Чтение онлайн

— Ты сядь, дорогая, и успокойся, — ласково произнес Алексей. — Все не так уж плохо, как ты думаешь…

Он усадил ее на диван и, выйдя в прихожую, достал из шкафа сверток, который тайно запрятал туда полчаса назад. Развернув бумагу, в которой оказалось целое море гвоздик, доктор, крякнув, направился в гостиную.

— Нина, я вот что думаю… Может быть, нам пожениться?!

Женщина вскинула на него изумленные глаза, из которых внезапно хлынул целый поток слез. Она плакала, качала головой и улыбалась. Потом, немного успокоившись и слегка заикаясь, она спросила:

— Алеша, милый! Ты что же, делаешь мне предложение?!

— Да, я хочу, чтобы ты, моя любимая женщина, вышла за меня замуж!

Снова слезы ручьем побежали из ее сияющих глаз прямо на цветы, которые она держала в руках.

— Ну вот, хоть польза будет от твоих слез, — попытался шутить Алексей, сам с трудом сохраняя спокойствие, — поливать не надо.

Наконец, запас соленой влаги иссяк, и счастливая Нина, смеясь, спрашивала:

— Алеша, ты говоришь, что любишь меня?

— Да, да! И очень!

— Что же ты раньше молчал об этом?! — Нина обняла любимого человека и долго-долго целовала его. — Конечно, дорогой! Я безумно тебя люблю и мечтаю выйти за тебя замуж. Хоть сегодня!

Они долго сидели, обнявшись, и говорили о будущей совместной счастливой жизни… Уже перед сном, занавесив окна плотными шторами и расстелив постель, молодая женщина тихо проговорила:

— А у меня есть для тебя сюрприз…

— Какой?

Нина улыбнулась и положила руку доктора себе на живот:

— У нас с тобой будет ребенок!

Тут пришел черед изумляться Алексею. Поборов охватившее его волнение, он крепко сжал в объятиях свою подругу.

— Ой-ой! — только и сумела пискнуть она.

А когда Алексей выразил таким образом свое восхищение и благодарность, она шутливо пожаловалась:

— В собственной постели чуть не погибла!

— Спасибо тебе, милая!

— И тебе, любимый, спасибо за все!..

Долго в эту ночь Алексей не спал, гладя волосы женщины, в которой был уверен так же, как в себе.

Быстро пролетел месяц, приближался день свадьбы. В один из дней Алексей задержался на работе дольше обычного — было много срочных дел. Он уже выходил из кабинета, когда раздался тот телефонный звонок.

— Алексей, — услышал в трубке главный врач низкий мужской голос, — заедь срочно ко мне, буду ждать у себя на работе.

— Подождите, кто это?

— Алеша, это я, Сергей, — действительно, сейчас он узнал голос друга, но это был какой-то чужой, совершенно изменившийся голос.

— Что случилось?

— Приезжай, это не по телефону.

— Хорошо, я уже готов — жди.

Машина доктора остановилась на стоянке полицейского управления через 15 минут. Сергей стоял у входа. Они пожали друг другу руки, и майор увлек Алексея к его же «Волге».

— Если не возражаешь, я сяду за руль.

— Садись… Да в чем дело?!

Сергей был явно чем-то сильно расстроен, но продолжал молчать.

— В конце концов, ты будешь говорить или… — вспылил доктор.

— Значит, так… Крепись, дружище… Твоя Нина погибла в автомобильной катастрофе 2 часа тому назад…

С минуту Алексей сидел, словно рыба, глотая воздух. Наконец, он пришел в себя и глухо проговорил:

— Нет!.. Я не верю.

Потом его словно прорвало — он кричал: «Не верю, не верю!..» — стуча по приборной панели своими кулаками.

— Сережа, ну скажи, что ты разыграл меня?! Что ты просто хочешь проверить мои чувства к Нине?!

Майор отрицательно покачал головой:

— Ее машина перевернулась и взорвалась, и труп сильно обгорел, но это она.

Наступило молчание, а потом Алексей глухо проговорил:

— Вези, я хочу ее видеть.

— Алеша, может быть, не надо? — осторожно произнес друг. — Поверь, это ужасное зрелище…

— Вези, я тебе сказал!

— Хорошо… как скажешь.

По дороге Сергей коротко рассказал о катастрофе, в которой сгорела машина вместе с невестой Алексея. Добравшись до здания судмедэкспертизы, они прошли в комнату для опознания. Картина, открывшаяся перед ними, была действительно кошмарна. На столе лежало черное полуобугленное тело — это было все, что осталось от веселой, жизнерадостной, искрящейся счастьем женщины. Алексей застонал и почти выбежал за дверь. Друг с трудом отыскал его через полчаса в одном из длинных мрачных коридоров патанатомии. Обняв доктора, он повел его к выходу:

— Если ты не против, я сегодня останусь с тобой.

Алексей безразлично пожал плечами. Дома Сергей заставил друга выпить изрядную дозу коньяка, подсыпав туда снотворного. Этот метод «лечения» был давно им проверен и действовал безотказно. Действительно, вскоре Алексей, развалившись на диване, забылся в тревожном сне. Улегся и Сергей, но в полночь он почувствовал рядом с собой какое-то движение. Выработанная годами профессиональная чуткость его не подвела. Он открыл глаза и с удивлением увидел сидящего совершенно трезвого Алексея.

— Не спишь?

Тот в ответ только махнул рукой и вытер мокрые глаза.

— Еще коньяку?

— Нет, от него только голова болит… Слушай, Сережа, ну почему все так несправедливо?!

— Да, ей бы жить да жить, ведь она была достойна такого счастья… — не договорив, майор замолчал на полуслове.

Нину похоронили через день. Каждый вечер Алексей приезжал к ней и привозил на ее могилу свежие цветы. Казалось, с ее уходом иссякли все радости жизни. Алексей замкнулся на своей работе. Он стал молчалив, предпочитал одиночество. Лишь изредка Сергею удавалось зазвать его к себе, отвлекая от тягостных раздумий. Единственным утешением была подрастающая дочь. Но так или иначе, а жизнь продолжалась. Постепенно Алексей свыкся с потерей любимой к вместе с этим полностью потерял интерес к женщинам. Прошел год, два… Время, казалось, остановилось для него. Листая страницы настольного календаря, он иногда ловил себя на мысли: «Как, уже май?!», «Позволь, неужели скоро ноябрь?..»

ГЛАВА 42

Прошло несколько лет… Лишь одна-единственная женщина появлялась в квартире доктора Васильева — это была его дочь. После замужества матери она еще больше сблизилась с Алексеем. Она его очень любила, часто делилась девичьими секретами, зная, что на папу можно положиться.

Однажды вечером, проводив дочь, Алексей выдвинул ящик письменного стола, разыскивая нужную ему тетрадь. Давно не открывал он этот отдел. На глаза попалась небольшая коробочка, из тех, в которых предавали ювелирные изделия: