Чтение онлайн

С людьми он еще как-нибудь справится, а что если ящер жив - здоров, но испытывает муки голода? Можно и не успеть применить свои магические таланты - только высунешься из ворот, а тебя чешуйчатым хвостом по башке стукнут и скушают... с аппетитом. Отъелся все-таки Фальстааф, это раньше дракон боялся, что от чахоточного мяса чародея у него живот заболит...

Фальстааф отбросил сигару, выкурив меньше половины, и отхлебнул немного охлажденного вина из кувшина. Ульрик, расположившийся в соседнем шезлонге, всхлипнул и выплеснул содержимое своего фужера на песок.

– Я так соскучился по старому доброму элю. Здешнее пиво такая гадость.

Фальстааф удивленно посмотрел на слугу:

– Ну, уж извини, я никогда не пил ни того, ни другого, поэтому мне трудно придать этому напитку нужный вкус. Надеюсь, это все о чем ты жалеешь, попав в этот эдем.

– Нет не все, - огрызнулся Ульрик, - У меня там много чего осталось... В отличие от вас!

Маг ели удержался, чтобы не сказать грубость, но у него самого на душе скреблись кошки.

Полдень приближался, и пора было возвращаться в отель. Гоблин, и сам прячущийся от солнца под зонтиком, не уставал напоминать Маэстро, что дневное солнце вредно для их никогда не загоравшей кожи.

В номере было непривычно тихо и пустынно. Елена пронеслась в жизни Фальстаафа подобно урагану, и теперь его терзала скука. Еще вчера он думал, что любовь никогда не забудется, а сегодня здраво поразмыслив, решил, что, может, так оно и к лучшему. Красавицу притянуло к магу корыстолюбие, но тень его славы стала постепенно ее раздражать. Любви тут, пожалуй, и не было, просто страсть красивой женщины была новинкой для мага, отшельничавшего почти четверть века.

Однако обнаруженная им безделушка Елены, оброненная во время торопливых сборов, ввергла его в уныние. Чародей попытался даже позвонить ей, но в трубке раздался чувственный мужской голос, и Фальстааф прекратил попытки вернуть свою пассию.

Маг старался, как мог, выбросить из головы все мысли о возвращении домой, но, как оказалось, и Ульрику слова Елены запали в душу.

– Хозяин, мне здесь надоело, - проскулил гоблин, - Мне здесь все надоело! И люди, и дома, и еда, и одежда...

– Клянусь могилой матушки, вернись ты домой, загрустил бы по здешней вольготной жизни!
– постарался пошутить Фальстааф.

Физиономия гоблина стала совсем кислой.

– Зачем вы этого дракона с цепи сняли? Теперь его не запугаешь одним браслетом.

– Тебе-то чем плохо?
– возмутился маг, - Что ты раньше видел со своими сушеными шкурками, ступками да ретортами?

– Все! Все плохо!
– совсем расклеился Ульрик, - Я совсем один! Я внушаю отвращение! Надо мной все смеются.

– Что, здешние женщины тебя не любят?
– усмехнулся Фальстааф, - Они тебя и там вниманьем не баловали.

– Вопрос в том, что здешние женщины не нравятся МНЕ!!!
– отрезал гоблин.

Фальстааф был озадачен таким подходом.

– Вот как...
– только и смог сказать он.

– Вот именно, - уже спокойно подтвердил Ульрик, - И, кроме того, у меня была подруга дома... моего племени... У нее была самая зеленая кожа в мире! И такие прекрасные крохотные глазки, цвета человечьей крови! А эта щетина на загривке, и клыки в целый палец, желтые как старая кость.

Маг почувствовал, что его сейчас стошнит. Но Ульрик продолжал свои излияния:

– Она всегда красила свои загнутые коготочки лаком... Наверное, ее уже кто-нибудь соблазнил. Совсем молоденькая, только триста двадцать годков...

– И что же ты...Кхе-кхе, ...
– совсем растерялся Фальстааф, - Хотел обзавестись ... семьей? Бросил бы меня?

Ульрик примолк и засопел. Но потом тихонько пробурчал:

– Да, пора бы уж... на покой. Учителю вашему служил, и отцу вашего учителя и еще...

– Хватит-хватит!
– рявкнул маг, - Если ты так хочешь домой, то катись, и пусть проклятый дракон тебя слопает.

Гоблин сразу притих, удрал в другую комнату и врубил телевизор на полную катушку.

«Ну, все!
– подумал Маэстро, - Пора возвращаться к работе! А то я с ума сойду от этой ностальгии».

_______________

Фальстааф сидел в своей гримерной после представления, устало разглядывая свою физиономию в зеркале, когда в дверь неожиданно постучали.

«Кого это черти принесли в такое время?» - удивился он. Маг даже не успел переодеться в обычный костюм и парился во фраке.

В дверь вошел циркач - бывший фокусник. Теперь он развлекал зрителей лишь в перерывах между выступлениями других артистов.

– Отметим успех, Маэстро?
– улыбка Бартека казалась наклеенной.

– Нет настроения, - осторожно ответил маг. Этот тип чародею никогда не нравился, а поскольку появление Фальстаафа стало началом конца карьеры прежней цирковой звезды, то никакой приязни к кумиру публики Бартек испытывать не мог.

– От тебя ушла Елена, - полу утвердительно спросил факир.

– Да, - как можно более грустно ответил Маэстро, ему показалось, что выпить с Бартеком будет даже полезно. Он сделал приглашающий жест и достал из шкафчика несколько едва початых бутылок и фужеры.

– Я ее встретил недавно, - вскользь обронил циркач, - Знаешь, она говорила о тебе странные вещи.

– И что же она говорила?
– рассмеялся маг, - Истеричная особа...

Однако Бартек не купился на деланное пренебрежение Фальстаафа к его словам.

– Да так, многое, - Бартек вертел пустой бокал в пальцах.

«Надеюсь, он не станет жонглировать богемским хрусталем», - подумалось магу...

– Что ты наделал хозяин?!
– набросился на мага Ульрик, когда ели стоящий на ногах Бартек вышел из гримерной Фальстаафа.

– Опять подслушивал...
– лениво протянул чародей.

– Да вы пьяны, Маэстро!
– фыркнул гоблин, подозрительно принюхавшись к атмосфере комнатки. При этом его приплюснутый нос забавно зашевелился.

– Вовсе нет, - смеясь, ответил Фальстааф, - Но, бьюсь об заклад, Бартек уверен в обратном.

– Значит, вы ему все рассказали с каким-то умыслом. Ваши излияния не были вызваны излишком принятого бренди?

– Мне следовало как-то объясниться. Елена наплела ему много лишнего. Теперь надо ждать результата: либо он решит, что я сочинил для него сказку, либо примет все за чистую монету. В любом случае, он уже догадался, что мои чудеса подозрительны.