У самого ручья, в его влажной глине, я увидела то, что искала — невзрачные серые листья. Это был лунный корень. Я упала на колени и начала быстро, но аккуратно, раскапывать землю киркой, пока не обнажился толстый, извилистый корень, испещренный странными разводами, напоминающими лунные фазы.

В тот момент, когда я, с облегчением укладывая свою добычу в сумку, уже собралась уходить, сзади раздался громкий щелчок. Я обернулась. Чудовище пошевелилось, его глаз, огромный и желтый, как у ящера, медленно открылся и уставился прямо на меня.

Времени на раздумья не было. Схватив сумку, я рванулась с места, пустилась бежать по ущелью вверх, не разбирая дороги. Сзади раздался оглушительный рев, от которого задрожала земля, но я не оглядывалась. Я бежала, пока в легких не стало жечь, пока не выскочила из ущелья и не увидела сквозь деревья знакомые очертания пещеры.

Как назло, я провалилась в яму и рассыпала травы. Когда я подобрала их и уже собралась выбираться, все вокруг вдруг закружилось и растворилось…

Прошла лишь горсть секунд — и мир перевернулся. Вместо лесной чащи я очутилась в зловещем полумраке заброшенного дома. Стены, пожираемые сыростью, грозили рухнуть в любой миг, а в углах, словно траурные вуали, клубились скопления пыльной паутины. Меня охватил ледяной страх, и я, не раздумывая, бросилась прочь, на волю.

То, что открылось моим глазам, было подобно чуду. Я стояла посреди невероятно красивого леса. Воздух, густой и сладкий, был напоен ароматом белых лилий, ковром устилавших землю. Повсюду порхали изящные бабочки — целые рои живого шелка и бархата. Они кружили в медленном танце, садились на мои ладони, доверчивые и невесомые, а потом взмывали ввысь, теряясь в золотистых лучах солнца. Зрелище было столь завораживающим, что на миг стерло из памяти даже оборотней и пещеру.

Одна из бабочек, крылья которой переливались сапфировыми вспышками, отделилась от стаи и замерла прямо перед моим лицом. Казалось, она приглашала следовать за ней. Охваченная внезапным любопытством, я сделала шаг, и она, словно кивнув, плавно поплыла вглубь леса. Не помню, сколько времени я шла, завороженная этим живым маячком, но в конце тропы, у подножия старого дуба, меня ждала находка.

Тетрадь Бабочек.

Она лежала на корнях, будто ее только что положили туда. Темно-синяя обложка, словно кусочек ночного неба, была усыпана вытесненными серебром силуэтами бабочек с ажурными, невесомыми крыльями. Края светились мягким, лунным сиянием. С первого же взгляда было ясно — это не просто книга. Это был артефакт, дышащий той же магией, что и этот лес, что и эти бабочки.

Взяв драгоценную находку, я вернулась к жуткому дому. Заходить внутрь, в царство паутины и тлена, не хотелось категорически, но выбора не было. Стиснув зубы, я переступила порог. Увы, портал, что принес меня сюда, молчал. Ни вспышки света, ни колебания воздуха — лишь гробовая тишина заброшенных стен.