Чтение онлайн

– Вы играете на музыкальных инструментах, Рудольф Ефимович?
– спросил он Паука. Тот не успел ответить.

– Знаю - не играете, и музыку Вы не любите, господин главный инженер, иначе...

Силан не успел сказать, чтобы делал Паук, если бы играл хотя бы на балалайке - он услышал, как на втором этаже кто-то зарыдал, громко, с надрывом, с причитаниями. С лестницы спустилась жена Силана :

– Силан, там Аннушка, она в истерике...

Силан вспомнил красивый зеленый дождь, счастливую Аннушку с распущенными, в мокрых зеленых водорослях волосами...

Впервые в жизни Силану было страшно идти туда, наверх. Аннушка рыдала, зарывшись в подушку. На полу по всей комнате, на кровати валялись пучки ее длинных, прекрасных каштановых волос. Особенно много их было на туалетном столике, мертвые волосы отливали зеленым...

– Я застала ее перед зеркалом, она отрывала легко поддающиеся пряди и рыдала, - тихо пояснила жена.

Силан дотронулся до плеча Аннушки:

– Когда это началось?

– Два дня назад, - хриплым, не своим голосом сквозь слезы ответила Анна.
– Сначала был насморк, потом покраснело лицо и руки, а потом...

Аннушка на секунду повернулась лицом к Силану, и тот увидел, что и ожидал: не юное белое лицо красивой девушки, а какую-то маску краснокожей старухи-индианки, с пузырящейся кожей щек, язвами на неестественно бледных губах и затекшими глазами - не от слез...От роскошной прически ничего не осталось... . Он долго не знал, что сказать девушке...

– Анна, это - зеленый дождь, помнишь? Это вредные водоросли... Это - излечимо, я сделаю все, чтобы тебя вылечили.

– Лёля, вызови скорую, нет, отвези Анну в больницу на нашей машине, - приказал он жене, когда они сходили вниз по лестнице. - И скажи главному врачу, чтобы никто из медперсонала не распространял слухи о болезни Анны, пусть положат ее в отдельную палату. Дадут успокоительное, а завтра прибудет из Москвы спец по этой болезни, я все устрою. Да, к машине иди только по выложенной дорожке, а туфли свои ... выброси перед мостом.

– Как? Зачем? И в больницу пойду босой?

– Зачем же - возьми отсюда домашние тапочки там или купальные... Аннушку тоже разуй - в больницу ее пусть несут на носилках. Поняла?

– Эти водоросли такие опасные?

Силан выразительно посмотрел на жену:

– Лёля, ты - жена ученого, "ядерщика", как говорят в народе. Поняла?

Жена испуганно посмотрела на Силана:

– Ты ударил меня по рукам, когда я ловила зеленую воду - ты уже знал тогда?

– Если бы я знал, дорогая... Ну, с богом.

– А волосы у нее вырастут?

– Боюсь, что нет...

Когда Силан целовал жену на прощание, он на мгновение представил ее с таким же лицом как у Анны. И поцелуй получился коротким.

Паук ждал Силана внизу, безрезультатно пытаясь решить ребус директора о его, Рудольфа, музыкальной неграмотности. Директор быстро вошел в зал, где ждал его Паук, и с ходу уперся локтями на стол, подперев большую голову руками. При этом сдвинув футляр со скрипкой. Однако в этой комической позе была явная угроза :

– Какие водоросли выращивал Пьер на вашей установке, Рудольф Ефимович?
– было первое, что он сказал Пауку.

– Что? Какие водоросли?

– Водоросли, которые имеют тот же цвет, что и окись плутония...

– Как Вы узнали?

– Что узнал?

– Что это окись плутония.

– Вот сейчас, от тебя, Главный инженер. Главный предатель.

На Паука было жалко смотреть, от него противно пахло потом. Дрожащей рукой он поправил покосившийся футляр со скрипкой. Силан ударил его по руке.

– Значит, авария все-таки была? И активность выпала именно здесь, на моей ...на усадьбе Синюгина? И этот зеленый дождь... Где он еще шел? Где!?

– Только здесь... Мы всю местность проверили...

– "Проверили" - чем? Своим потным носом? !

– Ошибка дозиметристов - они искали здесь только гамма-излучение. ...Я не виноват, Силан Давидович, простите!

Паук упал на колени, головой тыкаясь в грудь Силана.

– Оставь эти штучки - здесь не театр, а я не господь бог. Не он будет судить тебя, а земной суд, "самый гуманный в мире", между прочим.

– У меня два мальчика, оба больные, у них врожденный порок сердца...

– А Аннушка теперь будет лысая ходить, а может быть, и еще кто-нибудь...

– Это все Пьер... Это его дела..

– Всюду этот Пьер! Что за человек, этот Пьер?

– А вы не понимаете?
– Паук встал с колен.
– Вы же сами подписали приказ о назначении Пьера руководителем группы изучения тяжелых изотопов.

– Когда это было?

– Год назад.

– Возможно, подписал. Но ему разрешалось, насколько я помню, получать плутоний-238 в малых количествах, с целью разработки наиболее дешевой технологии его получения. Откуда же здесь такая высокая плотность радиации?

– Они получали изотоп несанкционированно, в огромных количествах.

– И ты это знал... и меня, директора, не поставил в известность!

– Они отчисляли большие инвестиции в институт. И конверты для администрации. Для Вас, Силан Давидович ...

– Врешь, Паук! Это церковь жертвовала на науку...

Паук странно и страшно улыбнулся:

– А виллу на Кипре для...института....- тоже церковь?

После непродолжительной паузы, во время которой Силан, возможно, подсчитал в уме, сколько этих чужих денег лежит на его и жены счетах, он уже спокойнее спросил Паука:

– Почему же случилась авария?

– Это все подстроено, это Егор специально подстроил и Романова использовал, зная про его любовные похождения. Его и Романова надо арестовать! Срочно! Они виновники! Это все против Вас, Силан Давидович! Против Вас!

Силан видел, что у Паука начинается истерика, показная или истинная. Он налил бокал коньяка и заставил выпить Рудольфа.

– Проведешь эту ночь здесь, в усадьбе. Думай, что делать, вместе со своим Пьером. Если город узнает об аварии, ты понимаешь, что будет с твоими мальчиками.

На самом деле, Силан заблуждался - мальчиков Рудольфа Задрюченко ожидала более страшная судьба, чем та, что он имел ввиду - быть сыновьями узника колонии строгого режима.

Силан уехал, не сказав больше ничего. С собой он взял скрипку и домашние тапочки.

– --------------------------------------------------------------

На следующее утро после неудавшейся вечеринки в усадьбе Синюгина рано проснувшиеся дачники наблюдали странную картину: по главной улице их садового кооператива брел пьяный человек ...в противогазе. Более внимательные могли заметить, что из сумки противогаза торчало горлышко бутылки, а резиновая трубка болталась, не будучи подсоединенной к фильтрующей коробке. По виду дорогой, кремового цвета костюм пьяного был весь в зеленых пятнах - вероятно, его хорошо поваляли в траве. Человек утыкался в заборы, поднимался, держась за штакетник или с трудом подтягиваясь на скользкой поверхности забора из профлиста, и продолжал свой зигзагообразный путь.