Чтение онлайн

Алан перевёл глаза на сэра Ричарда. Щеки его вспыхнули, когда он понял, что все его козыри полетели на стол. Рука вцепилась в сумку с деньгами, всеми, что ему удалось извлечь из этой авантюры. Больше не будет. Зато он сумеет унизить удачливую кузину так, как никто ещё не унижал. Разрушить все, что она достигла.

– О, сэр Кортни!
– Алан поклонился, - какая удача! Я как раз искал вас, чтобы рассказать всю правду о вашей жене, моей кузине! Я уверен, что вы будете довольны той информацией, которая есть у меня.

– Алан, - Мелани бросилась к нему и вцепилась в его руку, - Алан!

– Когда-то ваша супруга была бедна, как церковная мышь. И согласилась на предложение некого лорда родить сына для его бесплодной жены, - сообщил Алан с ухмылкой, - так что поздравляю, сэр. Ваша жена - мать незаконного виконта Нортона.

Он отцепил от себя безжизненную руку Мелани, развернулся и ушел, чеканя шаг. Дверь хлопнула. А Мелани повернула голову и смотрела на своего мужа, настолько бледного, будто из него вдруг влилась вся кровь.

– Это правда, Мелани?
– спросил сэр Ричард тихо.

Она молчала.

– Мелли?

Голос не слушался ее. Она прислонилась к стене, чтобы не упасть. Сэр Ричард долго молчал, изучая ее холодным, гневным взглядом.

– Завтра же я подам заявление в парламент, - прозвучал его голос. Холодный, будто незнакомый, заставивший Мелани вздрогнуть, как от удара.

Он вышел, оставив её одну. Мелли подошла к стулу и медленно села.

Вот и все.

Мир её рухнул, а Адам... Адам будет опозорен навсегда.

И лорд Александр тоже... тоже.

Она просто уедет в Бат, а вот он... он вынужден будет уехать из страны, а Адам окажется незаконным сыном, всеми порицаемым. Он так ещё мал!

Мелли заплакала, закрыв лицо руками.

Она не может позволить этого!

Что же она натворила! Желая оставить лорда Александра в неведении её проблем, она погубила его. Его и их сына.

– Мелани?
– голос сэра Ричарда вывел её из задумчивости.

Она вскочила. Сэр Ричард подошел, бледный и страшный.

Зачем он вернулся?

– Ты обманывала меня. Ты спала с ним?

Все, что было хорошего между ними, исчезло навсегда. Мелани хорошо видела это по его глазам - холодным и злым.

– Тогда, восемь лет назад...
– шепнула она, замирая от ужаса.

– А вчера?
– лицо его стало маской демона.

– Нет! Нет!

– Врешь же.

Она замотала головой, в сотый раз благодаря лорда Александра за то, что тот оставил ее. Она могла честно сказать, что нет!

– Ты всегда изменяла мне? Я знал, что ты меня не любишь. Но не ожидал измены.

Ему очень больно сейчас. Мелани видела это по глазам и хотела крикнуть, что не желала причинить ему этой боли. Она оберегала его от правды, страшной и разрушительной.

– Я никогда...
– начала она, но не успела закончить.

Удар был настолько неожиданным, что Мелани не удержалась на ногах и упала. Щека горела, будто огнем. В голове помутилось, и она с трудом раскрыла глаза. Во рту был вкус крови.

– Встань.

Сэр Ричард приближался. На него было страшно смотреть. Демон, что скрывался в его душе неожиданно вырвался наружу.

Это её смерть, поняла она. Это её смерть в облике её доброго и любящего мужа. Это демон в его теле, жаждущий её крови! Будто пружина подбросили Мелли и она встала на ноги, готовая бороться за свою жизнь.

– Ричард, нет...

Она отбежала, но он шёл за ней, как неотвратимая кара. Темный, жилет его ярко контрастировал в полутьме с белыми рукавами рубахи. Что он сделает с ней? Ей было страшно смотреть ему в лицо. Задушит? Ударит головой о стену так, что голова расколется, как арбуз? Мелани прижалась к стене, потом в панике бросилась бежать, спряталась за столом. Он преследовал ее, и лицо его было перекошено ненавистью.

– Это ты украла ожерелье моей матери! Отдала этому кузену за молчание! Ты?

Он убъет ее. Мелани видела это по его глазам, в которых плескалось безумие. Убъет, чтобы отомстить за мать, и будет прав. Но Мелани не хотела умирать. Она хотела жить, она хотела все исправить, она хотела отмотать время вспять! И тут за спиной ее оказалась дверь. Мелани бросилась в нее, слетела вниз по лестнице, будто за спиной её раскрылись крылья, слыша позади его шаги и его ругань, вылетела во входную дверь, которую забыли запереть за Аланом, и бросилась в темноту. Она бежала по лужам под дождём так, будто за ней бежал убийца с ножом в руке. Возможно, так это и было, и то, что ей удалось заплутать в темноте, спасло ей жизнь. Она поворачивала за углы зданий, бежала, бежала, пока шаги за неё спиной не стихли совсем.

Было совершенно темно, только в окнах окружающих ее домов мелькал неясный свет, падая пятнами на грязную мостовую. Одежда на ней промокла, и по лицу текли струи воды. Мелани стояла где-то в центре Лондона, пытаясь отдышаться, совершенно обезумевшая от горя и ужаса. Она только что спасла свою жизнь. Или ещё не спасла. Дождь и холод делали свое дело. Её разгоряченное тело не чувствовало холода, но она понимала, что у неё всего несколько минут, чтобы найти укрытие и горячую воду.

Она должна спасти своих детей!

Что сделает её безумный муж с Эммой, когда вернётся домой? Девочка ни в чём не виновата! Он же совершенно не в себе. Не сорвет ли он гнев на ребенке? Мелли почувствовала, как холод заползает в душу. Адам... Адам уже завтра проснётся опозоренным! Выхода у нее нет. Она обязана предупредить лорда Александра! Он, возможно, ещё что-то успеет сделать!

Мелани спала, все ещё всхлипывая во сне. Он смотрел на нее, заплаканную, с синяком на скуле, с разбитой губой, и внутри поднималась волна истинной, ни с чем не сравнимой ненависти. То, что Адам в опасности, не могло сравниться с тем, что кто-то посмел поднять руку на ту, что он так долго и так преданно любил.

Александр позвонил, вызывая слуг.

– С леди Мелани должна постоянно находиться женщина, - сказал он вошедшему лакею, - миледи должна спать до самого утра и не под каким предлогом не покидать этой комнаты. Как бы она ни кричала, как бы не угрожала, она должна остаться здесь до того момента, как я вернусь домой.

Лакей поклонился и вышел, вскоре приведя пожилую служанку. Александр дал ей инструкции, повторив, что леди Кортни должна дождаться его в этой комнате. Потом он пошёл к себе, достал две шпаги, любовно завернутые в ткань, и оказался на тёмной улице.