Чтение онлайн

— Я помогла ему и выходила его, — улыбнулась Ишмерай, поглядела Александру в глаза, и в её улыбке просияло что-то покровительственное. — Он не причинит мне зла. И я научу его доверять тебе.

— Желательно до того, как он откусит мне голову, — Александр прижимал её к себе, и руки его обвивали её тонкую талию. — Но кто научит меня доверять ему?

— Я научу.

— Клянусь, если бы в гуще этого леса тебя ждал какой-нибудь юнец, я бы раскроил ему череп, — Александр сильнее прижал её к себе.

— Даже если бы я полюбила этого юнца без памяти?

— Особенно. А если бы им оказался Шмиц, я бы придушил заодно и тебя.

— Если бы я не знала тебя, я бы решила, что ты ревнуешь, — усмехнулась Ишмерай, и сердце её поддернула нега.

— Я действительно ревную! Ты всегда доверяла только мне, раскрывала только мне душу. Ты моя, Ишмерай. Никого другого рядом с тобой быть не может.

— Это значит, что ты не позволишь мне более общаться с мужчинами?

— Тебе это не нужно, — парировал Александр. — У меня нет человека ближе тебя. Наконец-то я это понял. Твоя красота не дает покоя половине города. И я оказался в этом же стаде баранов. Но у меня есть одно отличие от них от всех — я не отправлю тебя на костер при первой возможности. Я сделаю всё, чтобы спасти тебя.

— Мне очень нравятся твои слова, Александр, — прошептала Ишмерай, задрожав. — Но я заплачу слишком высокую цену, поверив тебе.

— Нет, не слишком высокую, — ответил мужчина, касаясь её щеки губами. — Просто отдашь мне свою свободу, а я отдам тебе свою.

Бешеная сила потянула её к нему, но она смертельно боялась покориться этой силе. Губы Александра коснулись виска девушки, затем снова начали свой неумолимый нежный спуск вниз, к ее щеке. Ишмерай не стала ждать. Она повернула голову, и, наконец, ощутила, насколько сладким был вкус его губ. Александр и Ишмерай застыли на несколько мгновений. Затем руки его сжали её, и сердце лопнуло от счастья и боли. Они целовали друг друга так, словно стремились стать одним целым и неразделимым. И словно жили последние минуты…

Холодные ветры февраля неистово носились по улочкам Баркиды. Местные кутались в плащи поплотнее, спасаясь от непогоды. Ледяное море шумно волновалось и билось о пустынный песчаный берег.

В январе начались первые казни обвиняемых в колдовстве. Запылали костры, развевая пепел по побережью. Марк не раз слышал о кострах Заземелья, но полагал, что все эти рассказы — выдумки архейских политиков, выступавших против налаживания отношений со столь необъятными и воинственными соседями. Теперь же Марк видел, что Заземелье — это не просто необъятная страна. Эта огромная территория, на которой уже много веков существовало бесчисленное количество государств, каждое со своей древней историей и языком. Марк видел карту этого мира и был глубоко потрясен, поняв, что Архей, — лишь клочок суши. Он был потрясён размерами той земли, на которой жил и о которой ничего не знал. Марк, выучивший этот язык достаточно, набирал книги. И первые книги, за которые он взялся, — книги по истории. Пока он изучал только историю Гесперры. Но намеревался изучить историю и других государств: Кабрии, Сандарийской империи, Иланда.

Два корабля, успешно приобретённых Сакрумом, были готовы к отплытию. И только третий корабль, самый быстроходный и маневренный, никак не желал плыть повелителю Шамшира в руки.

После свадьбы, а вернее обряда Алаштар, прошло два месяца. Атанаис сияла, с лица её не сходила улыбка. Для каждого шамширца она находила улыбку и доброе слово. Собрала вокруг себя самых верных шамширок, помогала Аамону, хотя он уже не смел ей понукать, лично принимала роды. Даже несмотря на то, что Сакрум этого не одобрял.

— Ты ведёшь себя, как повитуха, — процедил тот.

— Я целитель. Что с того, что я Алаштар? Я помогаю детям твоих людей рождаться на свет.

— И я благодарен тебе за это. Но я хочу, чтобы ты уделяла больше времени мне.

— С удовольствием, мой повелитель, — прошептала она, и обычно этот разговор заканчивался поцелуем и ласками.

Шамширцы, привыкшие к долгим путешествиям, однако уже желали покинуть Гесперру. В регионе назревала большая война. Альгарба нанесла сокрушительное поражение флоту Фарды. Гесперра вооружалась и зазывала Сандарийскую империю в союзники. Пахло жаренным.

— Возвращение в Архей по морю сейчас — опасное и неосмотрительное путешествие, — заявил Малвар, заслужив крайнее неодобрение Сакрума.

Он приветствовал, когда его Братья говорили то, что думают. Но страсть его к кораблям была крепче осмотрительности.

Малвар вёл пальцем по карте и говорил своим тихим елейным голосом разумные вещи:

— Брат мой. Мы отчалим от берегов Баркиды, и нам придётся держать курс мимо пиратских морей королевства… Не менее моего тебе известно, что будет с тобой и твоими кораблями, если на нас нападут пираты.

— И что ты предлагаешь мне? — резко осведомился Сакрум, жестко глядя на него. — Продать их?!

— Я не желаю, дабы ты, Брат мой, рисковал жизнью. Отправь корабли по тому пути, что я показал, ибо другого пути у нас нет. А сам иди по земле. Что дороже тебе, Владыка? Совершить плавание? Или переправить свои корабли до Архея, где ты спрячешь их, а после сможешь воспользоваться ими, когда придёт час?..

Сакрум долго не соглашался, хотя все видели, что он понимает разумность предложения Малвара. Никому из шамширцев не хотелось плыть морем в столь тревожные времена. Всем хотелось идти сушей.

А под конец февраля Алаштар узнала, что ожидает ребёнка. Когда она поняла это, а Махла подтвердила после тщательного осмотра, в душе Атанаис разлилась пустота. Её тошнило, низ живота тянуло, одолевала слабость. Разумеется, беременность была самым логичным исходом их близости, но почему-то она горько проплакала несколько часов, осознав, что теперь от Сакрума ей никуда не деться. Она будет зависеть от него целиком и полностью. После возвращения в Архей она поедет не в Атию, а в Шамшир. И будет там рожать и растить ребёнка.

Как только Алаштар объявила о своём положении, Сакрум тут же отказался от возвращения в Архей морем. Повелитель Шамшира был вне себя от счастья и устроил трёхдневные гуляния, пока его избранницу мучило страшное недомогание. Он объявил, что корабли его, нагруженные малой частью награбленного добра, отправятся морем до самого Архея, где Сакрум лично встретит их и спрячет. Они же отправятся сушей, как только приобретут третий корабль.

— И, стало быть, если мы идем по земле, я желаю наведаться в гости к одному из королевств… — загадочно произнёс он.

Марк опасался, что им вновь придётся воровать и убивать по дороге, но вскоре Сакрум вызвал его к себе и заявил:

— Должно быть, твой пытливый изворотливый умишко уже догадался, в какую из земель я желаю наведаться по пути в Архей.

— Возможно, — уклончиво ответил Марк, перебирая в уме множество вариантов и надеясь лишь на один.

— Твои версии, Саргон, царь царей, — усмехнулся тот, прохаживаясь по кабинету.

Лицо его было задумчиво и мрачно, глаза лихорадочно сияли.