Настоящий Волшебник
Шрифт:
– Да, хозяин, - гоблин кивнул, - Ни к чему чтобы нас связывали с деяниями этого чародея-неудачника и печальной кончиной Тристана и его дружины.
– Надо бы придумать себе новое имя и... изменить внешность.
– Имя, да, - возразил Ульрик, - А внешность не стоит. Вы выглядите довольно привлекательно. С бородой и таким темным загаром вас никто не признает. Вы стали совершенно другим человеком. Да и многие ли вас видели вблизи?
– Отлично. Тогда на досуге заглянешь в столицу и выяснишь, как там дела. Подготовь все к моему появлению. Неплохо бы сочинить историю о твоем чудесном спасении из цитадели.
– Не беспокойся хозяин. Что-что, а врать я умею. Правдоподобно!
_______________
Ульрик зачастил в Камелот, с удовольствием отмечая, что народ оказался сильно обеспокоенным своим положением. Мало того, что остались они без доброго короля, так ведь еще и напасти такие приключились. Бог карал беспризорное королевство. Ужасный дракон, съевший и пакостного мага и всех осаждающих его крепость ратников во главе с королем, вырвался неизвестно каким способом на свободу и наводил страх на окрестные деревни и села. А теперь это чудовище настолько обнаглело, что влетело среди бела дня в столицу и спалило своим дьявольским дыханием здание Совета.
Несколько министров лишились своих роскошных домов, на крышах которых крылатая ящерица решила устроить себе посадочную площадку. Крыши были проломлены, тенистые парки испепелены, а золотые рыбки в бассейнах сварились.
Разбойные налеты дракона обсуждались во всех бульварных пасквилях, в каждом доме и любом даже самом захудалом кабаке. Совет собрался специально, чтобы издать очередной указ о перспективах решения этой проблемы, но сановники в ужасе разбежались, когда дракон легонько дыхнул на здание, в котором они заседали, и указ так и не был издан. Придворные поэты во всю призывали храбрых рыцарей вспомнить свой священный долг и избавить страну от напасти. Некоторые из храбрецов, внявших этим призывам, ныне переваривались в огромном желудке рептилии - Фальстааф милостиво разрешил дракону убивать нападавших на него людей, ведь нельзя же было оставить монстра без права самозащиты. Звездочеты предрекали гибель мира и связывали все беды Камелота с осквернением прежним королем могилы старого мага. Мол, отважные воины Тристана, взявшие штурмом крепость с засевшим в ней учеником Маэстро, повели себя как отъявленные мародеры, навлекая проклятие на всю страну. Покойный маг покарал их, его дух вселился в чудовищного дракона и стал мстить за то, что его побеспокоили. Недовольство простого люда Советом дошло до предела. Плохо приходилось и оставшимся в живых рыцарям, имевшим благоразумие не соваться в пасть ящера. Теперь им было даже носу из дому не высунуть, так как горожане бросались яростными нелестными выкриками в их адрес. Впрочем, достигали своей цели не только слова, но и гнилые помидоры да тухлые яйца.
Ульрик надрывался от смеха, когда пересказывал все слухи Фальстаафу. Маг тоже ели сдерживал приступы веселья. Все шло как по маслу. Народ жаждал власти и уже был полностью готов к приходу освободителя.
Однажды, когда Фальстааф, искупавшись, вылез на песчаный бережок Ортеги, он заметил русоволосую девушку с маленьким туеском полным земляники. Она замерла, уставившись на мага, широко распахнув свои серые глаза, затем вдруг выронила добычу, вскрикнула и закрыла лицо маленькими ладошками. Чародей решил, что ее замешательство и испуг вызваны его не совсем пристойным видом, поэтому он побыстрее натянул штаны и поспешил принести свои извинения.
Он обнял девушку за плечи, успокаивая. Но она вдруг открыла свое заплаканное лицо и прошептала, прижимаясь к магу всем своим дрожащим и ужасно соблазнительным телом:
– Ты жив, Фальстааф! ...
Тут маг пригляделся к девушке повнимательнее и опешил:
– Господи помилуй, Розали, какой же ты стала красавицей!
Девушка смущенно покраснела.
– Ты тоже сильно изменился...
– Но как же ты меня узнала?
– удивился Фальстааф.
– Сама не знаю... Ты стал таким... Мужественным, привлекательным. У тебя такой открытый приветливый взгляд... Я даже, подумала, что ошиблась, ведь все кругом говорили, что тебя сожрал дракон, как и моего жениха.
Маг нахмурился и даже стал слегка похож на себя прежнего.
– И кто же это был у тебя в женихах, Розали?
– Тристан...
– тихо промолвила бывшая королевская фрейлина, - Он мне сделал предложение сразу, как только встретил во дворце. А я...
– А ты... согласилась?
– возмутился маг, - Что ты нашла в этом неотесанном неграмотном мужлане.
– Я была вынуждена... У меня ведь совсем никого не осталось после гибели матушки...
– Розали всегда называла покойную королеву «матушкой», что очень раздражало Фальстаафа в детстве, - Но он мне вовсе не нравился...
Фальстааф чуть не скрипел зубами. Его всегда привлекала юная фрейлина, но маг даже думать не мог, что она способна обратить на него внимание, и вот девушка мечты плачет на его так удачно подставленном плече.
– Ты скрылся от людей в башне учителя, а потом натворил столько злых дел... Мне не стоило рассчитывать, что ты вспоминал обо мне. Я... так плакала. Когда узнала, что ты погиб.
– А о гибели Тристана... плакала?
– настороженно спросил Фальстааф.
– Грешно так говорить, но я даже обрадовалась. Мне так не хотелось замуж за него. Но он ведь стал королем, и я не могла ему отказать. Кстати, я видела твоего слугу на улице. Но он не сказал мне, что ты тоже выжил...
Маг повеселел.
– Скоро я сам буду королем. Верну свой престол. У меня благородная кровь, и обделили меня несправедливо. Люди с готовностью отдадут власть тому, кто избавит их от дракона.
Розали отшатнулась от мага. На ее лице было написано отвращение.
– Нет, я ошиблась, ты нисколько не изменился! Такой же самовлюбленный и жаждущий власти негодяй. Значит, этот дракон - твоя колдовская выходка!
– девушка бросилась прочь от Фальстаафа со всех ног.
– Постой, Розали, - закричал маг, - Ты не правильно поняла. Я люблю тебя и хочу, чтобы ты стала моей королевой. А дракон... он сам по себе... он меня самого чуть не съел. Ульрик, зараза, его в подземелье скрывал...
Бежать и вопить было очень тяжко, так что Фальстааф вскоре сильно отстал от быстрой, как серна, Розали. Маг остановился, чтобы отдышаться и плюнул с досады. Ему даже расхотелось становиться королем.
_______________
– Знаю я одного великого чародея, - доверительным тоном вещал Ульрик, отхлебывая от полной кружки эля, окруженный любопытствующими завсегдатаями таверны, - Не чета даже старому магу, не то, что Фальстаафу.
Хозяин заведения налил ему эля бесплатно, как только признал в нем слугу старого Маэстро и его ученика. Гоблин успел красочно описать свои приключения в крепости, как огромное чудовище выползло из склепа Маэстро, сожрало Тристана и Фальстаафа в один присест, поубивало большую часть ратников, а он, несчастный, ели успел спрятаться в платяном шкафу, а затем удрать, пока дракон поедал трупы.
– Так вот этот маг, как раз сейчас в охотничьем домике короля отдыхает. Проездом он здесь. Попросили бы его, он бы вмиг с драконом разделался.
– А откудова этот маг взялся?
– удивился один горожанин.
– Да, приехал из-за гор, он принц одного южного королевства.
– Так, может, он нас и вправду от дракона освободит, да заодно и трон займет, пустующий... Там на юге ему престол, небось, не светит. У них там принцев, как собак не резаных...
– Ну, не знаю, - притворно засомневался Ульрик, - Станет ли он с вами связываться. Дела тут ваши расхлебывать...
Фальстааф со смущением принял смиренных просителей. Согласился пособить, чем сможет.
– Дракон - создание волшебное. К нему особый подход нужен. Так просто его не убить. Разве что заколдовать как-нибудь, чтобы он прекратил мстить осквернителям могилы.
Никто Фальстаафа не узнал, хоть маг и отчаянно волновался по этому поводу.
Ключи от города и знак королевской власти - тяжелый двуручный меч Фальстаафу поднесли на бархатных подушках, когда он, восседающий на драконе, торжественно влетел через главные ворота Камелота. Черную, как сатана, зверюгу побаивались, но, видя, как смело взгромоздился на ящера заезжий чародей, вскоре адаптировались к присутствию дракона на площади. Мрачного освободителя чествовали со всеми полагающимися почестями, ковровыми дорожками, цветами и развешенными кругом орифламмами. Заколдованный дракон тоже с удовольствием слопал поданную ему корову с вызолоченными рогами.