Чтение онлайн

Мой болезненный вакуум в груди взрывается. В глазах темнеет.

Щелчком открываю ее сумочку, переворачиваю на столешницу. Всякая мелочь высыпается и с грохотом падает телефон. Протягиваю его.

– Заряди, - цежу я.

– Нет. Это мой телефон. Это же мой телефон?

Молча сверлю ее взглядом.

– Хорошо, я тебя поняла!
– холодно.

Втыкает в зарядное. Включает. Открывает главный экран. Вижу, как колотиться венка на ее шее и лицо идёт пятнами.

Заходит в настройки. Жмёт «Стереть все данные».

– Что ты делаешь?..

– Возвращаю твой телефон, - двигает по столешнице ко мне вместе с зарядным устройством.

– Охуеть... Ты всё... удалила?!

Засовываю сигарету в губы.

– Не кури здесь, пожалуйста, Саш.

– Ничего... проветришь.

Взгляд мой скользит по столу в поисках газовой зажигалки. Моя - в куртке.

Прикуриваю. И давлюсь дымом, натыкаясь взглядом на пачку презервативов. Открытую пачку!

Я в ахуе...

Беру ее в руки, вытряхивая из коробочки все, что там есть.

Их два.

А это новая сумочка. Купленная при мне. Там не могут лежать "старые".

– У тебя другой мужик?

– Что?! Нет!
– нервно.

– Мм... А это ты так, для красоты в сумке носишь?

– Эти были для нас.

– А напомни-ка мне, когда мы использовали недостающий?

Сдувается, и чуть не плачет. Открывает рот и теряется с ответом.

– Этот мне нужен был для… другого.

– Аааа… да?! Я понял. Не трудись с деталями.

Быстро обуваюсь. Невротик сидя у коврика смотрит на меня своими глазами плошками. Грустно. Веду пальцами ему между ушей.

– Больше не падай.

Хватаю куртку.

– Саша!..
– начинает рыдать она.
– Подожди...

Хлопаю дверью.

Не надо мне тут теперь жертву изображать!

Дерьмо какое… Это ж надо было так запустить ее под кожу?! Идиот.

На улице прикладываю охапку снега к полыхающему лицу.

Всё, блять. На этом всё!

Александр

Время идёт. Меня нихера не отпускает. Гадко, тоскливо, пусто.

Не то, чтобы я не понимаю, что в паре моментов переборщил... Я понимаю. И не то, чтобы я не понимаю, что Наташа явно не лёгкого поведения девица, чтобы вот так на два фронта...

Презервативы эти ещё... Какого, нахуй - "другого"?!

Вот этого? Или этого? Или этого?

Швыряю фотки одну на другую. Собираю их обратно в конверт. Это с наружного наблюдения.

И не надо мне говорить, что у меня профдеформация! Я просто хочу зафиналить эту историю у себя внутри. Мне для этого нужно что-то однозначное.

Достаточно однозначное для тебя, майор?

Да. Но - нет. Все так очевидно, если бы не одно "но". Ее образ внутри меня не перестраивается под это другое. Мои "розовые очки" вросли и хер отдерешь.

Но, если уж я такой кретин и не правильно что-то понимаю, и она хотела бы мне что-то объяснить и сохранить отношения, она бы это давно уже сделала. После того, как мы оба остыли.

Ну я, допустим, остыл.

Но она ничего не делает. А значит, не хочет.

Почему?

Просто потому что не хочет, Иштаров. Чем-то ты не вышел.

Она молодая, красивая женщина... Выбор у неё есть. Он просто не в твою пользу.

Так, стоп.

Я обычно не позволяю себе на работе ни одной мысли в сторону Наташи. Иначе, я не функционален.

Единственное, что я могу - это как-то изолировать этот ком неконтролируемых эмоций.

И он превратился в многоразовую бомбу с часовым механизмом в моей груди.

Он тикает, тикает, тикает... И в какой-то момент - хуяк, и взрывается. Я выдаю неадекват, спуская немного оттуда пар. И снова слушаю, как он тикает...

И отдел мой ходит на цыпочках, уже уловив, что под эти взрывы лучше не попадать.

Я и в лучшие свои времена человек тяжёлый, а в эпоху пиздецов...

И вот она, сука, опять тикает, эта бомба, очень громко - пульсом в уши.

Слушаю, как опера проводят допрос в соседнем кабинете одной мрази. В другом соседнем кабинете - жертвы его издевательств. У меня, блять, стерео! И бомба внутри.

Мразь выебывается...

– Да за меня завтра серьёзные люди позвонят, весь отдел ваш мусорской выебут!

И бомба моя взрывается в очередной раз.

Залетаю в кабинет, хватая за волосы мудака. Пинком выбиваю из под него стул, обеспечивая ему встречу в полете подбородка со столешницей.

С воплем падает на пол.

– Ты до завтра доживи у меня сначала!

– Михалыч... Михалыч...
– оттаскивают опера.
– Ты поезжал бы, отоспался, мы сами тут...

Толкаю стонущую мразь в бедро ботинком.

– Мои сотрудники хотят спать. За час не отдуплишься, утром приеду сам тебя... допрашивать. Всё, я уехал!

Хватаю со стола пакет с фотографиями.

– И это еще... завтра пацанов мне Семена и Федора на дачу показаний...

Домой еду с сосущим чувством под ложечкой. В пустоту.

Ни Наташи, ни невротика.

Может, кота завести?

Хоть одна живая душа...

На перекрестке - толпа подростков. Стоят кружком на тротуаре. Девочка какая-то - на корточках... И меня дёргает эта картина. Что-то не то...

Торможу рядом.

– Так, от девочки отошли! Вы чего тут, м?
– строго рычу на них я.

Обрачиваются.

Девочка поднимается с щенком на руках.

– Здравствуйте... Тут щенка сбили. Вы не могли бы его увезти в ветеринарную клинику.

Ну вот... Инициатива имеет инициатора, да?

Щенок - ещё маленький колобок.

Устало вздыхаю. Заказывал живую душу, майор? Вот, бери.

– Пожалуйста!
– упрашивает девчонка, сводя жалобно брови. На глазах слезы. На Лизу мою похожа...

– Ладно, давай его сюда, - ворчу недовольно.

Забираю через окно.

Поднимаю перед глазами, разглядывая ущерб. Контуженный косит обоими глазами и неуверенно виляет обрубышем хвоста.