Чтение онлайн

Катя помогла мне заправить остальные кровати и все, наконец-то, разошлись по комнатам.

Я выключила свет и легла, прекрасно понимая, что уснуть не в силах. Сознание решило устроить мозговой штурм, но с темой определиться не могло, мысли скакали, как блохи, и я не могла ни за одну уцепиться и сосредоточиться, чтобы додумать ее до конца, а от некоторых старательно отмахивалась сама. Проворочалась часа два, не меньше, пока не услышала осторожные шаги в коридоре, а потом как приоткрылась моя дверь и без удивления увидела Сергея.

– Чего притащился? – спросила ворчливо.
– Отец через комнату.

Он не спешил отвечать, сел на кровать, развернувшись ко мне лицом и хмуро спросил:

– Василиса, откуда синяки на запястье?

Я закатила глаза и слегка простонала, то есть всеми доступными способами показала, как утомил меня этот вопрос.

– Откуда синяки? – упрямо гнул он свое.

– Да что вы привязались, синяк и синяк, сойдет через неделю.

– Это твой мент постарался? – спросил он грозно, но тихо. А я только бровью повела: какие ловкие, пальцем тыкать, откуда только знают друг о друге… не помню, чтобы я их знакомила.

– Нет, – ответила сурово.

– Точно?

– Точнее некуда. Мент был очень нежен.

– Жестоко, - поморщился он, но продолжил докапываться: - Кто тогда?

– Отцепись, - разозлилась я.
– Я же тебя не спрашиваю, где ты шляешься, что делаешь и с кем.

– Справедливо, – вынужден он был согласиться, посидел немного, потом лег рядом, лицом ко мне, обнял поверх одеяла и нежно поцеловал. – Извини, что втянул тебя в свои проблемы и подверг опасности.

– Да брось, ты же знаешь, мне только волю дай где-нибудь покопаться, да кого-нибудь поискать, - улыбнулась я вполне дружелюбно, а он улыбнулся в ответ:

– Откуда знаешь, что я знаю?

– Сережа, не все бабы дуры, - с укором сказала я.

– Я запомню эту мудрость и пронесу ее через года, - сострил он и засмеялся, заглядывая в глаза, потом резко стащил с меня одеяло, притянул к себе, пристроив обе руки на самых интересных местах, и начал покрывать поцелуями мою шею.

– Сережа, ты меня волнуешь, - прохрипела я, тяжело дыша.
– Лучше уходи.

– Вот блин, - приуныл он, замерев, но из объятий не отпустил.
– Наконец-то тебя увидел и такая непруха.

– Топай отсюда, - передразнила я его слова, он тяжело вдохнул, поднялся и ушёл, оставив меня в растрёпанных чувствах: хотелось, чтобы он остался, но я прекрасно понимала, что это чистая физиология, ничего общего не имеющая с реальными чувствами и была уверена, что им движут те же мотивы. Улыбнулась грустно и постаралась уснуть.

Сон все не шел, я отчаянно ворочалась, злилась Бог знает на что, но упорно продолжала таращиться в потолок, а потом снова услышала шаги.

«Не вытерпел, что ли» - промелькнула мысль и я на всякий случай притворилась спящей, оставив глаза чуть приоткрытыми и стараясь, чтобы ресницы не дрожали. Дверь бесшумно открылась и я поняла, как сильно просчиталась с выводами. В комнату вошел Алексей и встал возле самой кровати, держа руки в карманах.

«Вот ведь проходной двор!» - в сердцах подумала я.

Он постоял так немного, прожигая меня взглядом, потом присел на корточки рядом и осторожно провел пальцами по моему запястью, которое не давало всем покоя весь вечер. По телу прошла теплая волна и я отдёрнула руку, как от огня.

– Не спишь? – спросил он очевидное.

– Как видите, – резко ответила я.

– Слушай, - неожиданно начал он с искренним удивлением в голосе, - почему ты мне «выкаешь»? Я старше-то лет на пять всего.

– Да мы вроде даже не знакомились, - повела я плечом, что было абсолютной правдой. Он тихо засмеялся и протянул мне руку:

– Алексей, можно на «ты».

– Василиса, и ты и так мне «тыкаешь», - со смешком ответила я и осторожно взялась за его руку, ожидая подвоха. Он схватился за нее, не сильно, но крепко и так и замер. – Ты чего пришел? – спросила я и удивилась своему испуганному голосу. Чего я боялась?

«Наброситься на него прямо тут, вот чего» - съехидничал внутренний голос, - «Да вот беда, не знаешь, какой будет ответная реакция».

– Не знаю, - ответил он, - наверное, опять посмотреть.

– Чтобы снова ничего не увидеть.

Он усмехнулся и не ответил, продолжая держать мою руку, потом ослабил хватку, но я свою не убрала: просто не смогла. Он обратил на это внимание и провел по ней большим пальцем, а я вся покрылась мурашками и, чтобы скрыть свое состояние, все же резко ее отдёрнула.

– Почему Серегу погнала? – спросил он, а я снова опешила: никак не привыкну к его манере вести разговор, прыгая с темы на тему. Сработала защитная реакция и я огрызнулась:

– Слишком громкая.

А он снова ухмыльнулся, и я увидела, как сверкнули его глаза.

– Спасибо, что вытащила сестру, - сказал он сухо, поднимаясь.

– Не стоит, - так же сухо ответила я, - она за себя уже поблагодарила.

Он скрипнул зубами и вышел из комнаты, печатая шаг, но дверь прикрыл осторожно. А я откинула голову на подушку и снова, как последняя идиотка, тихо заплакала. Так тихо и так горько, как только это было возможно.

Проснулась я поздно, разбитая и не в настроении, и поразилась тишине в доме. Быстро умылась и спустилась вниз.

– Уехали, не решились тебя будить, - ответил отец из кресла у камина, я пошла на звук и плюхнулась в соседнее, радуясь, что не придется смотреть в глаза ни одному, ни, тем более, другому.
– Катерина просила передать, что позвонит, как только будет возможность.

– И уехали они не в дом в поселке разумеется?
– отец кивнул.
– И, разумеется, никто не должен знать, что Алексей жив, а Катя благополучно выбралась из плена и находится под его опекой?
– отец вздохнул и снова кивнул, отводя взгляд.

– Василиса… - начал он, но я его перебила:

– Не утруждайся. Сейчас мне нужен ответ только на один вопрос: когда та самая поставка, о которой говорят? – и намерено выделила «та самая, о которой говорят», а отец внимательно посмотрел на меня и все-таки спросил:

– Ты не осуждаешь меня?

А я надолго задумалась. Нет, правда, осуждаю? Каждый борется как может.

– Нет, - ответила уверенно, а он вздохнул с облегчением и лицо преобразилось: передо мной вновь сидел мой большой добродушный отец, которого я так любила.