Чтение онлайн

Вопреки договоренности, Матвей не повернул к выходу, а, отвязавшись, поплыл дальше, зацепив конец страховочной веревки за подходящий выступ.

– Только вот не вздумай на меня дуться, щенок!
– Орал на вконец ошеломленного реакцией друзей на свое своевольство Матвея Василенко.
– А то я тебе еще и второе ухо накручу! Тебе, сучий потрох, что было велено: закончилась веревка - развернулся, и назад! Мы тебя вытаскиваем! Так?! Так! А ты что учудил?!

Дело в том, что в тот момент, когда Матвей должен был возвращаться из своего разведывательного заплыва, его товарищи пережили с десяток очень неприятных минут. Страховая веревка, подтягивая которую мужики должны были помочь парню преодолеть течение подземной речки, натянулась, и ни в какую не желала вытаскиваться обратно. Когда ждать и надеяться уже не осталось сил, и в тоннель выручать парня собрался Григорий Семенович, трехэтажным матом пресекший все возражения по поводу его кандидатуры, веревка вдруг несколько раз дернулась и подалась.

Выбравшись наружу, Поляков рассказал друзьям, что добрался до конца тоннеля, длина которого оказалась около шестидесяти метров - немногим больше длины страховочной веревки. Он выходил в большую пещеру, на подобии той, которая была под графским домом на хуторе, а вода падала куда-то вниз, образовывая очередной водопад.

Вот после этого рассказа Матвею, как говорится, тут же и "прилетело" от старших товарищей. Семеныч, раскрасневшись лицом, как вареный рак, уже минут десять орал на него, успев ощутимо потаскать за ухо. Федор же, отвесив знатного "леща", и заглянув через глаза, казалось, до самого дна души парня, процедил сквозь зубы: "Как ты думаешь, герой хренов, как бы мы все смотрели в глаза твоим родителям, случись чего?!". Даже Леха, покачав головой и пожав плечами, выдал: "Ты не прав, Мот. Я бы тебе сейчас тоже врезал. Да только это уже сделали за меня". Платонов хоть и ничего не говорил, но всем своим видом поддерживал гнев товарищей. Один Тихомир не ругал парня, а только шепнул: "То, что ты смелый - хорошо, таким и подобает быть мужику. Но товарищи твои правы: рисковать тут надобности не было, а вот смерть твоя стала бы очередной жертвой Злу, с которым мы боремся".

Матвею было невыносимо стыдно, а еще ему было страшно представить реакцию друзей, если бы они узнали всю правду о том, что произошло там - в самом конце тоннеля. Ведь Поляков действительно чуть было не погиб, разбившись о камни, упав с порядочной высоты. Поток вынес его на край обрыва, где парню удалось, в последний момент перед неминуемым падением, удержаться чудом, ухватившись за какой-то камень. Высоту водопада смог определить, проследив за полетом оброненного фонаря. С большим трудом, ломая ногти на пальцах рук и раздирая до крови ноги, Матвей вполз обратно в тоннель и добрался до веревки.

– Значит так, дорогие мои господа изыскатели!
– Жестким, не терпящим возражений тоном, Василенко посвящал членов команды в план их дальнейших действий.
– В пещеру заходим в таком порядке: я и Игорь - первые. Вы нас так же страхуете веревкой, как и Матвея. Когда доберемся до противоположного выхода, дадим знак, после чего крепите веревку тут, а мы с профессором - на выходе из тоннеля. После этого заходите в пещеру, и двигаетесь к нам. Только не как на эскалаторе метро в час пик, дыша друг другу в затылок, а с интервалом метра в три-четыре. Федя, ты замыкающий. Проследишь тут, что б все было путем.

– Есть, товарищ командир.
– Буркнул егерь.
– А как с водопада спускаться будем, Гриш?

– Да уж как-нибудь спустимся. Благо, у нашего профессора все железки для этого имеются. Главное, ребята, что бы эта пещера привела нас туда, куда нужно.

Спуском с обнаруженного Матвеем водопада руководил Игорь, имевший, как альпинист, гораздо больше опыта, чем остальные члены команды. Пригодилось все снаряжение, которое он брал с собой в каждую экспедицию и всегда носил в своем огромном рюкзаке. Фонарь, оброненный Поляковым, не разбился и не погас, а просто застрял на дне чаши водопада меж камней отражателем вверх, поэтом являлся хорошим ориентиром при спуске. Высота водопада оказалась не такой уж большой, как поначалу показалось Матвею, и составляла около десяти метров.

Еще находясь наверху, насколько позволяла мощность фонарей, искатели рассмотрели пещеру. Она представляла собой две каменные стены, латинской буквой "V" расходящиеся к верху, до уровня водопада. Внизу, у основания, расстояние между ними составляло около двух метров, а у самого потолка - почти все десять. По дну этого подземного ущелья и уносила куда-то во мрак свои воды маленькая речка.

– Прямо, ущелье какое-то.
– Заключил Алексей, когда все уже были внизу, и готовились двигаться дальше.

– Ущелье.
– Согласился с ним Федор.
– Только вот....

– Что только, Федь? Что-то не так?

– А тебе не кажется, Гриш, что уж больно правильные стены эти, ровные, как будто ущелье было кем-то тут прорублено?

– Гм. Думаешь?
– Василенко задумался, тщательно рассматривая ближайшие к нему участки скалы, поверхности которых искрились в свете фонарей, словно были усыпаны стразами.
– Ну, не такие уж они и ровные, что бы утверждать об их искусственном происхождении.

– Все неровности на стенах образовала вода.
– Поддержал разговор Матвей.
– Во время весенних паводков ее тут гораздо больше, и течет она быстрее. Видите отметку, до которой вода доходила? До этой линии только вымоины и виднеются, а выше - ровные поверхности, словно обработаны механически, или еще как-то.

– Чего тут гадать, ребята? Нужно идти дальше, там все и выясним!

– Твоя правда, профессор, - согласился с Игорем егерь, - нужно идти вперед, да заканчивать побыстрее все эти головоломки, а то моя Маринка, печенкой чую, вместо головоломки еще ту головомойку устроит!

– Погодите, братья.
– Тихомир снял с плеча полотняный мешок, в котором угадывалось что-то продолговатое.
– Приберегите свои фонари. Я как знал, что по подземельям бродить будем, вот и приготовил...

В мешке оказалась связка факелов, плотно завернутая в промасленную ткань.

– Хм, интересный запах, даже приятный.
– Заметил Поляков, рассматривая доставшийся ему осветительный прибор, успешно служивший людям с незапамятных времен.

– Оно и понятно, - кивнул волхв, - пакля, пропитана льняным маслом, древесной смолой, воском. И горит долго и ярко, и запах приятный.

Сказать, что это место было удивительным, значит - ничего не сказать. В том, что друзья шли по руслу не спеша бегущей речушки в кем-то когда-то вырезанном в скальной толще тоннеле, уже не вызывало сомнения. Десятиметровые стены, расходящиеся кверху, словно по нитке уходили куда-то в темноту, а после тщательного осмотра русла, оказалось, что под слоем в пару десятков сантиметров из смеси ила, песка и мелкой гальки, нанесенным водой, была каменная поверхность, такая же ровная, как и стены. Про потолок судить было труднее, но, насколько можно было рассмотреть при свете факелов и фонарей, он тоже был ровным и тянулся вдаль строго параллельно полу.

Если бы не навороченные часы профессора, с которыми он не никогда расставался, друзья решили бы, что они идут по тоннелю уже никак не меньше часа, но оказалось, к великому удивлению искателей, что всего двадцать минут.

– А чему вы удивляетесь?!
– Пожал плечами Игорь.
– Спелеологами, например, диггерами, и другими завсегдатаями всяческих пещер и подземелий давно уже отмечено и на собственной шкуре испытано, что в таких местах время течет не так, как на поверхности. Где-то оно может замедляться, в других местах, наоборот - ускоряться.