Чтение онлайн

— Может, перейдем все-таки к фактам об убийстве? — предложила я.

— Так-то лучше.

— Расскажи мне об артефакте, — попросила я.

Если Дерек удивился, то он этого не показал.

— Это сундук из странного материала, два фута в длину, фут в ширину и примерно столько же в глубину. На его крышке выгравирован крест.

— Какого рода крест? Христианский?

Дерек покачал головой.

— Пастор так не думал. Он сказал, что артефакт излучает магию, и что она чувствуется, будто ты держишь руку у фонтанирующего пожарного гидранта. По его словам, магия была старой, еще доэллинистической. Его она беспокоила.

— Каким образом?

Дерек нахмурился.

— Он сказал, что та похожа на лучистый бриллиант, со сложностью и гранями такого уровня, какого он прежде не встречал.

Похоже на предмет древности. Ничего хорошего.

— Он сказал, кто его нанял для аутентификации?

— Нет. Твоя очередь.

— Кто-то нанял пастора Хейвуда аутентифицировать магический артефакт. На следующую ночь пастор был убит. Убийца проник через потолочное окно, вырвал его сердце, и ушел тем же путем. Прошлой ночью профессор Уолтон, эксперт по ранней истории христианства, также была убита. Убийца вошел через окно на третьем этаже, вырвал у нее сердце, и ушел через то же окно.

Он сосредоточился на мне с целеустремленной настойчивостью. Это немного нервировало.

— Это существо.

— Согласна. Похоже, что артефакт привязан к хранителю, который способен выследить любого, кто его касался. Он продолжит убивать, пока не сможет вернуть себе свое сокровище.

— Что думаешь? — спросил он.

Мое сердце сжалось в тугой, болезненный узел. Это были мы. Именно так мы поступали, когда встречались с заковыристой задачей: садились где-нибудь вместе с едой и обменивались теориями и догадками, разбирая их и так, и сяк, пока не решали, что делать дальше. Боже, как же больно.

Я заставила себя заговорить.

— Нечто с крыльями и когтями. Привязано может быть любое существо с достаточной магической силой. Например, грифон. Мантикора. Зилант…

— Это не грифон. У них характерная вонь.

Точно. Я сидела напротив одного из лучших ищеек во всей Стае.

— На что похож его запах?

Он покачал головой.

— Не похож ни на что.

Дерек помнил тысячи запахов. Все хуже и хуже.

— Что за история с огнем?

— Это мое личное дело. Тебя оно не касается.

— Я сам решу, что меня касается.

Я прыснула от смеха. Он выглядел в точь как Конлан, когда произносил ту же фразу.

— Я сказал что-то смешное?

Я отмахнулась.

— Нет.

В дверях снова возник перевертыш. Я обернулась и посмотрела на него.

Перевертыш поднял руку и легонько мне помахал.

— Привет. Я Захар.

— Горностай? — предположила я.

Захар покачал головой.

— В чем дело? — спросил Дерек.

— Он привел вторую команду. Женщин.

Женщины-буда были крупнее и сильнее мужчин.

— Похоже, наша увлекательная беседа подходит к концу, — заметила я. — Ты нужен в другом месте. Давай больше без сюрпризов.

Дерек запустил руку в потайной карман, вытащил оттуда двадцатидолларовую банкноту и положил ее на стол.

Захар округлил глаза.

— Счёт за сэндвич, — пояснила я. — Последний вопрос. Почему тебя преследует Ферара?

Дерек плавно поднялся и обошел вокруг стола.

— Он хочет свести со мной счеты.

— Что еще за счеты?

Он шагнул ко мне и наклонился, улыбнувшись. Это была резкая волчья улыбка, пробиравшая до костей, и от нее я на мгновение забыла, что могу шевелиться.

— Это личное дело, которое тебя не касается, — пробормотал он мне на ухо, развернулся и вышел.

Вот козел.

От регенерации я проголодалась. Как бы жутко это ни звучало, но мне пришлось вырастить заново несколько фунтов кожи, и мой желудок вопил набить его калориями. Если я не подкреплюсь, то просто потеряю сознание.

Я съела остаток ветчины с хлебом, который испекла вчера вечером. Часы подсказали мне, что я проспала до полудня, почти шесть часов. Это стоило мне изрядной доли времени, но ничего не поделаешь. Теперь мое тело болело, знакомая боль после заживления, которая немного напоминала волны мелких мышечных спазмов, прокатывающихся по мне. Все прекратится, как только я начну двигаться.

Травяная смесь была чрезвычайной мерой. Ее долго готовили и дорого продавали. У меня был всего один мешочек, а теперь не осталось и его.

Тому, кто поглотит сердце зверя, будет дано краткое представление об истинном будущем. Неудивительно, что Молох послал верховного жреца разобраться с этим. Теперь, когда его атакующая собака была мертва, Молох послал бы еще одного тяжелого нападающего, если бы тот уже не был в Атланте. На его месте я бы послала больше одного. Я не могла позволить, чтобы меня снова заманили в ловушку. У меня не было под рукой другого мешка с травами.

Осмотр моих дверей не дал никаких подсказок относительно того, как Дерек проник внутрь. Ни на одном из замков не было никаких признаков взлома. Если бы он попытался прорваться сквозь мои чары, удар разбудил бы меня. Должно быть, он сделал это во время главенства технологии, но как, оставалось загадкой. Неприятное развитие событий. С этого момента мне придется нажимать на осадный засов на двери каждый раз, когда я запираю ее изнутри.

Пока еда оседала, мне нужно было сделать несколько звонков. Телефон работал, что было небольшим чудом, или, как объяснил бы мой дедушка, прямым результатом того, что вся моя магия была истощена ниже любого разумного порога в процессе регенерации. Я так устала и хотела спать, что мне нужны были спички, чтобы держать глаза открытыми. Жаль, что я не была мультяшным котом.

Сначала я набрала больницу методистов.

— Меня зовут Аурелия Райдер. Я звоню насчёт Дугласа.

— Пожалуйста, подождите.

Я вся сжалась. Пожалуйста, будь жив. Пожалуйста, будь жив…

На линии раздался другой женский голос.

— Кэрол Вуд у телефона. Я медсестра отделения интенсивной терапии. Тематическая команда магов работала над ним во время волны. Он стабилен.

Стабильность не означала «добиваться прогресса» или «чувствовать себя лучше». Скользкое тошнотворное беспокойство пронзило меня.

— Можно мне его проведать?

— Да, но он под действием сильных снотворных.

— Спасибо.