Чтение онлайн

Мэйда и Ишмерай долго беседовали. Ишмерай успокаивала её страхи, гладила ее по волосам, целовала в щёки и рассказывала, как Мэйда будет счастлива с тем, кто так любит ее и кого так любит она.

— Не смей плакать! — журила её Ишмерай, вытирая ее слезы. — Ты когда-нибудь видела невесту с опухшими глазами?

— Видела! — шмыгала носом девочка. — Одну мою подругу выдали замуж за богатого старика. Так она прорыдала всю ночь, все венчальное утро и всю свадьбу.

— Тебя выдают за одного из самых завидных красавцев города. Но, Мэйда, запомни, — красота померкнет, а любовь останется. Так не смотри на красоту.

Мэйда лукаво усмехнулась и осведомилась:

— Но почему вы тогда отказали господину Бернхарду?

— Я не люблю его.

— Верно, — кивнула девушка. — Он слишком стар для вас. Стало быть, вы все равно уедете в Телросу?..

— Пока не знаю.

— Я буду приезжать к вам! Я буду приглашать вас к себе в дом!

— Если супруг позволит…

— Гюнтер позволит! — воскликнула Мэйда. — Я не готова расстаться с вами навсегда! У меня еще не было подруги ближе и дороже! Вы столько сделали для меня, всему меня научили!

Ишмера й улыбнулась, обняла девушку и подумала: «Ах, Мэйда, уверена, что когда ты войдешь в спальню Гюнтера, чтобы стать его женой, ты более не вспомнишь о своей подруге Альжбете Камош… А когда ты узнаешь, что я навсегда покинула Аннаб, твой муж быстро заставит тебя забыть твои печали… А я до конца жизни буду лелеять воспоминания о тебе, моя дорогая ласковая Мэйда, как о самом чистом ангеле Аннаба…»

Девушки, держась за руки, еще долго проговорили, пока Ишмерай не выгнала Мэйду спать. Было уже за полночь, а они должны были встать очень рано.

Закрыв за Мэйдой дверь, Ишмерай прижалась к стене лбом и тихо проговорила:

— Прощай, моя девочка. За эти два дня, что ты еще будешь здесь, мы не сможем более поговорить. Я желаю тебе большого счастья и вечной любви… Люби, Мэйда, и будь любимой…

С раннего утра в доме Вайнхольдов поднялась суматоха. Невесту наряжали около десяти дам — они менялись, чтобы нарядиться самим. Но с Ишмерай служанки возились немногим меньше. Невеста пожелала, чтобы её дорогая Альжбета Камош выглядела готовой для встречи на свадьбе с каким-нибудь интересным мужчиной.

Две пары рук делали невесте прическу, другая пара рук занималась её лицом, четвертая пара рук надевала украшения, пятая и шестая пара наряжали её в светлое чудесное платье. Подол его и корсаж были расшиты золотыми нитями с вплетенными в них красного цвета камнями, а также жемчугом. Волосы девушки тщательно завили, сделали ей красивую прическу, переплетя между собой красивой корзиночкой передние локоны, оставив лежать на спине завитые локоны основной массой.

Саму Ишмерай облачили в бежевое платье, расшитое золотыми нитями. Камней на платье было немного, но оно так красиво подчёркивало тонкую талию и похорошевшую за последний год грудь, что Ишмерай не могла наглядеться на себя в зеркало. Она признала себя красивой и соблазнительной в этом наряде. Когда Марта Вайнхольд начала придирчиво осматривать Альжбету, то решила забыть об их ссоре и позволила ей надеть свои золотые серьги с жемчугом, за что Альжбета позволила себе поцеловать ее в щеку. Марта Вайнхольд, сплетница, женщина недалекая и завистливая, однако была не зла. Посему нашла в себе силы улыбнулась ей.

Ишмерай сделали похожую прическу — заплели передние пряди, убрав их назад в красивые колоски, украшенные заколками, а основной массе волос было позволено лежать на спине завитыми волнами. На лицо её положили немного пудры и румян, совсем немного помады.

Ханс Вайнхольд прослезился от радости, когда к нему вышла дочь, облаченная в свадебный наряд. Гости были поражены и закидали ее поздравлениями и комплиментами, но Марта Вайнхольд всех оборвала и поторопила гостей на венчание. Ее умение повелевать и быть решительной и строгой на пути к своей цели приятно поразили Ишмерай. Марта смертельно боялась упустить столь блестящую партию для дочери.

Мэйда требовала, чтобы Альжбета всегда была рядом с ней. Никто из сестер был ей не нужен. Только ее подруга, которую гости прозвали «зеленоглазой красавицей», а кто-то «гордячкой» за отказ выйти замуж за графа.

У собора собралась небольшая толпа. Все гости уже находились в соборе и вместе с женихом поджидали невесту. У алтаря вместе со своим старшим братом Людвигом стоял жених. Колет его был богато расшит камнями. Он стоял, выпрямившись и взволнованно глядя на вход в собор. Людвиг любезно улыбнулся Альжбете, слегка поклонившись и окатив её жадным взглядом. Ишмерай ответила кивком, улыбнулась столь же любезно и обернулась, чтобы оглядеть собравшихся.

Многих со стороны Вайнхольдов она знала лично, а многих со стороны жениха видела впервые. Ишмерай заметила Вильхельмину, разодетую в пух и прах. Недавно брошенная красавцем-любовником мирра Райнблуме сидела рядом с немолодым богато одетым господином и сияла ему улыбками.

Ишмерай огляделась и улыбнулась: простор и величие собора будто заполнили покоем её сердце. Группы соединённых меж собой колонн, поддерживающих стрельчатые, переплетающиеся арки потолка, высокий роскошный алтарь, кафедра, украшенная скульптурами, изваяния под верхними большими окнами, которые окаймляли кружевом весь средний неф, изображения на разноцветных окнах. Ишмерай не уставала изумляться красоте аннабской архитектуры.

Девушка обернулась, увидела Бернхарда, сидевшего неподалеку от Вильхельмины, а рядом с ним ни одного знакомого лица. Александр не пришел на свадьбу. Сегодня ей не представится случая если и не поговорить с ним, то хотя бы поглядеть на него.

Заиграла органная музыка, гости затихли, в собор вошла невеста под руку с отцом, жених застыл от счастья, увидев свою возлюбленную, свою красавицу, которая в ближайшие минуты должна была стать его супругой. Но Ишмерай перестала видеть и слышать. Грохот сердца оглушил ее, а мысли затуманили взор. Все рухнувшие надежды на встречу с Александром в этот день расстроили её так, что она позабыла о том, где находится.

Молитвы над головами стоявших рядом жениха и невесты были прочтены, клятвы произнесены.

«Я соединяю вас в супружество во имя Отца, и Сына, и Святого Духа»…

Брачующимся было разрешено поцеловать друг друга, торжественно запел орган, и новоиспеченные муж и жена под руку направились из собора на выход.

Некоторые плакали от умиления, Ишмерай же могла плакать только от разочарования, ибо Александра она сегодня не увидит.

Ишмерай, выходя на центральный проход, оказалась рядом со старшим братом Гюнтера, и ей невольно пришлось втянуться в беседу с ним, отвечая на его любезные приветствия, впечатления от церемонии венчания и другие вопросы. Этот разговор помог ей прийти в себя, и она заулыбалась так, как подобает подруге невесты в этот чудесный свадебный день.

Гости садились по каретам и следовали на празднество к Шмицам, ибо сторона жениха решила праздновать свадьбу в своем более просторном доме. Когда Ишмерай садилась в карету к Вайнхольдам, Людвиг помог ей сесть внутрь и попросил ее о милости — позволить ему сесть рядом с ним на пире. Ишмерай же, очаровательно улыбнувшись, согласно кивнула, подумав о том, какие слухи поползут после этого. Отказала Адлару Бернхарду, чтобы поймать в свои сети богатого наследника Шмицов, куда моложе и красивее?