Чтение онлайн

В ушах шумело, из головы вылетели все связные мысли. Все, кроме одной. Окончательно отдаться наслаждению ему мешало последнее неразрешённое обстоятельство…

— Лив, — прошептал он, насилу отстранившись, — а что твой муж?..

Её тело ощутимо напряглось, и он уже было подумал, что зря заговорил об этом сейчас. Но Лив только качнула головой и, подавшись вперёд, прошептала ему на ухо.

— В прошлом. Есть только ты.

Слов уместнее сложнее было представить.

Больше ничего не говоря, Барри подхватил девушку под бёдра и опустился вместе с ней на стоящий рядом диван…

Глава 23

Хорошо. Ну а дальше-то что?..

Лив держала в руках чашку с давно остывшим кофе и неспешно крутилась на стуле из стороны в сторону, бездумно глядя в окно кабинета. Темень. Это и не удивительно, учитывая время — было только без четверти шесть утра. То тут, то там, в доме напротив, загорались окна, и люди, сонные и несчастные, начинали свой день.

Её собственный день начался примерно час назад.

Лив прикрыла глаза, мысленно воспроизводя в памяти произошедшее накануне вечером. И ночью. Кожа ещё помнила прикосновения мужчины, который сейчас мирно спал за стенкой, в её постели, а губы — его поцелуи. Около девяти вечера позвонила миссис Мюррей и сообщила, что школа закрывается на карантин, но им на работу ходить надо, хоть и на сокращённый день. Как-то само собой решилось, что Барри останется на ночь. Тогда ей это показалось замечательной идеей, и во многом она, конечно, была права.

В животе всё затрепетало. Как же это было хорошо! Было так здорово лежать рядом с ним после, болтать, обниматься…. Никакой неловкости, никакого смущения, словно произошло нечто правильное, но при этом — совершенно волшебное…. С Майлзом она ни разу не чувствовала ничего подобного. Потому что никогда и не испытывала к нему того, что испытывает сейчас к Барри.

Выходит, она лицемерка? Её тогда так задело признание мужа о том, что он никогда не любил её, а сама ведь не лучше!.. Лив дёрнула головой, прогоняя эту мысль, и отставила чашку. Нет. Лучше. Она старалась сделать их отношения крепче. По крайней мере, с её стороны была какая-никакая симпатия и привязанность.

В чём она была не права — так это во лжи самой себе в том, что её всё устраивало. Так уж вышло, что по-настоящему жить она начала лишь по возвращении в Истборн, после знакомства с Барри.

Но она не лгала Майлзу. Несмотря на то, что её сердце тянулось к другому мужчине, она не позволяла себе ничего лишнего до тех пор, пока не решилась на развод. Так что она лучше Майлза. Или, по крайней мере, честнее.

И если это так, сейчас, прежде, чем идти на работу, она должна поговорить с Барри, рассказать ему обо всём. Потому что если он узнает о сложившейся в её семье ситуации от кого-то другого, может воспринять всё неправильно. А потерять этого мужчину — последнее, чего бы ей хотелось!

Подхватив чашку, девушка отнесла её на кухню. Всё так же, в потёмках, она помыла её, протёрла столешницу…. Тянула время, хотя и понимала, что это глупо. Как же всё сложно, боже…

— Почему ты тут, в холодине, а не в постели со мной?

Лив развернулась и едва не налетела на стоявшего почти впритык Барри. Он кутался в плед, и на мгновение распахнув руки, привлёк её к себе, поместив в тёплый кокон, после чего нежно поцеловал.

— Совсем продрогла. Ты же здесь не прячешься от меня?

О чём там она хотела поговорить?.. И так уж это важно?..

Нет, прочь наваждение. Конечно, важно.

Но какой же он тёплый! И уютный. И как не хочется портить этот волшебный момент дурацкими разговорами….

— Барри, надо поговорить. Сейчас же. Не то я передумаю.

Она собиралась отстраниться, но кольцо из рук мужчины даже не дрогнуло, поэтому, смирившись, последовала за ним к дивану, и села к нему на колени. Невольно вспомнив, что именно здесь начинался их прошлый вечер, смутилась. Барри привлёк её к себе, накрыл ноги пледом, и поцеловал в шею, и Оливии от такой нежной заботы захотелось разреветься! Хоть бы ничего не испортить!..

— Барри, я, правда, не знаю, с чего начать…

— Лив, — мужчина отклонил голову, и ей стало не по себе от его внимательного, прямого взгляда, — если ты сожалеешь о том, что произошло между нами, то лучше скажи, как есть. Недомолвки и ужимки всё только испортят.

— Сожалею?.. Нет! Как о таком можно вообще сожалеть?! Я пока в здравом уме! — Барри медленно улыбнулся, и девушка поняла, что возразила, пожалуй, слишком горячо — теперь, того и гляди, возгордится. Впрочем — заслуженно. — Я встала сегодня, и решила, что ничего не выйдет, если я не буду честна с тобой. И я хочу, чтобы ты обо всём узнал от меня.

— Боже. Ну и подача. Мне выпить чего-нибудь, чтобы сердце поберечь?

— Барри, я развожусь.

— Ну не со мной же. — Мужчина пожал плечом. — По-моему, ты преувеличила масштаб трагедии.

Лив выдохнула. Возможно, он и прав. Наверняка, так оно и есть. Однако… Девушка поёрзала, устраиваясь поудобнее, и положила голову на плечо мужчины.

— Когда я вернулась в Истборн, у меня словно шоры спали с глаз, а та жизнь, в Льюисе, показалась мне искусственной подделкой. Всё было серым и скучным, словно бесталанная игра в изначально провальной пьесе. Я больше не хотела так жить, и мысль о разводе посещала меня всё чаще. Я не такая решительная, как мне бы того хотелось. Но с каждым днём я становилась сильнее. — Лив заглянула мужчине в глаза. — Ты делал меня сильнее. Своей поддержкой, своей симпатией, которую всё время пытался сдерживать. Видит Бог, я с ужасом думала о том, чтобы работать учителем, но мне удалось сродниться с этим. В том числе и благодаря тебе.

Барри бережно убрал волосы с её лица.

— Рад был помочь.

Лив прыснула и шутливо стукнула его в плечо.

— Тем утром, перед вечеринкой, я узнала, что Майлз изменяет мне, — тихо проговорила она, посмотрев в окно. — А вечером, прежде, чем выйти к тебе, узнала, с кем именно. С моей сестрой. Барри, это надломило меня. У нас с Мариссой никогда не было таких отношений, как у вас с братьями. Мы не были близки. Но это же не повод, чтобы… — Лив порывисто вздохнула. — Я почувствовала себя ничтожеством.

— Чепуха!

Лив покачала головой.

— Вот ты можешь представить, чтобы кто-то из твоих братьев сделал подобное?

— Нет, поэтому и говорю, что дело не в тебе, а в том, что он — изменщик, а она… — Барри грязно выругался. — Я понял, что тогда случилось что-то ужасное, но даже представить себе не мог ничего такого. Проклятье, девочка, мне жаль.

— Вот и мама мне то же самое сказала, — мрачно проговорила Оливия. — Знаешь, я и раньше догадывалась, что он завёл интрижку, и ещё до того, как узнала, что это…Марисса, думала, мол, а вдруг он встретил кого-то, с кем ему так же хорошо, как мне — с тобой? Тогда меня обижало враньё. Когда узнала о сестре — стало больно.

— А потом ты врезала ей.

Лив села прямо и уставилась на улыбающегося мужчину. Отчего-то стало и стыдно, и смешно.

— Откуда ты узнал?

— Всевидящий Эрни Миллс. Ничто от него не скроется. Знаешь, что я обо всём этом думаю, Лив?

— М-м-м?

— Я рад, что ты со мной этим поделилась. И заодно очень аккуратно призналась в своих чувствах ко мне. Ну-ну, не смущайся, — посмеиваясь, сказал мужчина, когда девушка крепко зажмурилась и поджала губы. — А насчёт тех двоих — забудь. Им всё вернётся, причинив кому-то такую боль, мало кому потом удаётся наладить счастливую жизнь. А теперь, — Барри посмотрел на часы, стоящие на тумбочке, и, привстав, уложил хихикающую девушку на диван, — до работы ещё есть время. Мы как раз кое-что успеем….