Чтение онлайн

– Ну, вот так бы сразу и говорила. А то начала мне изображать оскорбленную гордость и невинность.
– Мне хотелось понять, почему он-то был таким злым. Вроде бы, драма на его празднике великолепная разыгралась. Всех повеселили. Он утер нос Вовке. Чего бы надо еще? Или это ревность к Малининой? Но как-то мало похоже было на то, что Хмелевский планировал ее с Зацепина стаскивать. Вопросы роились в голове, но я молчала.

Хмель тоже очень долго смотрел на дорогу, не проронив ни слова. Я рассматривала деревья на обочинах, наблюдала закат, что оранжевым маревом накрывал окрестности, успела даже подумать о том, что он очень красив за городом…

– Телефон какой у тебя?
– этот вопрос выдернул из задумчивости. А мне уже так понравилось: ушла с головой в посторонние мысли, старательно избегая того, что недавно произошло. Еще успею надуматься.

– Что?

– Модель телефона, говорю, какая?

– Тебе зачем?

– Открой бардачок, там несколько разных зарядок лежит и адаптер. Попробуй, может, какая-нибудь подойдет.

– Я не хочу рыться в твоих вещах.

– Там нет никаких других вещей, кроме самого необходимого. Личных писем или пачку презервативов не найдешь. Не парься.

Хмель сейчас говорил отрывисто и сурово. И раньше не был никогда ласковым, но, кажется, повзрослел на несколько лет. Как-то не по себе стало.

Решила не спорить. Покопалась немного, попримеряла к телефону, и, все-таки, нашла заветный провод.

Телефон довольно пискнул, получив питание, шкала зарядки засветилась. Но снова включать его и выходить в сеть я не стала.

– Включи.

– Что это за распоряжения такие? С каких пор ты мне взялся приказывать, Хмелевский?

– С таких, что я хочу знать, что ты там будешь спать, живая и здоровая. И ничего себе от горя не сделаешь.

– Пффф… Вот еще! Не дождетесь!

– Я ждать ничего не собираюсь. Видел уже раз твою истерику. И то, как в ночи испарилась. Повторов больше не хочу.
– Он цедил слова, все так же не глядя в мою сторону. Будто сам с собой разговаривал.

Я развернулась так, чтобы хорошо видеть лицо парня. Долго рассматривала, пытаясь понять. Но его физиономия, как обычно, ничего не выражала. Или я не умела ее читать.

– Зачем ты это делаешь, Хмелевский?
– не выдержала. Задала мучивший меня вопрос.

И, о чудо, дождалась того, что его взгляд оторвался от серого полотна асфальта, мазнул по моему лицу, задержался. Ненадолго, конечно, потом снова вперед устремился. Однако, и это можно считать прогрессом.

– Я тебя заставил приехать, почти насильно. Должен и вернуть назад. Не настолько я уродлив, как тебе кажется, чтобы не понимать обычные вещи. И делать их тоже для меня нормально.

– Я сейчас не об этом спрашиваю.

– О чем тогда?

– Ведь ты же сознательно все это подстроил, да?

– Что, Игнатьева? Что я подстроил?
– в его вечно холодном голосе начали пробиваться эмоции. Раздражение, так уж точно.
– Усадил Аньку верхом на Зацепина, раздел ее и заставил с ним обниматься?! Ценю твою веру в мои способности, но это, уж точно, выше меня.

– Не передергивай и не уходи от темы! Ты прекрасно знал, чем это все закончится! И специально меня притащил, чтобы все увидела своими глазами!

– Конечно.
– Огорошил. Ожидала, что отпираться будет, выкручиваться. Готовилась долго пытать вопросами. А тут - раз, и сам признался. Не очень только понятно, в чем.

– Что «конечно», Влад? Прекрати надо мной издеваться! Неужели, хоть раз нельзя поговорить по-человечески?! Или то, что я не отношусь к вашему элитному сорту общества, позволяет извращаться, как угодно? Так вот, я - человек. Такой же, как и ты. Голова, две руки, две ноги, внутренние органы - почти такие же, как у тебя. Различия несущественные. И наличие успешного папы не делает тебя каким-то избранным и уникальным.
– Меня куда-то несло, и к концу своей пламенной речи уже порядком подустала.

– Я так со всеми общаюсь, между прочим. И мой «элитный», как ты выражаешься, папа, не исключение.

– Ну, и зря. Будь проще, и люди к тебе потянутся.

– Мне хватает и тех, что есть.

– Да и пошел ты!
– вот и обсудили, называется. Ничего не выяснила, да и желание разбираться пропало. Отвернулась к окну, обхватив руками плечи. Уставилась в надвигающуюся темноту невидящим взглядом.

– Холодно? Добавить температуру в салоне?

– Я уже сказала: иди в задницу! Не нужна мне твоя забота!

Хмель ничего не ответил, но нажал на какие-то кнопки, и в машине стало гораздо комфортнее и теплее.

Не знаю, сколько длилась эта тишина…

– Ты же не захотела мне верить, что он придурок и слабак.
– Эта фраза стала нежданным откровением. Вообще-то, я уже думала, что до самой общаги уже и ни слова не скажем.

– А ты решил мне доказать?

– А мне-то зачем доказывать? Вован сам все сделал. Нужно было только тебя привезти и показать.

– Но… как так-то? Он же никогда…Вообще, никогда не давал повода для сомнений… А тут, как будто другой человек оказался…

– Ты недооцениваешь возможности своих подруг.

– Но ведь Анька же с тобой встречалась?

– И ты, реально, в это веришь? Ты меня оскорбляешь, Игнатьева, такими предположениями.

– А как она там оказалась, тогда?

– Обыкновенно. Напросилась.

– Не очень похоже на то, что к тебе напроситься можно.

– У нее были веские аргументы… - уголок его губы презрительно дернулся.

– Это какие же, если не секрет?

– Б..ть, Игнатьева! Ну, ты же умной прикидываешься вечно! А такие простые вещи не понимаешь! Как так можно-то?
– он с силой ударил по рулю, еще что-то матерное пробормотал сквозь зубы.

– Какие простые вещи? Если уж я, действительно, чего-то не понимаю, расшифруй!

– Да подруга твоя с Вована глаз не сводила с самого начала. Терлась об него, как будто сучка течная! Неужели, ты этого не понимала? Я смотрел и удивлялся постоянно: зачем с собой везде ее водишь? То ли самооценку поднять пытаешься, то ли еще какие-то бабские примочки…

Эту информацию пришлось переварить. Застыла, забыв даже рот прикрыть. Разглядывала профиль Хмеля, в надежде, что он сейчас рассмеется, скажет, что разыграл. Нет. Ни намека на улыбку не было.