Чтение онлайн

Из принципа tota scriptura следует, что все Писание — неделимое, неразрывное единство Божественного и человеческого. Ключевой библейский отрывок, поясняющий Божественную природу Писания во взаимосвязи с человеческими чертами библейских писателей, находится во 2 Петр. 1:19–21: «И притом мы имеем вернейшее пророческое слово; и вы хорошо делаете, что обращаетесь к нему, как к светильнику, сияющему в темном месте, доколе не начнет рассветать день и не взойдет утренняя звезда в сердцах ваших, зная прежде всего то, что никакого пророчества в Писании нельзя разрешить самому собою. Ибо никогда пророчество не было произносимо по воле человеческой, но изрекали его святые Божий человеки, будучи движимы Духом Святым».

В этом отрывке мы находим несколько взаимосвязанных мыслей. В 19–м стихе подчеркивается достоверность Писания: это «вернейшее пророческое слово». В 20–м стихе говорится, почему это так: пророчество не является делом личного толкования самого пророка. Из контекста ясно следует, что пророк передает весть, не включая в нее собственные мысли. Стих 21 дальше развивает эту идею: пророчество дается не по инициативе, побуждению или соизволению (фелема) человека–посредника: пророки изрекают не свои вести. Библейские писатели — это пророки, возвещавшие весть потому, что были движимы, влекомы и даже подталкиваемы (феро) Святым Духом.

Из этого отрывка становится ясно, что Писание не было ниспослано непосредственно с небес. Бог использовал людей. Святой Дух не ограничивал свободу авторов Библии и не подавлял их уникальную индивидуальность и тем более не уничтожал ее. Их труд иногда требовал от них исследований (Лк. 1:1–3); в некоторых случаях авторы описывали собственный опыт (Моисей во Второзаконии, Лука в Деяниях, авторы псалмов); их книги отличаются по стилю (сопоставьте Исайю и Иезекииля, Иоанна и Павла); одна и та же истина или событие излагаются в них с различных точек зрения (возьмите, к примеру, четыре Евангелия). И вместе с тем, вдохновляя авторов Писания, Святой Дух управлял их разумом в отборе того, что говорить и писать, чтобы они излагали не собственные представления, но абсолютно надежное слово Божье, вернейшее пророческое слово. Святой Дух наполнял мысли людей Божественной истиной и помогал им в написании, в силу чего они подбирали наиболее подходящие слова для адекватной передачи открытой им Божественной истины (1 Кор. 2:10–13).

Это первое следствие принципа tota scriptura о неразрывном переплетении Божественного и человеческого в Писании подтверждается при сопоставлении записанного и воплощенного Слова Божьего. Поскольку Словом Божьим называются как Иисус, так и Писание (Евр. 4:12; Откр. 19:13), то вполне уместно сравнить их Божественно–человеческую природу. Подобно тому, как Иисус, воплощенное Слово Божье, был в полном смысле Богом и человеком (Ин. 1:1–3,14), так и записанное Слово являет собой неразрывное единство человеческого и Божественного.

Второе следствие, вытекающие из принципа целостности Писания, заключается в том, что Библия не просто содержит Слово Божье, а эквивалентна ему. Обилие свидетельств Писания по этому вопросу просто ошеломляет. В одном только Ветхом Завете мы находим более 1 600 случаев употребления четырех еврейских слов (в четырех разных фразах с небольшими вариациями), которые недвусмысленно указывают на то, что весть пророков на самом деле исходит от Бога: (1) «изрек (неум) Господь»; эта фраза употребляется 360 раз; (2) «так говорит (амар) Господь»; употребляется 425 раз; (3) «и сказал Бог» (диббер), 420 раз и (4) «слово (дабар) Господне», 395 раз. Неоднократно указывается на эквивалентность вести пророка Божественной вести: пророк говорит от имени Бога (Исх. 7:1, 2; ср. с Исх. 4:15, 16); Бог вкладывает Свои слова в уста пророка (Втор. 18:18; Иер. 1:9); рука Господа тяготеет на пророке (Ис. 8:11; Иер. 15:17; Иез. 1:3), или слово Господне приходит к нему (Ос. 1:1; Иоил. 1:1; Мих. 1:1). Иеремия обличает своих слушателей за то, что они не слушают пророков (Иер. 25:4), поскольку это все равно, что не слушать Господа (ст. 7).

Способ ниспослания пророческих вестей Израилю обобщается в 4 Цар. 21:10: «И говорил Господь чрез рабов Своих пророков». Во 2 Пар. 36:15,16 мы читаем: «И посылал к ним Господь, Бог отцов их, посланников Своих от раннего утра… но они издевались над посланными от Бога и пренебрегали словами Его, и ругались над пророками Его». Весть пророков была Божьей вестью. По этой причине, говоря о Боге, пророки зачастую, естественно, переключались с третьего лица («Он») на первое («Я»), излагая слова Бога без вводной фразы «так говорит Господь» (см. Ис. 3:1–4; Иер. 5:3,4; Ос. 6:3,4; Иоил. 2:23,25; Зах. 9:4,7).

Слова «так написано» или «сказано» в Новом Завете часто эквивалентны фразе «так говорит Бог». Например, семь цитат из Ветхого Завета в Евр. 1:5–13 представлены как слова Бога, хотя в самом Ветхом Завете эти изречения не всегда исходят непосредственно из уст Господа (см. Пс. 44:7, 8; 101:26–28; 103:4). В Рим. 9:17 и Гал. 3:8 (где цитируется соответственно Исх. 9:16 и Быт. 22:18) Писание отождествляется Слову Божьему: новозаветные цитаты предварены утверждением, что так говорит Писание, тогда как в соответствующих местах Ветхого Завета эти слова произносит Сам Бог. В целом Ветхий Завет расценивается как «слово Божие» (Рим. 3:2).

Хотя Библия не была дословно продиктована Богом в обход индивидуальности ее авторов, которые сами подбирали конкретные слова для передачи вести, все же человеческие и Божественные элементы в ней до такой степени нераздельны, а писатель в такой мере направлялся Богом при выборе надлежащих слов для выражения Божественных мыслей, что слова пророков названы Словом Божьим. Слова Писания считаются достоверными, точно передающими Божественную весть.

Это иллюстрируется целым рядом мест из Нового Завета. Цитируя Втор. 8:3, Иисус говорит: «Не хлебом одним будет жить человек, но всяким словом [греч. панти ремати, «всякое слово», является переводом евр. кол «все»], исходящим из уст Божиих» (Мф. 4:4). Павел о своей вести пишет: «Что и возвещаем не от человеческой мудрости изученными словами, но изученными от Духа Святого, соображая духовное с духовным» (1 Кор. 2:13). Тот же самый апостол говорит: «Посему и мы непрестанно благодарим Бога, что, приняв от нас слышанное слово Божие, вы приняли не как слово человеческое, но как слово Божие, — каково оно есть по истине, — которое и действует в вас, верующих» (1 Фес. 2:13).

Приведенные высказывания Нового Завета подтверждаются еще и многочисленными случаями, когда Иисус и апостолы основывали целый богословский аргумент на одном слове или даже его грамматической форме. Так, в Ин. 10:34 Иисус ссылается на Пс. 81:6 и конкретное слово «боги», чтобы обосновать Свою Божественность. Свою цитату Он сопровождает важным замечанием: «И не может нарушиться (луо) Писание» (ст. 35). Оно не может луо — быть проигнорировано, нарушено, устранено, упразднено или аннулировано даже в отношении конкретных слов. В Мф. 22:41–46 Он обосновывает Свой заключительный, неопровержимый аргумент в полемике с фарисеями ссылкой на одно–единственное слово «Господь» в Пс. 109:1. Точно так же апостол Павел (Гал. 3:16) основывает мессианский аргумент на единственном числе слова «семя» в Быт. 22:17, 18. Павел видит в этом отрывке более широкий мессианский контекст, переходя от собирательного понятия «семя», подразумевающего множественное число, к единственному и уникальному Семени. Иисус демонстрирует Свое наивысшее уважение к авторитету ветхозаветной Торы, когда подтверждает ее целостность: «Ибо истинно говорю вам: доколе не прейдет небо и земля, ни одна иота или ни одна черта не прейдет из закона, пока не исполнится все» (Мф. 5:18).

Третьим общим фундаментальным принципом истолкования Библии является так называемая «гармония Писания». По–другому этот принцип еще определяется и как «аналогия Писания» (analogia scripturae). Поскольку все Писание вдохновлено одним и тем же Духом и все оно есть Слово Божье, существует фундаментальное единство и гармония между его разными частями. Авторы Нового Завета считают разные части Ветхого Завета находящимися в гармонии и имеющими равный Божественный авторитет. Таким образом, авторы Нового Завета могут обосновывать свою точку зрения, цитируя несколько источников из Ветхого Завета как имеющие равный и гармоничный вес и авторитет. Например, в Рим. 3:10–18 мы находим библейские цитаты из Еккл. 7:20; Пс. 13:2, 3; 5:10; 9:28 и Ис. 59:7, 8. Писание воспринимается как неделимое и связное целое. Авторы Нового Завета подхватывают основные темы Ветхого Завета и развивают их (см. III. Д. 1).

Два Завета взаимно дополняют и поясняют друг друга. Иисус объяснил, как Ветхий Завет проливает свет на Новый (и, в частности, на Его личность), сказав: «Исследуйте Писания, ибо вы думаете чрез них иметь жизнь вечную; а они свидетельствуют о Мне» (Ин. 5:39). В других местах Иисус показывает, как Он Сам является объяснением и даже исполнением Ветхого Завета: «Не думайте, что Я пришел нарушить закон или пророков: не нарушить пришел Я, но исполнить» (Мф. 5:17).

Ни один из Заветов не заменяется другим. Последующее откровение проверяется предшествующим, как это видно на примере верийцев, которые оказались «благомысленнее Фессалоникских: они приняли слово со всем усердием, ежедневно разбирая Писания, точно ли это так» (Деян. 17:11). Даже Иисус требовал от Своих учеников, чтобы их убеждение основывалось не на одном лишь опыте или чувственном восприятии, но на свидетельстве Ветхого Завета, на котором должна была основываться их вера в Него (Лк. 24:25–27).