Чтение онлайн

Марк вернулся в паб и, опустившись на стул рядом с Аамоном, принял его угощение. Они чокнулись кубками, вино пролилось на стол, и вечер продолжился в тумане. Опрокинув ещё несколько бокалов, Марк напился так, как ещё никогда в жизни не напивался. Ибо когда он встретил Изабеллу, с красиво убранными тёмными длинными волосами, ему показалось, что из тьмы на неверный свет праздничных бликов к нему выходит Ишмерай Алистер Праций.

Атанаис, пританцовывавшая на месте, наблюдавшая за веселившимися горожанами, погрустнела и обхватила себя руками, пользуясь моментом, когда на неё никто из шамширцев не смотрит. Она позволила себе вспомнить дом, празднества, устраиваемые матерью, званые обеды и ужины. Они наряжались все вместе. Атанаис красиво убирала волосы Ишмерай и украшала причёску матери жемчужинами. Она вплывала в залы герцогской резиденции величавым лебедем. А когда пела — все гости замолкали и оцепенело внимали ей.

Она так и осталась лебедем, но не могла танцевать, а говорить старалась как можно меньше — вдруг Сакрум накажет её. Атанаис мучил страх за себя и за Марка. Они почти не разговаривали, ведь это могло стоить ему здоровья и жизни. А что будет с ним, когда Сакрум узнает, что Саргон — карнеоласский принц? А что будет с ней, когда Сакрум узнает, что она не просто целительница из Орна, а дочь Гаральда Алистера, герцога Атии, одного из самых лютых врагов Шамшира? Сакрум задушит её? Или отдаст своим Братьям на растерзание? И она больше никогда не увидит заливные луга Атии, родной дом, не отправится с матерью на службу в больницу, не сошьёт отцу очередную красивую сорочку, колет, парадный пояс. Она так хотела домой!..

Одна, затем другая слеза капнула на щёку, и Атанаис украдкой их стёрла. Даже выплакаться было нельзя — она никогда не оставалась одна, и в комнате с ней ночевала шамширка, ежедневно докладывающая Сакруму о каждом шаге чужачки. Как вдруг стало тошно!

Атанаис, психанув, вдруг сорвалась с места и почти бегом направилась к дому, где жила теперь. Шамширец спохватился и поторопился за ней, но не нервничал. Понимал, что никуда не денется. Главное, чтобы по дороге никто её не тронул, иначе он поплатится головой за эту непонятную ведьму.

Прибежав к дому, она свернула в тёмный сад. Там, под сенью развесистых апельсиновых деревьев, она рухнула на скамью и горько, тихо разрыдалась, изливая свои чувства розовому кусту: страх, горе, тоску по дому и родным. Впервые за месяцы, проведённые в шамширской пасти. Атанаис закрыла лицо руками и не обращала внимание на караулившего её шамширца, бестолково остановившегося за её спиной.

И вдруг боль, сдавливающая нутро, прекратилась. Сердце окутало странным теплом и негой. На плечи опустился такой покой, что она медленно разогнулась. Атанаис сначала почувствовала и только потом услышала, что к ней медленно приближается владыка Шамшира. Свет луны, озаривший чистое небо, осветил его могучую фигуру, спокойную уверенную походку.

Мужчина подошёл к ней, присел на садовую скамейку, затем молча передал ей кубок. Из второго он уже что-то пил. Атанаис судорожно всхлипнула, отхлебнула напиток и вздохнула: это было сладкое вино. Очень вкусное. И девушка попробовала ещё. Ей вдруг стало всё равно, что скажет Сакрум, увидев её слёзы. Она так бесконечно устала терпеть, молчать и выжидать!..

От Сакрума пахло чем-то терпким и сладким, лёгким, едва уловимым. Что это? Духи? Или запах его кожи? Она с удивлением обнаружила, что владыка Шамшира привёл в порядок волосы — немного подстригся и выровнял бороду. На нём была лёгкая рубашка с расстёгнутыми верхними пуговицами и свободные штаны.

— Успокоилась, целительница? — раздражающе спокойно и властно осведомился Сакрум. Захотелось выплеснуть вино ему в лицо.

— Чего ты хочешь от меня? — мрачно вопросила она. Голове слегка полегчало, душа переставала саднить, напряжение и страх уходили.

— Сейчас? Покоя.

— Если не хочешь выслушивать мои рыдания, можешь вернуться в дом, — дерзко сказала Атанаис.

— Плачь, сколько влезет. Не привык к женским истерикам. Шамширки не плачут при мужчинах. Но сегодня красивая ночь. Если хочется тратить время на слёзы, трать.

— Почему ты не оставил меня в лесу с другими женщинами?

— Ты думаешь, тебе было бы там вольготнее и веселее? — усмехнулся Сакрум. — Тебе не осточертело то бабское общество?

— Осточертело, — призналась Атанаис, вновь отхлебнув вина и всхлипнув. Соль от слёз неприятно стянула кожу. Захотелось умыться.

— Пойдём, — вдруг сказал он, взял бутыль вина, кубки и направился в сторону побережья. Видимо, к морю. Благо, идти было всего несколько минут. Атанаис молча последовала за ним: возражать не было сил. Пусть хоть утопит её там, ей вдруг стало всё равно.

Вдвоём они добрались до песчаного берега. Сакрум сбросил туфли. Девушка последовала его примеру. Невероятно мягко и ласково шелестели морские волны. Густо, как шелестят кроны сотен деревьев. Ветер окутывал нежно, словно заботливый любовник. Пробрался под лёгкий материал платья, и Атанаис вздохнула полной грудью.

Она приподняла подол и позволила воде захлестнуть её ноги почти по колено. Какой тёплой и невероятной оказалась вода! Захотелось нырнуть прямо в платье, с головой! И полежать на волнах. Подняв голову, девушка увидела бриллиантовую россыпь бесчисленных звёзд, посеребривших тёмно-синее небо. За спиной в воду вошёл Сакрум.

Обернувшись, Атанаис охнула и отвернулась. Владыка Шамшира, абсолютно голый, прошёл мимо неё и нырнул в море. «Этого ещё не хватало!» — подумала она.

— Ты умеешь плавать? — крикнул он, вынырнув.

— Конечно!

— Так иди сюда! Не бойся, не трону.

Он не приказывал, он приглашал. И Атанаис, вернувшись на берег, налила себе ещё вина и осушила кубок одним махом. Сняв с себя платье, оставшись в тончайшем полупрозрачном коротком пеньюаре, аккуратно сложила одежду и положила на песок. Затем распустила волосы и направилась в воду.

Она не боялась его наготы и его реакции на своё откровенное облачение. Она уверенно вошла в море и нырнула. Волны сомкнулись над головой, и через несколько секунд цепкие руки Сакрума вытащили её на поверхность.

— Полегче, наяда! — хохотнул владыка Шамшира. — Я испугался. Решил, что ты утопилась спьяну!

— Да какая тебе разница? — воскликнула та, откинувших на спину и оттолкнувшись ногами от дна. — Найдёшь другую чужачку и сделаешь пленницей её.

— Слишком ловко принимаешь роды и зашиваешь разрывы. Бабы из лагеря меня убьют, если узнают, что я тебя не уберёг.

Атанаис захохотала, подплыла к берегу и легла на дно животом, болтая в воздухе ногами. Ей было хорошо в эту минуту. Она даже перестала бояться Сакрума. Мужчина лёг на живот рядом с ней, и что-то странное, промозглое прокатилось по её телу — не то мурашки, не то неведомая жгучая волна. Она беззастенчиво рассматривала его широкую спину, бугристые руки, окутанные лунным светом. Ниже его поясницы её взгляд не опускался. Но было очень любопытно посмотреть на него целиком. За годы практики и работы в больницах Атанаис видела множество мужских обнажённых тел. Она участвовала в сложных операциях. И точно знала, какие мужчины ей нравились больше всего — высокие, сильные и атлетически сложенные. Сакрум был таким.