Чтение онлайн

– Габриэль и так знает, где мы сейчас находимся, – Рэйд разложил свои заметки по нескольким папкам и вышел из-за стола. – Эльфы всегда в курсе, что происходит в пределах среды их обитания, в данном конкретном случае речь идёт о поместье. Не то, чтобы каждая песчинка и травинка докладывали обо всём своему «хозяину», но принцип, думаю, понятен. Здесь всё зависит, с какой стихией у того или иного рода лучше контакт.

– А Геймоверы с чем взаимодействуют?

Тяжело вздохнув, словно я заставляла открыть его «страшшшную тайну», Рэйд картинно закатил глаза: – Честно? Сам не в курсе и даже не хочу выяснять. И так до сих пор не отошёл от шока, что на территории поместья мне не спрятаться и не скрыться от Габриэля при всём желании. Безумно не люблю, когда за мной следят, сразу ощущение, что на мою свободу посягают. Предпочитаю дышать свободной грудью и ходить, не оглядываясь.

– Если вы не страдаете манией преследования, то это совершенно не означает, что за вами не следят!

Рэйд щёлкнул пальцами: – В точку!

Как раз в этот момент дверь открылась и через порог шагнул Геймовер. Судя по его мрачновато-задумчивому виду, встреча не увенчалась успехом, либо превзошла все его самые смелые ожидания, но в отрицательном смысле.

– Приветствую, – коротко поздоровался эльф и, не дойдя до стола, опустился в ближайшее кресло.

Присвистнув, Рэйд тут же затараторил: – Чай? Кофе? Чего покрепче? Успокоительного? Лечебный нокаут?

– Лучше всё сразу, приправив капелькой забвения.

– Лечебный нокаут – это что-то новенькое... Всё настолько плохо? – я подскочила к Рэйду, достававшему из шкафа какую-то настойку.

– А ты у нашего Габриэля много эмоций на лице видела за всё время знакомства?

– Ну-у-у...

– И я о том же! – Рэйд намешал чего-то в высоком хрустальном бокале, а потом, взглянув на друга, плеснул ещё что-то. – Итак, насколько всё плохо?

– Это как посмотреть. Всё настолько хорошо, что плохо или всё настолько плохо, что хорошо... – философски протянул Геймовер, принимая светящейся изнутри искорками бокал и крутя его между двумя пальцами. – Лорд Хелгар признался мне, что действительно «занимался поддержанием репутации высокой эльфийской расы, не допуская ни малейших отклонений от общепринятых традиций, как его отец, а до этого дед и прадед». Естественно, делал это всё не сам лично, а руками помощников. А вот кто они будут сейчас выяснять Штаргард с Кроденером.

Я, где стояла, там и села. Благо, что это оказался подлокотник кресла: – Получается, что сейчас в дело вмешается Совет?

Геймовер покачал головой: – Пока нет. Думаю, что около пяти суток у нас есть. Лорд Хелгар частенько не бывает дома, находясь в отъезде по «очень важным делам», а тут ещё я назначил встречу, так что раньше его вряд ли хватятся. Если соблюдать весь полагающийся церемониал, то мы с ним приветствовали бы друг друга лишь сутки.

Рэйд зловеще улыбнулся: – Но ты, как я понимаю, пошёл коротким путём?

– Именно. И лорда Хелгара по нему провёл. Он, правда очень не хотел идти, но кто бы его спрашивал, – Геймовер допил странный коктейль от рыжего бармена.

– Так, может, стоило всё-таки добавить аргументов? – на ладони Рэйда вспыхнул лилово-фиолетовый огонёк.

– Мои были не менее убедительными, иначе встретиться на нейтральной территории бы не вышло и тогда не удалось передать его Штаргарду с Кроденером.

Ойкнув, я заметила розовеющие костяшки на обеих руках Геймовера. Если учесть, что у эльфов, как и у прочих магически одарённых существ, быстрая регенерация... Что же там произошло? Интересно, а отбивную котлетку с эльфийскими ушками будут допрашивать так долго по причине упёртости или потому что сломанная челюсть так быстро не срастётся даже с помощью целителей?

– Так если все знают, что лорд Хелгар встречался с вами, не придут ли сюда, чтобы узнать, куда он пропал?

– Не посмеют даже приблизиться к воротам поместья, мисс Тори. Могут, конечно, оправить послание, но ввиду своей сильной занятости могу отвечать на него ещё неделю. Меня хоть и недолюбливают в эльфийском обществе, но из-за происхождения вынуждены считаться с некоторыми моими правами, нарушив которые получат очень много проблем, – глаза Геймовера вспыхнули фиолетовым со странными серебристо-золотистыми искорками.

Нет, я никогда до конца не пойму всех этих эльфийских заморочек, когда практически к принцу та же прислуга может относиться с пренебрежением, но при этом имеется некая неприкосновенность.

– Ну, лорду Хелгару мы завидовать точно не станем, – усмехнулся Рэйд. – Его сейчас Штаргард будет на ленточки распускать при поддержке Кроденера. Вопрос только в том, что именно ему смогут вменить помимо уничтожения полукровок?

– Этим как раз занимается Кроденер, пытаясь облечь наши теории в нечто более-менее удобоваримое, что можно приобщить к делу. Штаргард так вообще в ярости из-за того, что я покинул пределы поместья. И это несмотря на все объяснения, что если эльф указывает на сарайчик и заявляет, что это – цитадель, значит, так оно и есть. Но в этом отношении спасибо вашему начальнику, мисс Тори, помог выкрутиться. Пока что нашей крови не жаждут, пытаясь расколоть лорда Хелгара. На нём оказалось такое количество очень странных заклятий, что я его сразу потащил к нашим менталистам. Там шаг влево, шаг вправо, и всё. Летальный исход, причём с весьма интересными последствиями.

– Лорд Габориэль, вы думаете, что над ним кто-то из гриров поработал?

– Даже не сомневаюсь, мисс Тори. Уловил кое-какие знакомые вибрации, похожие на остаточные следы магии, подобной вашей, но такие «грязные»... – Геймовер слегка передёрнул плечами. – Ваша магия, мисс Тори, имеет чёткую структуру, несмотря на некоторые особенности, понять которые я так и не смог. Но она как полотно, без каких-либо вкраплений, а вот те следы создали впечатление, как будто на него вытряхнули совок с мусором, а потом ещё сверху хорошенько попрыгали. Очень сильно искажённая магия, деформированная настолько, что даже не разобрать, где именно нарушено, примешано или просто модифицировано. Поэтому придётся ждать вердикта менталистов. А у вас как дела, нашли что-нибудь интересное?

Рэйд похлопал рукой по своим папкам: – Из неофициальных, но надёжных источников, появились кандидаты на роли гейров. Можно будет попробовать использовать против лорда Хелгара. А мисс Тори у нас дело о смерти министра изучала и её, как и меня, что-то в нём покоробило, хотя на первый взгляд всё чисто, ведь мы сами всё тщательно проверяли.

Я взяла одну из папок, в которой оставила закладку: – Мне немного странной показалась эта любовница, да и вообще опросные листы, посвящённые дню накануне смерти министра.

– А что именно вас смутило, мисс Тори? – сразу подобрался Геймовер, заинтересованно глядя в мою сторону.

– Мне не нравится вся эта катавасия с часами. Вроде все свидетели на балу, где присутствовал министр, подтвердили, в котором часу он ушёл, а вот любовница почему-то упомянула, что не совсем оказалась готова к его приходу и вынуждена была наспех укладывать волосы и отпускать служанку. Очень странно, что женщина, предупреждённая заранее и имеющая опыт таких отношений на протяжении десятка лет, не успела как следует привести себя в порядок. За такое время уж изучить привычки своего любовника можно было «от и до».

– Часы оказались сломаны, мисс Тори, – напомнил Геймовер, подходя к моему креслу.

– Вот именно! Что во всём доме?

– К сожалению, вышли из строя главные часы, по которым всегда автоматически настраиваются при помощи специальных заклятий все остальные. Поэтому и время на всех оказалось неправильным, а в итоге министр едва успел на мероприятие, на котором его в итоге и убили.

– Да, но они опаздывали на час! Соответственно, госпожа Лагерн должна была быть абсолютно готовой ко времени появления любовника! Если бы мне кто-то «подарил час», успела бы не только одеться, накраситься и уложить волосы, но и пирожки испечь! Вот только не нужно мне говорить, что девушки всегда слишком долго собираются! Перед свиданием с человеком такого уровня, тем более на своей территории любая будет готова как штык! Оханья и аханья насчёт того, что не успела подготовиться, может касаться только не поставленного вовремя игристого на стол, ведь все слуги в дни визита министра получали выходной и, кроме личной служанки, уходили не позднее шести часов вечера. Этакий вариант флирта для опытных содержанок.