Чтение онлайн

Постучалась. Ответа не последовало. Замирая от волнения, взялась за ручку и… Открыто. Комната производила впечатление необжитой. Раззолоченный столик, два кресла, кровать. Вряд ли Дарен сам занимался обстановкой. Скорее, это дело рук слуг, которые и за чистотой следили. Кругом царил безупречный порядок. Бывает ли тут Дарен хоть когда-нибудь? А если нет, то где проводит время? Я о нём так мало знаю. Открыла платяной шкаф… ни одной вещички. В комоде тоже. Постель в идеальном порядке. Ни следа, что здесь кто-то живёт. И где, скажите на милость, искать медальон?

Может, Вален перепутал комнаты и привёл не туда?

Задвинув ящик комода, я оглянулась, почувствовав сквознячок. В проёме, прислонившись плечом к косяку, стоял Дарен с лёгкой, игривой улыбкой на губах и чуть вздёрнутой бровью. Как долго он здесь? Видел, как я обыскивала комнату?

— В деталях, — отозвался охотник на мои мысли, явно прочтя на лице беспокойство, которое не удалось скрыть. — Что ты ищешь, позволь узнать? Ведь не меня? При всей моей ловкости, я вряд ли умещусь в ящике комода.

Я набрала в лёгкие побольше воздуха, чтобы успокоиться. Важно не паниковать.

Прикрыв дверь, охотник плавно приблизился и застыл в полушаге от меня. От него веяло опасностью замершего перед прыжком хищника. На белой, как снег, форме алело маленькое, размером с зерно, пятнышко. Заметив его, я уже не могла оставить его в покое, то и дело возвращаясь взглядом.

— Карен умерла. — Поразило, насколько безлико прозвучали мои слова.

— И что? — поразмыслив секунду, спросил Дарен.

— Тебя это не волнует?

— Если подумать, меня это устраивает.

— Значит, ты знал?

— Ты только что мне об этом сказала.

— И ты даже не удивился…

— С чего бы? Карен просила помочь, значит, ей что-то угрожало.

— Она просила тебя помочь?! Почему же ты ничего не сделал? Сказал, что у неё любовная лихорадка…

— И это тоже. Но к тому же она считала, что ей грозит опасность. Чушь!

— Разве? Учитывая, что она мертва!

— И ты за это сердишься на меня?

— Я думала об этом. И о том, что ты сказал. Ты собирался свернуть ей шею!

— Но это же была отличная идея! Она бы решила все наши проблемы.

— Она не решила бы ничего! — Алое, алое пятнышко на его камзоле… — Но Карен мертва…

— Думаешь, это я?

Почему от него исходит эманация смерти? Я вздрогнула. Откуда я это знаю?

— Где ты был?

Он промолчал, изучая меня пристальным взглядом.

— Где-ты-был? — произнесла раздельно.

— Выполнял поручение.

— Что за поручение? Кто тебе его дал?

— Не важно. Я всё равно с ним не справился.

— Это был мой отец? Что он тебе велел? Кого-то убить?

Дарен усмехнулся.

— Почему сразу убить? Хорошо же ты думаешь о своём отце.

— Так это он?

— Боже, Триллиан, что за допрос? И ты уходишь от главного. — Он лукаво выгнул бровь. — Что ты делаешь в моей комнате?

— Твоей комнате?! Да ты здесь даже не живёшь! — И это я ухожу от главного?

— Ну, допустим, не живу, — согласился он, прислонившись к комоду и скрестив руки. — Но ты-то этого не знала. Соскучилась, что ли? Тогда к чему обыск? Или ты искала любовные письма Карен? Извини, я их все сжёг. Так что ещё? Ах да! — прищёлкнул он пальцами и достал из внутреннего кармана вещицу, при виде которой у меня сбилось дыхание. — Ты его искала? — Медальон покачивался из стороны в сторону, гипнотизируя. — Признаться, я ожидал, что, после исчезновения Нэйта, ты о нём вспомнишь. Правда, не думал, что для этого тебе понадобится так много времени.

Демоны бы его забрали!

— Но ты меня удивила. Как ты додумалась меня обокрасть? Причём уже второй раз! Что я тебе сделал? — спросил он с притворной обидой. — Могла бы и попросить. Я же не изверг какой, отдал бы.

У меня в голове всё смешалось.

— Отдал бы?! Так ты мне его…

— Нет. Теперь уже нет. Ты подорвала моё доверие. И вернуть его будет непросто. Хотя способ есть.

Улыбка Дарена мне совсем не понравилась.

Через четверть часа, сжимая в руке завёрнутый в платок драгоценный кусочек металла, я бежала по коридору с жарко колотящимся сердцем и пылающими щеками. Хаос поглоти Дарена! Надеюсь, Аллен не узнает…

Придя к себе, закрыла дверь и привалилась к ней спиной, часто дыша. Меня переполняло смущение и растерянность, но больше всего — чувство победы. Медальон у меня! Странно, что Дарен его отдал, хотя и попросил… некоторую плату — как он удивил! — но ничего, это не так много, в сущности, пустяк.

Коснулась обрезанной пряди волос. Надо торопиться. Неизвестно, когда Дарен опомнится и заберёт медальон. Вдруг уже пожалел, что согласился? Предупредил, что держать у себя предмет хаоса опасно, и чтобы я была с ним аккуратна. Всё как всегда. Но… он как будто чего-то ждал. Что поведу себя глупо? Что поступлю в обход его предупреждений? А может, хочет застать с поличным и отнять медальон на законных основаниях, чтобы уже не возвращать?

Чего он ждёт?

Прошла в спальню и села возле туалетного столика у окна. Развернула платок. Медь тускло блестела в свете дня. Дразнила, манила прикоснуться. Казалось, поддайся искушению и откроется чудо. В прошлый раз Нэйт явился вскоре после того, как я случайно коснулась медальона. Сколько ждать теперь и сработает ли? Прислушалась. Никаких шагов. Тишина. Она будто пряталась по углам комнаты и выжидала. Я тряхнула головой, прогоняя наваждение. Вначале огненный знак хаоса, теперь предмет хаоса. Круг сужается.

Открыла тетрадь и сделала несколько записей-наблюдений. Я добьюсь справедливости для Гвен, её смерть не останется безнаказанной.

Тикали часы в гостиной, делая тишину глубже и пронзительней…

В комнату вошёл Нэйт. Я попыталась встать, кинуться навстречу, но тело словно одеревенело. Окликнуть тоже не получилось. Он прошёл мимо, и стены комнаты растворились…

Стоял погожий день, зелёная листва на деревьях и яркие навесы праздничной ярмарки трепетали на ветру. Молоденькие цветочницы с большими корзинами, полными ароматной нежности, кружились среди весёлой кутерьмы, как маленькие феи под звон бубенчиков и напевы сладкоголосых флейт. Экипаж с нарядными господами проехал мимо, туда, где вскоре развернётся театральное представление под открытым небом.

— Мама, ну идём. Ну я хочу посмотреть. Ну пожалуйста! — Светловолосый мальчик тянул за подол стройную золотоволосую женщину, юную, как ранняя прелесть весны.

— Нам туда нельзя. Мы потом посмотрим.

— Ну почему нельзя? Ну я так хочу! Ну, мама!

— Давай я куплю тебе леденец или вон ту свистульку?

— Не хочу леденец и свистульку не хочу. Хочу посмотреть сказку! Сказку хочу!

— Не капризничай, а то пойдём домой, — взяла она его ладошку.

— Ты злая! Ты меня ненавидишь! — вырвался ребенок.