Чтение онлайн

— Вы подумали, что мы, фавны, боимся плыть морем, — сказал Сибелир. — Это не так. Это опасно. Опасно и долго добиратса до моря и опасно по нему плыть.

— Идти по горным тропам долго, но не так уж и опасно, если идти осторожно, — возразил Марк.

— Опасность не в горных тропах, Саргон… В горах — смерть. Горы двишутся и поширают всех, кто потревошит их.

— Что, сами горы? — Марк попытался не выдать скептической нотки в голосе, однако почувствовал, что бровь его все же дернулась. — Эти безмолвные тысячелетние глыбы пожирают одиноких нерадивых путников?

— Их насывают големы. Они сосданы горами, вылеплены землею и выточены ветрами. Они огромны и сильны. Их не убить мечами, не сжечь огнем.

«Псы Кунабулы?..» — подумал Марк, нахмурившись.

— В горах много сверей, и не могут они найти свой покой, охотятся они на сверей диких, на заблудших путников, дриад, наяд. Они спускаются к поберешью и там ловят нереид.

— И много их там?

— Много.

«Страшнее кунабульцев едва ли найдется существо…» — подумал Марк, осознав, что не сможет уговорить Сакрума изменить курс.

На следующий день новый Владыка Авалара разозлил Сакрума заявлением, что желает видеть Саргона и говорить с ним прежде, чем он примет у себя повелителя Шамшира.

Днем ранее мальчик заявил, что не сядет на трон Авалара и не будет считать себя полноправным правителем в память о сестре. И действительно, когда Марк вошел в кабинет покойного Царя Авалара, отца Васаго, мальчик сидел не в кресле, напоминавшем трон, украшенный увивавшими его ветвями да цветами из гипса, а сидел рядом на ступенях, застланных мягким красным ковром. Голову его не увенчивала серебряная тиара, а лежала на столике, охраняемой гвардейцами царской семьи. Рядом с ним стоял Сибелир и его дядя Гаап, лицо которого было более просветленным. Власть сменилась и сулила ему более приятную и вольготную жизнь.

И рядом с царевичем, к изумлению, Марка, сидела Атанаис. Фигура её начала округляться. Красивым певучим голосом она рассказывала ему об Архее, его истории и действительности. Волосы её роскошным тёмным покрывалом пролились по спине. Она гладила ребёнка по руке и улыбалась так красиво, что у Марка зашлось сердце. Царевич Авалара смотрел на неё во все глаза. Должно быть, Атанаис уже обработала его.

Помимо трона на ступеньках, покрытых красным ковром, из пола здесь маленькими фонтанами били благоухающие источники, а миниатюрные изваяния фей с крылышками собирали воду в свои изразцовые кувшинчики. Журчание воды приятно ласкало слух, и молодой человек вдруг осознал, что у него пересохло во рту.

Мальчик воззрился на Марка своими пронзительными темно-синими, и ему показалось, что этот ребёнок смотрит ему в душу и читает его мысли.

— Царевич, — Марк преклонил колено.

— Саргон, — тихо ответил ребенок, приветствуя его словно они были равны по возрасту.

— Вы звали меня, Владыка.

— Я хочу снать, почему ты шелаешь вернуть нас в Архей. Место, покинутое нашими предками так много лет насад. Атанаис рассказала мне всё, но я хочу услышать это и от тебя.

Атанаис посмотрела на Марка и едва заметно ему кивнула.

— Место это — ваш дом по праву. Там — ваша земля, которая ждет вас и страдает без вас.

— В Архее беда? Если бы всё было хорошо, пришли бы вы сюда? Вспомнили бы вы о нас?

«Чертов мальчишка!» — подумал Марк, ловко скрыв некоторое замешательство и раздражение.

— Покинув Архей три сотни лет назад, вы нарушили равновесие, являющееся основой нашей земли, нашего края. Атариатис Рианор загнал демонов и их повелителя в преисподнюю. Однако этого оказалось недостаточно. Без вас восстановить это хрупкое равновесие нельзя. У нашей звезды семь лучей с сердцем в Беллоне. Но нет одного очень важного луча — северного — аваларского.

— Ваши беды не сакончатся, если мы вернемся в Архей, — сказал один из советников, стоявших неподалеку от царевича.

— Но закончатся и ваши, — прямо ответил Марк. — Вы не доверяете нам только по одной причине: мы — люди. Однако в мире живут разные люди. Те люди, что живут здесь, не доверяют вам, боятся вас и полагают, что вы их враги. Они нападают на ваш город, убивают вас и будут делать это снова и снова, пока не истребят всех. В Архее все иначе. Вы стали легендой, вас ждут, вас готовы слушать. Более года назад король Карнеоласа послал к вам Рианоров, самых ценных и сильных защитников Архея, а также своего сына, принца Марка Вальдеборга, который погиб, до вас так и не добравшись. Насколько я знаю, Рианорам тоже здесь пришлось несладко. И после этого вы полагаете, что король отправил на смерть своего сына и рисковал Рианорами просто так?

Фавны, присутствующие здесь, тихо загудели, однако Васаго молчал, пристально глядя на Марка.

— Где ше ты шил?

— В Карнеоласе.

— Карнеолас… Моя сестритса… Атаргата… говорила мне, что наш главный союсник — Карнеолас.

— Все верно.

— Каков он, ваш тсцарь?

Марк задумался, и перед глазами его появился образ отца.

— Он заботлив, думает о своем государстве и людях, которые живут в нем. Он всегда старается избегать конфликтов с другими государствами, целью политики его является противостояние и уничтожение Кунабулы. Свою военную мощь он наращивает, чтобы Карнеолас в дальнейшем смог достойно ответить на агрессию врага. Наш король миролюбив, однако бывает суров и справедлив. Он получил власть в двадцать три года. Тогда и отец его, и брат погибли на войне двадцать лет назад, а король Арнил, бывший тогда принцем, никогда не принимал в серьез, что когда-либо встанет во главе государства. Полагаю, тогда он не был готов к исполнению подобного долга. Однако без колебаний и жалоб он стал королем не только по имени, но и делами. Он чтит традиции и культуру своего государства. Он лелеет память о своем отце и славе прошлых королей.

— Вы снаете его? — свои вопросом Вассаго вытащил Марка из саднящих болью воспоминаний и тоски по дому.

— Я… — Марк сглотнул, осознав, что едва не назвал короля Арнила своим отцом. — Мой отец всю жизнь служил в королевском дворце, а я рос вместе с младшим сыном короля, покойным принцем Марком Вальдеборгом. Я его паж. И я был в одном отряде с ним и Рианорами, пока на отряд не напали. Перед тем как сорваться со скалы в реку я видел, что мой принц погиб. Я был без сознания, когда шамширцы нашли меня, выходили меня и приютили.

Мысленно же Марк добавил:

«Приютили, запытали, держали, как заложника, таскали на ночные вылазки, чтобы я убивал, и никогда не отпустят на свободу… Они на редкость милосердны…»

На этом новый Владыка Авалара пожелал аудиенцию окончить. Марку было предложено вернуться в свои комнаты, и Марк вышел в коридор, где его поймал Сакрум. Атанаис осталась с ребёнком, чтобы песнями помочь ему заснуть.

— О чем он спрашивал тебя? — рыкнул тот.

— Он спрашивал, зачем они нужны Архею.

— Но почему он вызвал тебя, а не меня? Я — владыка Шамшира!

«Я желаю ему помочь, и он чувствует во мне союзника. Фавны — не люди. Они все чувствуют, и редко ошибаются в своих чувствах… За исключением Гасиона. Гасиону удалось ослепить их…»

Сакрум злился оттого что фавны предпочитали общаться с ним, с Саргоном, а не с владыкой Фарна. На следующий день, где бы не прошел Марк, его всюду встречали пытливые фавнские взоры, их безмолвие и даже почтение.

— Фавны доверяют тебе, — сказала Рабинара после обеда, прогуливаясь с Марком на дворцовой стене.