Чтение онлайн

–  То есть как - не пропал?
– удивилась девушка.
– Кто-то же его унес из моего дома!

–  Ну это разве пропал?
– улыбнулся Воронцов.
– Это так, мелочи. Найдем! И не такое находили.

–  И, значит, с ним не связано никаких тайн, заговоров и прочих интересностей?
– разочарованно спросила Лина.

–  Никаких, - подтвердил Артур, - совершенно никаких.

Лина призадумалась. Ей было очень не по себе. Старинный медальон… Странно, откуда Воронцов вообще знает о ее медальоне. И такие подробности - Иван Грозный, исторические документы… Это можно объяснить только одним - эта безделушка таки имеет какую-то ценность и Артур специально занимался ее изучением… Знать бы еще, в чем секрет медальона. По спине девушки потекла струйка пота. Во что она влипла, глупая девчонка? С чего она вообще взяла, что Артур к ней неравнодушен? Ему, наверное, от нее только одно надо - этот медальон, а она, дурочка, уже представляла их будущую совместную жизнь… Ей хотелось заплакать, но героическим усилием она сдержалась.

–  Ну тогда он мне и не нужен, - сказала она, - забирайте его себе.

–  Мне он тоже не нужен, а вот в музее ему самое место. И еще там будет табличка: - «Экспонат любезно передан в коллекцию милейшей Акулиной Голубицкой-Гессер».

–  И все вы врете, - притворно засмеялась Лина, - ни про какую «милейшую» в этой табличке ничего не будет.

–  Ну без «милейшей», - согласился Артур, - а все остальное обязательно будет.

–  И я, когда мне будет девяносто лет, буду приходить в этот музей и тыкать в табличку узловатым кривым пальцем - это, дескать, я принесла! А молодые школьницы будут шептаться: «Вот она, эта спятившая старуха, опять приперлась!»

Воронцов захохотал:

–  Именно так все и будет.

Над перилами показалась седая голова Самвела, который осторожно нес старинный поднос с кофейными принадлежностями.

Кофе пили в молчании, которое нарушалось лишь доносившимся с воды шуршанием мелких ночных волн. Над столиком горел неяркий уютный фонарик.

Лину клонило в сон, несмотря на кофе и все переживания, и заметив это, Артур сказал:

–  Наверное, вам пора домой. Я вижу, что у вас уже закрываются глаза.

Он оставил на столе несколько крупных купюр, бережно обнял Лину за плечи и повел ее вниз по деревянной винтовой лестнице. У Лины закрывались глаза и заплетались ноги.

–  Ну вот… - пробормотала она.
– Накормили бедную девушку до полубессознательного состояния…

–  Вообще-то в этом есть что-то свеженькое и оригинальное, - ответил Артур и подмигнул Самвелу Арутюновичу, который стоял в дверях кухни и с улыбкой смотрел на них, - раньше девушку нужно было напоить, чтобы… ну, сами понимаете. А теперь - накормил, и она в твоей власти.

–  Только не уроните меня, властитель, - сказала Лина, перешагивая через порог.
– Спасибо, любезный Самвел Арутюнович. Все было очень вкусно и очень сытно. Даже слишком сытно. Видите, до чего я дошла? Сама идти не могу.

–  Не верь ей, Самвел, - рассмеялся Воронцов, - она притворяется. Женщины очень любят притворяться.

Девушка тщательно прицелилась и изо всех сил наступила Артуру на ногу.

–  Ай!
– вскрикнул Артур.

–  Ах, простите, я нечаянно, - холодно сказала Лина.

Самвел захохотал, а Артур, скорбно поджав губы, сказал:

–  Ну вот, а что я говорил?

Едва опустившись на подушки «Мерседеса», Лина отключилась.

Артур, усевшись за руль, долго смотрел на нее, и в мягком оранжевом свете приборов было видно, как на лицо девушки опустилось спокойствие и умиротворение, и только маленькая морщинка на переносице, которая никак не хотела разглаживаться, говорила о том, что не все так хорошо, как можно было бы пожелать.

Глубоко вздохнув, он запустил двигатель и плавно тронул машину с места.

Я проснулась, когда мы подъехали к моему подъезду. Вышла из машины и, посмотрев на свои окна, почувствовала, как сердце опять уходит в пятки. Слишком много проблем для одного человека, слишком много горя… Максим, мама, бандиты, брат… Еще эти непонятки с Артуром, загадочная игра, в которой я только пешка. Кто знает, что со мной будет завтра и удастся ли мне выйти живой из этого? Я вздохнула и сказала:

– А вдруг меня снова кто-нибудь поджидает?

Артур тоже посмотрел наверх и ответил: -А я подожду здесь, пока вы подниметесь, и вы мне из окна ручкой сделаете - дескать, все в порядке. И я буду знать, что вы в безопасности. Вообще-то… Те, кто был здесь однажды, уже не придут. Я говорил с их… как бы так поприличнее сказать… с их начальником и все ему объяснил.

– Ачто вы ему объяснили?

– Я объяснил ему, что беспокоить вас нехорошо. А если быть более точным, я сказал ему, что если он еще раз сделает какое-нибудь движение в вашу сторону, я его убью.

– Как тех троих?

Я вспомнила кошмарную сцену в моей прихожей, когда трое бандитов один за другим повалились на пол с пулями в организмах, и меня передернуло. У Артура тогда было какое-то странное лицо - сосредоточенное и в то же время совершенно ничего не выражающее…

– Да, как тех троих.

– Ох, лучше бы такого больше не было, - вздохнула я, - с меня, честно говоря, хватит.

– Будем надеяться, - сказал Артур, - все, идите. Я не люблю долгих прощаний.

– Ятоже, - ответила я и посмотрела в его глаза.

Артур ответил мне ласковым взглядом. Я повернулась и быстро пошла к подъезду, мечтая поскорее укрыться в спасительных стенах своего дома. Не хочу никого видеть, господи, хочу обняться с подушкой и выплакаться наконец…

В квартире, к счастью, не оказалось посторонних, и, подойдя к окну, я распахнула его. Артур стоял рядом с машиной и смотрел на мои окна. Я махнула ему рукой. Воронцов сел в машину, «Мерседес» мягко заворчал и медленно тронулся с места.

Я проводила его взглядом и прошла в гостиную. На автоответчике, стоявшем на старинной резной тумбочке, мигал маленький красный огонек. Я нажала кнопку воспроизведения и услышала мужской голос, который говорил по-английски:

– Мисс Гессер, это говорит друг вашей семьи. Я живу в Кливленде недалеко от ваших родственников. Я хочу встретиться с вами, чтобы передать вам привет от них и рассказать, как они живут. Я буду звонить вам позже. Всего доброго.

Я остолбенела. Рассказать, как они живут… Боже мой, моя любимая мамочка погибла от рук американских гангстеров, моего брата, непутевого Аркадия, застрелили и показали это по телевизору, я сама похоронила его…

И вдруг какой-то американец передает мне привет от родственников и хочет рассказать, как они живут. Это было более чем странно. Из родственников у меня остался только папа, который почему-то даже не звонит из Америки. Я сама звонила ему несколько раз, но никто не брал трубку…