Чтение онлайн

Учитывая воцарившееся после гибели короля Польши и Венгрии безвластие, Янош Хуньяди явно лелеял честолюбивые замыслы прибрать к рукам венгерскую, а возможно, и польскую короны, а к тому же подчинить своей власти Валахию. В самом крайнем случае он желал видеть на валашском престоле надежного и верного союзника. Он нашел такого претендента в лице обретавшегося в Брашове Владислава II из соперничавшего с Дракулом родственного клана Данешти. Хуньяди развернул кампанию против Дракула, очерняя его, и повсюду, где только можно, выставлял его «вероломным союзником», который всегда втайне подыгрывал интересам турецкого султана. В том же ноябре Хуньяди лично встретился с Владиславом в Брашове, а потом вместе с ним перешел через Карпаты, держа путь в Тырговиште. Заранее предупрежденные, Влад Дракул и Мирча велели запереть городские ворота, но бояре как на грех подняли бунт, спровоцированный приверженцами клана Данешти. Кончилось тем, что отцу и сыну с горсткой верных бояр пришлось самим защищаться в собственном городе, но тщетно. Мирчу схватили горожане Тырговиште и после жестоких пыток подвергли самой жуткой казни, закопав его живьем в землю.

Владу Дракулу удалось под покровом ночи бежать из города, и он надеялся найти спасение у стоявших на Дунае дружественных турецких войск. Однако далеко убежать он не смог. Его схватили на болотах у деревни Бэлтени поблизости от Бухареста, где и по сию пору стоит часовенка в его память, ровно на том месте, где он был сражен своими заклятыми врагами Данешти. Несколько верных соратников похоронили Влада в маленькой деревянной часовне, там, где стоит монастырь Дялу, недалеко от Тырговиште. Могилу Дракула, а также его жены Кьяжны так и не нашли, и никаких их портретных изображений тоже не осталось, если не считать недавно обнаруженную фреску в Сигишоаре. Однако после смерти Влада II Дракула некоторые современники поминали его добрым словом. В Будапеште придворный историк, итальянский гуманист Антонио Бонфини, писал об отце Дракулы, что тот был «человек справедливый и непобедимый, сильнейший и храбрейший в бою, ибо благодаря только своим сердцу и мудрости и имея под началом всего горстку воинов он вел длительную войну с турками, поддержанный верными ему солдатами, и те проявляли беспримерную доблесть, не имя ничьей иноземной поддержки, а война эта такова была, что если бы собрать всех христиан, то и те едва бы выстояли в ней». Валеран де Ваврен, лично знавший Дракула по совместной атаке на дунайскую крепость Джурджу осенью 1445 г., заявил, что Дракул «славился своими отвагой и мудростью».

Когда к Дракуле в Адрианополь долетели известия об истинных обстоятельствах жестоких убийств его отца и брата Мирчи, за чьими героическими подвигами он мог следить лишь издалека, боль и страдание, должно быть, разрывали ему сердце, но превыше горя в нем разгоралось неистовое желание отомстить убийцам его родных по справедливости — око за око, зуб за зуб. Однако ему пришлось прождать почти десять лет, прежде чем представилась такая возможность.

Весть о смерти Влада Дракула потрясла всех, как гром среди ясного неба. Ведь он был одним из столпов христианского сопротивления Европы, он доблестно сражался в крестоносных походах, и он единственный из всего ордена дракона сохранял верность принесенным обетам, по крайней мере обету бороться с турками. Султан Мурад II официально известил Влада Дракулу о смерти отца только в конце 1447 г. — в те времена вести из Валахии очень нескоро доходили до Адрианополя. И раз Влад Дракул погиб, его сын Дракула стал совершенно свободен. К этому времени Дракулу произвели в офицеры турецкой армии, и его турецкие хозяева уже дали ему понять, что рассматривают его как преемника отца на валашском троне — твердый характер и лидерские качества определенно произвели впечатление на Мурада. (И только позже, как уже говорилось, более предпочтительным кандидатом сочтут Раду.) А пока Дракуле оставалось лишь дождаться благоприятных политических обстоятельств, чтобы занять валашский престол.

О глубоко личных переживаниях Дракулы нам повествует одно устное народное предание, щемяще-трогательное, которое до сих пор бытует в областях, где еще проживают непрямые потомки некоего боярина Казана, и очень вероятно, что в том предании содержится зерно правды. При бегстве из Тырговиште на Дунай Влад Дракул уже предчувствовал скорый конец и обратился к Казану, прежде состоявшему при нем обер-секретарем, с просьбой передать его сыну и наследнику Владу Дракуле две драгоценные реликвии: меч с толедским клинком, в 1431 г. пожалованный ему императором Сигизмундом в Нюрнберге, и медальон на золотой цепи с выгравированным на нем изображением дракона. Верный данному слову, боярин Казан пустился в опасный путь из своего удела в Олтении. Он скакал день и ночь, у Добруджи переправился через Дунай и достиг Адрианополя всего через пять суток сумасшедшей скачки. Разыскав Дракулу, Казан вручил ему драгоценные посмертные дары отца и рассказал о жестоком убийстве его отца и брата. Предание гласит, что Влад, не сходя с места, поклялся перед боярином, что не будет знать покоя, пока не отомстит за это преступление и лично не убьет Владислава II Данешти.

Первая такая возможность явилась 17-летнему Владу Дракуле в 1448 г., когда Янош Хуньяди сделал попытку восстановить антиосманский фронт вдоль Дуная. В сентябре воевода Трансильвании переправился через Дунай в Сербию и углубился в захваченные турками территории, где рассчитывал соединиться с армией албанского правителя Георгия Кастриоти, отступника от ислама и бывшего товарища Дракулы по турецкому заточению. Султана еще тогда настолько впечатлили геройские подвиги Кастриоти, что он даже нарек его Александром (по-турецки Искандером) в честь весьма почитавшегося на всем Востоке Александра Великого. Мало того, к этому новому имени султан добавил еще почетный титул бей (тур. атаман, господин, такой титул давали сыновьям высших чиновников). Когда Кастриоти бежал от султанского двора в Албанию, его сограждане неправильно расслышали его чуждое для их уха прозвище Искандер-бей как Скандербег, и оно закрепилось в этом произношении. Со временем Скандербег, как и Влад Дракула в Валахии, стал известен как один из самых ярых борцов за независимость от турецкого гнета.

В первой половине октября христианское войско Хуньяди вышло на плато в Сербии, называвшееся Косово поле, то самое, где в 1389 г. сербы понесли историческое поражение от войск султана Баязида. Пока Хуньяди выдвигал войска, турецкие шпионы и лазутчики, действовавшие куда эффективнее, чем разведка Хуньяди, донесли султану точную диспозицию христианской армии. Второе сражение на Косовом поле (поле Черных дроздов) продлилось три дня (с 17 по 19 октября 1448 г.) и обернулось серьезным разгромом возглавляемой венграми армии, а также тяжелыми потерями для восьми или девяти валашских полков, которыми командовал ставленник Хуньяди Владислав II Данешти. Упоминая это сражение, историк Халкокондил писал: «На левом фланге стоял Дан, [Владислав II], большой друг его [Яноша Хуньяди], тот самый, кого он привел на земли даков из ненависти к Дракуле». Как и в Варненской битве, на Косовом поле Хуньяди едва ли мог избежать поражения; стоявшие в арьергарде албанцы Скандербега сумели спасти остатки армии от полного уничтожения. Когда Скандербег попытался пешим порядком отойти севернее, его захватил сербский деспот Бранкович, желавший поквитаться за то, что при проходе на юг к Косову полю армия крестоносцев разоряла и грабила его сербские владения. Кроме того, Бранкович некоторое время удерживал в крепости Смедерево Яноша Хуньяди и отпустил только после того, как последний дал согласие на бракосочетание своего сына Матьяша с Елизаветой фон Цилли, приходившейся Бранковичу внучкой.

И теперь, когда после двух тяжелых военных поражений власть и престиж Хуньяди сильно пошатнулись, Владу Дракуле открылась возможность для решительных действий по захвату валашского трона. И он произвел дерзкий, увенчавшийся успехом переворот при поддержке турецкой кавалерии и одолженного ему соседним дунайским пашой Мустафой Хассаном войска, что не могло не повлечь возмездия с венгерской стороны. Вице-губернатор Трансильвании и доверенное лицо Яноша Хуньяди Николае де Визакна в письме потребовал, чтобы Дракула немедленно явился к нему с объяснением, почему он узурпировал власть в Валахии. А также потребовал у Дракулы указать местонахождение Яноша Хуньяди, который, как виделось не имевшим о нем сведений венгерским властям, просто-напросто «исчез» после битвы при Косовом поле. В ответном послании, до сих пор сохранившемся в архивах Брашова, Влад Дракула написал, что не может явиться на предложенную встречу с вице-губернатором Трансильвании, поскольку этим только возбудит подозрения у турок, и тогда те немедленно предадут его смерти. И еще сообщил, что местонахождения Яноша Хуньяди не знает, но полагает, что тот пал на поле сражения. Однако из предосторожности Дракула присовокупил, что если Хуньяди сумеет вернуться в Трансильванию, то он, Дракула, будет искать мирных отношений с трансильванским губернатором.

Влад Дракула хорошо осознавал, что сможет усидеть на валашском троне, только если турки будут оставаться хозяевами положения. Однако султан Мурад II, которому победа на Косовом поле досталась слишком дорогой ценой, не захотел преследовать отступавшую венгерскую армию. На самом деле Мурад провел на поле битвы три дня и три ночи, чтобы предать земле своих павших воинов, и упустил драгоценное время, не бросившись сразу же вдогонку за убегающим противником.

Благодаря промедлению Мурада Владислав II избежал пленения и сумел скинуть Дракулу с валашского трона при поддержке молдавского господаря Петра II, с которым он состоял в родстве через династический брак и который взошел на престол в марте того года. Владислав II склонил на свою сторону остатки венгерской армии, переправился через Дунай в Валахию, напал на войско Влада и к Рождеству разбил его. Дракуле пришлось снова бежать на юг и искать прибежища в Адрианополе под крылом своих турецких покровителей. Первый период его правления Валахией продлился от силы два месяца. Его удачливый соперник Владислав II снова воссел на валашский престол, но на сей раз принялся налаживать контакты с турками, понимая, что соотношение сил смещается в их пользу.

Что же после всех этих событий случилось с Дракулой? Пересидев некоторое время при султанском дворе, «сын дракона» подался в Молдавию, где уже правил [25] господарь Богдан II, отец будущего господаря Стефана Великого, самого выдающегося из молдавских правителей. А поскольку Влад-старший Дракул в свое время взял в супруги сестру Богдана II, правящий молдавский господарь приходился Владу-младшему Дракуле дядей. Связи между Молдавией и Валахией еще больше упрочились из-за политических превратностей, вынудивших Богдана несколько лет назад искать укрытия при дворе Дракула в Тырговиште. Мало того, супруга Богдана княгиня Олтя имела валашские корни и потому почти наверняка состояла в родстве с Дракулешти. Одних этих семейных связей было достаточно, чтобы при дворе молдавского господаря Влада Дракулу встретил самый радушный прием. Он прожил в столице княжества Сучаве или в ее окрестностях с декабря 1449-го по октябрь 1451-го, и все это время рядом с Дракулой находился его двоюродный брат княжич Стефан, бывший всего на несколько лет моложе его. Скорее всего, их обоих обучали ученые монахи из соседнего монастыря и писцы придворной канцелярии. Так что Дракула имел возможность продолжить свое прерванное румынское образование и именно в годы, когда Молдавия только начинала воспринимать влияние культуры Ренессанса, дошедшей до нее через Польшу и Венгрию. Неудивительно, что между Владом и Стефаном возникла тесная дружба, и возможно даже, что каждый принес другому клятву, что будет помогать ему оберегать и сохранять трон. Так, в июне 1450 г. они бок о бок сражались под стягами господаря Богдана против вторгшейся польской армии и разбили ее в битве у села Красна, приобретя ценный боевой опыт. Зародившуюся в период молдавского изгнания дружбу со Стефаном Дракула пронес через всю жизнь, и лишь однажды на нее легла тень (впрочем, весьма мрачная), когда летом 1462 г. друг Стефан предал его.

Пребывание Дракулы в Молдавии внезапно и трагически прервалось в октябре 1451 г., когда поблизости от Сучавы Богдана II жестоко убил Петр Арон — его родной брат и предводитель еще одного претендовавшего на молдавский трон клана. В сложившихся обстоятельствах у Дракулы и Стефана, видимо, не было другого выхода, кроме как искать убежища в Трансильвании, куда они попали через знаменитый перевал Борго (его готически мрачные окрестности прекрасно описаны в первых главах у Стокера). Правда, в их бегстве был один неприятный нюанс — они отдавали себя во власть и на милость не кого-нибудь, а Яноша Хуньяди, того самого человека, который нес по крайней мере моральную ответственность за убийство отца и брата Дракулы.