Навязанная жена. Нелюбимая
Шрифт:
Я помнила, как на следующий день после четырнадцатилетия и обретения темной силы дед искупал меня в такой водичке. Надеялся таким образом избавить меня от тьмы. Ожоги я после этого долго лечила.
– Но как же?.. – подала голос Бекки, которая заняла свое место у изголовья.
– Быстро. Надо будет действовать очень быстро.
В огромной комнате царила все такая же тревожная тишина. Я вновь взглянула на обезображенного парня и вздохнула.
«А ведь он симпатичный. У него же вся жизнь впереди… будет, если я не испугаюсь и смогу его вылечить».
– Повторяю еще раз, я не целительница, – тихо произнесла я. – Лечить не умею, восстанавливать тоже. Я буду… вытягивать эту гадость. А ты, – я покосилась на застывшую целительницу, – будешь делать все, чтобы эта зараза не утянула парня за собой. Поняла?
– Вы думаете, что это… оно пойдет к вам?
– Еще как…
Моя магия была намного вкуснее светлой и роднее.
Глубоко вдохнув, я окунула в золотую воду руки до самых запястий. Кожу мгновенно опалило болезненным жаром. Прикусив губу, чтобы не закричать, я подняла кисти, которые словно краской окрасились в ярко-желтый солнечный свет.
Но, боги, как же горела кожа! Мне стоило больших трудов сдержаться и не начать стирать краску, которая травила меня как самый стойкий яд. Вместо этого я повернулась к пациенту и протянула к нему руки.
Темная субстанция завозилась и задрожала. Алчность и жажда моей крови боролась со страхом перед истинным светом. Ждать, что победит, не было времени.
Скривив губы в улыбке, я потянулась вперед и коснулась одного из щупалец на коже парня. А потом, недолго думая, ухватилась за отросток и потянула к себе, действуя не только с помощью силы. Пришлось приправить все это значительной долей магии. Только почуяв знакомую темную силу, создание завозилось и потянулось ко мне.
Конечно, без магического зрения рассмотреть что-то не получилось бы. Вряд ли даже Селения, будучи светлой чародейкой, что-то сумела увидеть. Такое было доступно лишь темным.
Келвин на кровати дернулся и слабо застонал.
– Держите, – процедила я.
Ощущения были не самые приятные. Кожа одновременно горела от яда светлой магии и покрывалась инеем от прикосновения с тьмой. И эта два чувства совершенно не исключали друг друга. Наоборот, усиливали боль, заставляя меня скрипеть зубами и задыхаться от муки.
Далее следовали рывок, беззвучный треск рвущихся нитей темной материи и мой хриплый стон. Магическим зрением, от которого щипало глаза, я наблюдала, как темная субстанция дрожала и трепыхалась в моих руках.
А потом я опустила кисти в золотую воду, которая тут же забурлила и зашипела. У меня слегка заложило уши от высокого писка, с которым сгорала тьма. Точнее, ее малая часть.
Лишь только когда вода успокоилась и перестала шипеть, я смогла вынуть дрожащие конечности из таза.
– Боги, что это было? – прошептала Бекки.
Я лишь мотнула головой, силясь удержать застилавшие глаза слезы.
– Настойку, – сдавленно просипела я, – быстро.
Селения мигом оказалась рядом. Сама открыла пузырек, сама поднесла его к моим губам и помогла сделать глоток. Живительная магия моментально пробежалась по венам, даря небольшое облегчение и приглушая боль в руках.
– Как он? – чуть слышно спросила я.
– Стабильно, – ответила целительница. – Это ведь… только начало, да?
Я открыла глаза и посмотрела на тварь, которая злобно шипела, пытаясь закрыться от меня.
– Да.
Работы еще предстояло много.
Раз за разом я хватала темную субстанцию, которая покрывала половину тела Кевина. Накручивала ее на руки, дрожа от могильной тьмы, и отрывала. После чего погружала все в золотую воду, которая не только уничтожала тварь, но и травила меня.
Сил хватило всего на три раза.
– Воды, сейчас же, – прохрипела я, задыхаясь от боли.
Селения мгновенно материализовалась рядом, держа кувшин с водой.
– Лей.
Прохладная жидкость полилась на руки, смывая золотую краску и обнажая покрасневшую кожу. В некоторых местах уже начали появляться мелкие волдыри от ожогов.
– Вам нужна помощь, – тихо констатировала целительница.
– Не твоя. Ты светлая. Ты меня только убьешь, – ответила я. – А звать кого-то другого нам нельзя.
Я привалилась спиной к кровати, запрокинула голову назад и зажмурилась, силясь немного прийти в себя. Однако сложно сосредоточиться, когда руки буквально горели от боли.
– И что прикажете делать? Если вы и дальше продолжите, то обожжете себя до самых костей.
– Я знала, на что иду, – устало огрызнулась я.
– Я сейчас мазь принесу, – прошептала Селения.
В помещении слышался лишь легкий стук кувшина, который поставили на тумбочку, звук удаляющихся быстрых шагов и прерывистое дыхание Бекки и ее жениха.
Но я недолго наслаждалась тишиной.
Внезапно раздалось жуткое шипение, а по позвоночнику пробежался холодок, заставляя меня напрячься и выпрямиться.
«Мы одной крови, ведьма… одной крови».
Я замерла, не решаясь повернуться.
Значит, эта тварь была не просто куском темной энергии. Она мыслила. Или мыслило то, что ее создало. А теперь это нечто решило пообщаться.
«Тогда почему ты с другой стороны?» – поинтересовался голос, не дождавшись моей реакции.
«Потому что я другая» – мысленно отозвалась я.
«Одна из нас… и они это знают… придет день и ты сама придешь ко мне… придешь, когда тебя предаст тот, кого ты любишь больше жизни».
«Алекс так не поступит. Он не предаст».
«Не он…»
Я не стала отвечать, закрылась и мотнула головой, прогоняя противный шепот.
– Простите меня, – неожиданно произнесла горничная, – простите.
Холод ушел, и голос в голове затих.
А может, никакого голоса и не было? Может, от боли и усталости мне померещилось?
– За что? – поинтересовалась я, глядя перед собой.
– Я не знала…
– Что спасти твоего жениха будет так сложно? – Я слегка поменяла положение и взглянула на Бекки. – Сложно. Опасно и почти невыполнимо.