Чтение онлайн

Адлар Бернхард едва не кинулся к ней, но вспомнил о приличиях и сначала поздоровался с хозяевами дома и только потом тепло поприветствовал Альжбету Камош поцелуем в руку. Ишмерай кинула растерянный взгляд на Александра и сделала книксен, здороваясь и с ним. Александр ответил ей легким поклоном. Он был мрачен и недоволен.

Марта Вайнхольд защебетала, завидев Элиаса Садегана. Щеки её раскраснелись, глаза начинали сверкать, как только она смотрела на Элиаса, а тот демонстративно не обращал на нее внимания.

Ханс Вайнхольд, обрадовавшись визиту друзей, распорядился откупорить бочку своего любимого вина. Мэйда слонялась без дела, мечтая о дне своей свадьбы. Александру досталось место рядом с Хансом и его супругой. Бернхард же сел рядом с Альжбетой Камош, и та была вынуждена вежливо отвечать на его вопросы и изображать интерес, когда он рассказывал о своей поездке на север.

— Ты цветёшь, Альжбета… — шептал ей Бернхард, восхищенно глядя на неё. — Я тосковал по тебе… но ты не писала мне писем, в то время как я отправил тебе десятки… почему, моя Альжбета?.. Почему, мой ангел?..

Ишмерай нечего было ответить на это. Она не могла отказать ему в его желании жениться на ней прямо сейчас, в этом доме, при всех этих людях. Она глядела на него и думала о том, сколько добра он сделал ей. Он спас её от гибели, дал ей кров, познакомил с чудесными людьми. Но она всё равно не сможет полюбить его. И любовь к погибшему Марку была бы веской тому причиной полтора года назад или год назад, но не теперь. Теперь между ними встал Александр.

Пока Бернхард сидел рядом с ней и тихо восхищался ей, Ишмерай не смела даже головы повернуть в сторону Александра. Но вот Ханс Вайнхольд позвал Бернхарда к себе, и девушка вздохнула с облегчением, возрадовавшись своей свободе.

Мэйда села за клавесин и начала играть. Марта на несколько минут вышла из гостиной, чтобы отдать распоряжения на кухне. Адлар и хозяин дома о чём-то оживленно беседовали.

Ишмерай сидела на диване и боялась поднять глаза, боялась выдать себя. Она чувствовала тепло, исходившее от Александра, она чувствовала на себе его руки, хотя он не касался её, она чувствовала его дыхание на своей щеке, хотя он сидел совсем в другом углу.

Губы Ишмерай раздирала мучительно сдерживаемая улыбка. Щеки покрыл яркий румянец, она знала, что у неё был свежий отдохнувший вид, что волосы её чудесно блестели и переливались, губы были алыми, словно розы, а ямочки на щеках — очаровательны. Она знала, что сегодня выглядела очень хорошо и что даже если Вильхельмина встанет рядом с ней, Ишмерай ничуть ей не уступит. Она хорошо видела, что приковала к себе взгляды двух мужчин, но видела лишь одного из них.

Девушка медленно поднялась, подошла к окну, сверкнув своими волосами и красивой заколкой в них, повернулась спиной к Александру, прекрасно осознавая, что он внимательно следит за ней, что за нею следит Бернхард, улыбнулась своим мыслям, и с этой же улыбкой повернулась к гостям.

Девушка медленно подошла к клавесину, слегка нагнулась, поглядела на ноты Мэйды и украдкой взглянула на Александра. Пока Ханс Вайнхольд отвлекал Бернхарда очередной порцией вина, Александр перехватил взгляд Ишмерай и застыл, глядя на неё темно, мрачно, внимательно. Казалось, ничто на свете не могло его заставить отвести свой взгляд или соблазниться чем-либо еще, кроме её глаз.

«Я так хочу быть с ним…» — подумала Ишмерай, почувствовав себя невероятно счастливой.

И она улыбнулась, не боясь ничего, не боясь посторонних, видя только его. Александр не улыбнулся ей в ответ, но она увидела, как засверкали его глаза. Так взыграло её сердце, что ей захотелось плюнуть на всех этих людей, кинуться к нему и почувствовать, как он обнимает её.

— Элиас… — будто из тумана донеслось до обоих.

Встрепенулся Александр, вздрогнула Ишмерай. Ханс Вайнхольд протягивал ему кубок вот уже несколько секунд, а Александр не отзывался. Ишмерай побледнела, оглядевшись. Казалось, никто ничего не заметил. Бернхарда отвлекала беседами вернувшаяся Марта Вайнхольд, но Ханс Вайнхольд очень внимательно поглядел сначала на Ишмерай, затем на Александра, и вновь на Ишмерай.

Он промолчал. Но, девушка была уверена, заметил всё.

Ишмерай прибыла в сад ровно назначенное время двумя часами позже, укутавшись в длинную тёплую шаль и плащ. Было ветрено и очень темно, Ишмерай продрогла, но не могла отказаться от этой встречи.

Вдруг чьи-то руки обняли её сзади, родной аромат наполнил её, и девушка прикрыла глаза от одурманившей её голову истомы.

— Зачем ты улыбнулась мне сегодня при всех? — прошептал Александр ей на ухо.

— Тебе не понравилось?.. — парировала Ишмерай, затрепетав. — Тогда больше не буду.

— Я забыл обо всём. Мне как будто мозг отбили.

Ишмерай хитро улыбнулась, отвернулась, прошлась, стараясь унять своё волнение и радость оттого, что она снова могла видеть его и разговаривать с ним.

— Почему Бернхард вернулся раньше срока? — тихо осведомилась она.

— Говорят, неподалёку от Аннаба его люди напали на чей-то след. Фавны.

«Я иду к тебе, Дитя Солнца…» — вспомнила Ишмерай слова Атаргаты, услышанные недавно во сне.

— Это Атаргата! — ответила Ишмерай. — Я уверена в этом. Она идет ко мне в Аннаб.

Александр глядел на Ишмерай так, будто решил, что она спятила.

— С чего ты взяла?… Твои сны о ней — это всего лишь сны.

— Подумай сам. Любого другого фавна за столько времени бы уже сожгли. Думаю, её где-то держали, потом помогли сбежать, затем снова поймали. Они знали, кого берут в плен! Если она идет в Аннаб, я должна ей помочь и найти её.

— Ещё чего! — воскликнул Александр. — Я тебя никуда не отпущу! Это первое. А второе — я вообще хотел поговорить с тобой. И не про Атаргату. Завтра утром я уезжаю на север на несколько дней по поручению Бернхарда. Когда я вернусь я хочу забрать тебя из Аннаба и из Кабрии. Навсегда.

— Что случилось? — испуганно прошептала она.

— Обстановка в Аннабе и соседних городах снова накаляется. Поручено отлавливать ведьм и судить их. И судить как можно скорее. То значит без особого расследования. Я вернусь из Кедара быстро, и мы с тобой уедем. Сбежим, никому ничего не объясняя. Побегом мы выиграем время, нас хватятся не сразу и не сразу начнут поиски.

— Но через две недели свадьба Мэйды… — сказала Ишмерай. — Я не хочу омрачать скандалами Вайнхольдов перед торжеством. Пусть они поженятся, уедут в Венису на следующий день, и мы с тобой уедем.

Александр мрачно задумался, а потом сказал:

— Хорошо. Хладвиг поедет в Кедар со мной. Мне не так страшно оставлять тебя здесь одну.

— Мне так не хочется, чтобы ты уезжал! — прошептала она, взяв его за руку и прижавшись к его груди.

— Надо сделать последнее важное дело. Я ещё многих не спас. Ещё столько станет жертвами этих казней. Но обстановка ужесточается. Я больше не могу рисковать тобой. Хочу увезти тебя отсюда, пока не стало поздно.

— Но Атаргата…

— Я еду в Кедар, в том числе, чтобыпопытаться выяснить, что с ней случилось. Мне кажется, я ухватился кое за какие сведения, и мне нужно их проверить.